Страница 31 из 77
Глава 9 Архиповский бебут
Хоть крёстный и велел мне идти отдыхать, но я по себе знал, что если сейчас просплю весь день, то ночью и вовсе глаз не сомкну. Сбивать режим дело гиблое, а потому решил перетерпеть на ногах, чтобы уже ночью по-человечески отоспаться и следующим утром быть в форме.
Скинув чекмень, я подошёл к колодцу. Олег зачерпнул ледяной воды и окатил мне голову и шею. Сонливость как рукой сняло.
Скрипнула калитка, и во двор вошла Саша, в руках она несла глиняную крынку, прикрытую чистой тряпицей.
— Здорово ночевали, — улыбнулась она, подходя ближе. — Вот Нюра просила передать. Отблагодарить за вчерашний поход на выселок. Молоко козье, с утра я доила, только крынку опосля вернуть не забудьте.
— Слава богу, Саш, обязательно вернём, — улыбнулся я, вытирая лицо полотенцем.
— Я уж наслышана, что вы ночью медведя огромного взяли. Почитай, вся станица о том гудит. Ты-то хоть не пострадал, Андрей?
— Да мне-то что? Я его толком и не видел, пока не притащили к перелеску. Только на телеге до станицы вёз. Степан Анисимович с Макаром и Албазовым всё без меня сделали.
— Кстати, Олег, — вспомнил я про уговор, — Саше пчелиные семьи для новой пасеки нужны. Батя твой сказал, что теперь по этим вопросам к тебе обращаться, мол ты по пчёлам главный в доме.
— Конечно, подмогну. — Олег сразу приосанился. — Дело-то нехитрое.
— А пчелиные семьи эти… их вообще продавать можно? Берут ли? — брат повернулся к Саше, на что та рассмеялась.
— Берут, ещё как. Пасечники на этом тоже хорошо зарабатывают, если рой сильный.
Олег заметно приободрился.
— А научишь, как правильно собирать, чтобы не погубить?
— Научу, Олег. Чего ж не научить-то?
Они направились к пасеке. По дороге Олег засыпал её вопросами:
— А сбор мёда на Медовый Спас когда делать будем? Поможешь соты заламывать?
— Помогу, Олег, куда я денусь, — донёсся до меня удаляющийся звонкий голос Саши.
Я заскочил в дом сменить рубаху. В горнице Пелагея Александровна возилась с сукном, выкраивала новый чекмень для Степана Анисимовича. Увидев меня, отложила ножницы и кивнула на стол.
— Сядь, поешь нормально. В печи каша, на столе варенье малиновое. Молочка в сенцах возьми.
— Да у меня и своё есть, Пелагея Александровна, — я поставил крынку на стол. — Саша от Нюрки передала.
Пелагея Александровна по-доброму усмехнулась:
— Ох и балует Саша тебя, Андрей. Смотри, кабы молочко-то не скисло.
— Вы о чём, тёть Поль?
— Да всё о том же. Будешь долго молоко томить, оно либо убежит, либо испортится.
Она улыбнулась так, что и без пояснений стало ясно, к чему клонит.
— Не переживайте, Пелагея Александровна. Под это молочко сруб уже начинаем ставить.
— Вот и славно, Андрей. Успение не за горами, а сватов у тебя, почитай, уже полстаницы наберётся.
После плотной трапезы меня снова начало морить в сон. Глаза слипались, но нужно было продержаться. Чтобы развеяться, я решил сходить на свой пай, глянуть, как идут дела. Уж сильно не терпелось поскорее приступить к строительству собственного куреня.
Только вышел во двор, как за калиткой раздался стук. Я открыл, это был Лёшка Ли со своими помощниками.
— Хозяина, доброго дня, — с поклоном сказал Ли. — Баню делать идём.
— Да-да, проходите, — я пропустил их во двор. — Олег сейчас с пчёлами закончит и к вам подойдёт.
Ли махнул своим людям, чтобы шли к бане, а сам задержался.
— Инструмент надо, — тихо сказал он.
— Ах да. Пошли в сарай.
Убедившись, что нас никто не видит, я достал сложенные листки, что рисовал ночью, и передал их Ли. Тот спрятал бумаги за пазуху, подхватил топоры, рубанок, тяжёлый мешок с коваными гвоздями и вышел во двор.
Я направился к своему наделу.
Ещё на подходе услышал стук топоров и визг пил. Работа на будущем базу кипела вовсю. Казаки валили строевой лес, распиливали его на мерные брёвна. Нанятые китайцы-манзы сноровисто обрубали сучья и очищали стволы.
Навстречу мне, отирая пот со лба, подошёл десятник артели Георгий Степанович Конев.
— Здорово ночевал, Андрей! — громко, перекрывая перестук топоров, сказал он и протянул мозолистую ладонь. — Пришёл владения проведать?
— Слава Богу, Георгий Степанович. Пришёл подмогнуть.
Конев окинул взглядом мою подвязанную руку и усмехнулся.
— С одним крылом ты тут вряд ли управишься. Работа пока только тяжёлая. Больше мешать станешь, а то ещё под лесину, не дай Бог, попадёшь. Лучше через пару-тройку дней приходи. Нам тогда мох для сруба заготавливать нужно будет. Вот там вы с Олегом очень даже сгодитесь.
— Понял.
— А вот что было бы неплохо, — оживился Конев, — так это если б ты завтра поснедать для артели чего сообразил. Сварганил бы свою знаменитую «Громовскую саломаху», как на заготовке корья казаков потчевал.
— А чего ж не сварить? Сделаю еще вкусней!
— Вот и добре. А сейчас ступай, Андрей. Не суетись под топорами.
Поблагодарив Георгия Степановича, я направился в правление.
Инженер-топограф, или как там его правильно, посапывал на лавке, прислонившись головой к стене. Степан Анисимович скрипел пером за большим столом. Перед ним стоял вахмистр Егор Миронов.
— Значит так, Егор, — сказал крёстный, посыпая исписанный лист песком и передавая его Миронову. — Это наряд на ночные дозоры. Пикеты у Гнилого Лога усилить вдвое. Со стороны реки пустить конный разъезд. Завтра поутру лично мне доложитесь об обстановке.
Миронов козырнул и вышел, а крёстный поднял на меня уставшие глаза.
— Андрей? А ты чего не дома? Я же тебе русским по белому сказал, чтобы отдыхать шёл.
— Подумал, Степан Анисимович, если днём завалюсь, то режим собью. Потом как сова ночью колобродить стану. Вот и решил до вечера перетерпеть на ногах.
Крёстный усмехнулся и махнул рукой.
— Воля твоя, молодой еще! Садись тогда за стол, писать будешь. Писарь наш как ушёл с час назад к Юдинцеву на перевязку, так до сих пор и не вернулся.
Я устроился за столом, придвинул чернильницу и чистый лист.
Степан Анисимович подошёл к спящему инженеру и аккуратно потряс его за плечо.
— Илья Матвеевич… Подымайтесь.
Соколов вздрогнул, захлопал глазами и сел. Крёстный тут же подал ему стакан воды. После отдыха и еды инженеру стало полегче. Руки больше не дрожали, искусанное гнусом лицо немного посвежело.
— Так, Илья Матвеевич, — крёстный уселся напротив. — Теперь спокойно и по порядку расскажите для рапорта, что у вас там приключилось. Андрей, записывай слово в слово.