Боярышня Дуняша 1

ГЛАВА 1

..Ай, люли-люли-люли,

Прилетели журавли,

Прилетели журавли,

Сказку Дуне принесли..

Голос Маши доносился издалека, но даже отголосок придал Дуняше сил, и она забарахталась в небытии изо всех сил, пытаясь убраться как можно дальше от никчемной судьбы-судьбинушки.

— Очнулась?! — воскликнула Машенька и сорвалась с места, чтобы обрадовать родных.

Из-под прикрытых глаз Дуни покатилась слезинка, потом другая, но это были слёзы радости.

Она была счастлива, что избежала участи медленного угасания и полного растворения души в эфире. Ей никто не сообщал, но она поняла, что ей предложили вернуться и всё забыть. Ей даже сделали подарок и утихомирили пошаливающее сердце, чтобы она спокойно дожила отпущенное. А потом для неё ничего не было бы. Ничего!

— Дуняша, доченька! — в светёлку ворвалась Милослава и наклонившись, обняла её. — Мы молились за тебя! Катерина сказала, что ничего не может сделать и надо ждать.

— Сколько? — едва слышно спросила Дуня.

— Три дня ты пробыла в беспамятстве, — всхлипнула Милослава. — Плакала.. Катерина сказала звать тебя, вот мы по очереди звали. И Ванечка звал.. сказки тебе рассказывал, а Машенька пела.

Слёзы из Дуниных глаз полились как из ручья. Не успела она поблагодарить своих родных, как вбежал братик и разрыдался вместе с ней, а там уж все расклеились.

Дуня хотела спросить, как обстоят дела в Кремле, отпустили ли Наталию Полуэктову, поднялась ли Мария Борисовна и не чинит ли зла Мария Ярославна, но рыдания выпили из неё все силы, и она не заметила, как уснула.

Милослава вытерла лицо от слёз и, обнимая Машу с Ваняткой, повела их на выход. Они отстояли Дуняшку у Морены, тут женщина быстро перекрестилась и попросила прощения за упоминание славянской богини, а теперь можно было порадоваться и послать весточку Еремею Профычу в приказ, что их егоза идёт на поправку.

Уже к вечеру Дуня ожила настолько, что надумала сменить обстановку в общей горнице.

Зима уходит, и пора снимать украшения с игрушечными олешками, совами, зайчиками в белой шубке. Ещё к Пасхе надо было озаботиться этим, но Дуня закрутилась, да и позабыла об украшательстве.

— Дунь, а тебе не жалко? — ныл Ванюша, укладывая смешных зверюшек в большой короб.

— Было красиво, а теперь в горнице пусто!

— Ванька! — влезла Маша, отнимая у него короб. — Ну кто так укладывает? У тебя же полно места остаётся!

— Я не ключница, чтобы всё рядами класть, — огрызнулся мальчишка.

— Тогда зачем взялся? — не отступала Маша.

— Скучно. Во дворе грязь и занятий нет.. А тут Дуня.. я думал, что она сказку расскажет,

— признался в своём меркантильном интересе брат. — А прибрать игрушки могут девки, —

наставительно добавил он и демонстративно сел во главе стола.

— Надо сначала показать, как укладывать, чтобы ничего не смялось. Дуня сказала, что к следующей зиме мы наново всё достанем и вновь украсим стены и потолок. Так ведь? — Маша обернулась к сестре, и та кивнула.

— И вертушки уберем? — спросил Ваня.

— Угу.

— А шагающую пружинку будем доставать следующей зимой?

— Нет.

— Почему?

— Потому что отец Варломофей сказал, что это бесовская игрушка.

— А почему она бесовская? Мы её выкинем? А можно выкинуть в мой сундук?

— Ванька! Брысь отсюда! Не мешай! — рассердилась Мария, чувствующая себя взрослой, но брат даже не пошевелился. Маша не умела по-настоящему злиться и это все знали.

— Дунь, расскажи чего-нибудь? — заканючил Ванюша, но тут в горницу ввалился дед.

— Где моя меньшая внучка? — радостно возгласил он и увидев Дуню, раскрыл объятия. — Оклемалась! А мы уж думали..

Еремей не договорил. Слова застряли в горле и глаза его заблестели от пережитого.

— Можно ли тебе делами заниматься? — обеспокоенно спросил он, наблюдая уборку.

— Скучно лежать, — вздохнула Дуня.

— Так вышивала бы, а не скакала козой здесь! — подколол боярин, прекрасно зная, что внучка не любит заниматься вышивкой.

— Это мелко, деда! — укорила его малявка и он расхохотался.

Весь страх за внучку уходил со смехом, тем более Ванятка его поддержал, да и Машенька улыбалась. Только Дунька встала подбоченясь и задумчиво оглядывая голые стены горницы, потянулась пальцем постучать по зубу.. а нет его!

— Что? Не вырос ещё? — сквозь смех спросил он, вместо неё постукивая по своему зубу.

Дуня старательно обследовала языком пробивающиеся крохотные передние зубики и озабоченно посмотрела на него.

— Я тут подумала..

— Нет! — быстро рявкнул боярин.

— Чего нет? — удивилась девочка.

— Не надо тебе думать! — Еремей назидательно потряс указательным пальцем.

— Но у меня родилась идея! — возмутилась Дуня, а Ваня радостно захлопал в ладоши.

— Души её, пока она не окрепла! — строго посоветовал Еремей и подмигнул обалдевшему от его слов Ванюшке.

— Но, деда, я ведь для всех нас стараюсь!

Боярин помрачнел и неожиданно произнес:

— Борька Репешок завтра будет ждать тебя у себя в разбойном приказе.

— Борис Лукич? — переспросила побледневшая Дуня, и когда дед подтвердил, плюхнулась на скамью. — Меня будут пытать?

— Окстись, дуреха! — рыкнул дед. — Поспрашивает..

Боярин не договорил. Репешок не тронет дитя по своей воле, а вот княгиня.. Не на это ли дьяк разбойного намекал, когда впервые завел разговор о Дуньке?

Малышка как раз слегла и её расспрос отложили, да и нечего было спрашивать. Наташка всё рассказала и под пытками не отказалась от своих слов. А старой княгине неймётся. Карами грозит всему роду Полуэктовых, лается на тверичей, что подпихнули негодную княжну её сыну, и на Дуняшку зуб точит. Лукич даже посоветовал усилить охрану, намекая на злопамятность старой княгини.

«Твоя внучка, — сказал он, — поперёк горла Ярославне встала..»

Вот так! Нашла старая себе врага! И ведь прав Борис Лукич: не даст она жизни внучке, и как бы не обрушила гнев на весь род Дорониных. Пока князь не вернулся, она остаётся в силе.

В голове Еремея жужжала навязчивая мысль о том, захочет ли князь защитить Дорониных от гнева своей матери?

Хм, пожалуй, что вопрос о княжьей защите надо ставить не так. Тут надо думать по-другому, не озлится ли он на Дорониных, когда они будут защищаться от людей княгини?

Ох, Дунька! Влезла же ты в клоаку! Хватило ума заметить заговор, а опыта не достало, чтобы промолчать и остаться в стороне. Теперь как ни крути, а всё плохо выходит!