Рябушинские

Харьков – столица южнорусской углепромышленности и металлургии. В конце XIX века русская финансовая политика, между прочим, состояла в том, чтобы привлечь к русскому углю и металлу бельгийские и французские капиталы. Давались заказы, строились железные дороги. Иностранные деньги притекали, но и русские финансовые учреждения принимали деятельное участие. Начался ажиотаж. Потом, на переломе XIX и XX веков, казенные заказы прекратились, и разразился кризис. Он страшно ударил по Алчевскому. Дела его: Алексеевское горнопромышленное о-во, Донецко-Юрьевское металлургическое о-во, Харьковский торговый банк, Харьковский земельный банк – все это запуталось и перепуталось. При попытках спасти были сделаны неправильности. Алексей Кириллович бросился под поезд. Случилось это сравнительно вскоре после смерти отца. Мы поехали в Харьков. Главная наша заинтересованность была в Харьковском земельном банке. Правление его сменили. Брат Михаил (ему тогда только что исполнилось 21 год) и я вошли в Правление. Я, как старший, председателем.

ВЛАДИМИР ПАВЛОВИЧ РЯБУШИНСКИЙ

А против бывших членов правления банка в конце июня 1901 года было возбуждено уголовное дело: их обвинили во многих преступлениях, в том числе и в сокрытии убытков банка с помощью фиктивных счетов и балансов, то есть в прямом обмане акционеров.

Начались судебный процесс и война братьев Рябушинских с бывшими членами правления банка. В частности, отчаянное сопротивление оказала М. А. Любарская-Письменная, жена действительного статского советника Е. В. Любарского-Письменного, члена правлений обоих харьковских банков и председателя правления Екатеринославского коммерческого банка. Эта «первая дама Харькова» не пожелала расставаться со своим положением и подала встречный иск против Рябушинских, но ей не удалось добиться оправдания мужа, и он, не дождавшись освобождения, умер в тюрьме от сердечного приступа.

Е. В. Любарский-Письменный, второй после А. К. Алчевского по влиянию член правления Харьковского земельного банка, не дожил до конца затянувшейся тяжбы, а его жена в конечном счете вынуждена была покинуть Харьков и уехать в Париж, где, по утверждению внимательно следивших за ее судьбой Рябушинских, «погибла, зарезанная своим сутенером».

БОРИС ВАСИЛЬЕВИЧ АНАНЬИЧ,

доктор исторических наук

Что же касается Д. А. Алчевского, то он в 1920 году вместе с семьей уехал из Харькова в Крым. Когда генерал Врангель издал свой последний приказ о начале эвакуации из Крыма, Алчевские решили остаться. Сам Дмитрий Алексеевич поверил «красным», обещавшим амнистию «бывшим буржуям», и отправился в Симферополь на регистрацию. И… не вернулся. Его расстреляли 22 декабря 1920 года, а его жену вместе с дочерью выгнали из собственного дома, оставив без средств к существованию.

А что же братья Рябушинские? Владимир и Михаил «провели два года в банке, работая каждый день, включая воскресенья, с 10 ч утра до 7 ч вечера и затем с 9 ч вечера до полуночи. Однако игра стоила свеч»

[89]

[Ананьич Б. В. Банкирские дома в России 1860–1914 гг. Очерки истории частного предпринимательства. Ленинград, 1991. С. 116–117.]

.

Им удалось получить от министра финансов ту самую ссуду в 6 млн рублей, за которой обращался А. К. Алчевский. Дальше Харьковский земельный банк успешно санировали, после чего, уже к середине 1902 года, он вышел из кризиса и начал заниматься регулярными операциями.

Банк выправился, и через несколько лет мы с Мишей вернулись в Москву. Здесь как-то естественно и логично было основать учреждение краткосрочного кредита: сначала это был банкирский дом; потом мы его преобразовали в акционерное общество под названием «Московский банк». Так судьба меня окончательно определила в банкирскую линию нашего дома.

ВЛАДИМИР ПАВЛОВИЧ РЯБУШИНСКИЙ

* * *

Важно отметить, что в те времена банкирские и торговые дома не обязаны были публиковать отчеты о своей деятельности, но «некоторые из них все-таки это делали в надежде привлечь внимание клиентов к своим операциям»

[90]

[Ананьич Б. В. Банкирские дома в России 1860–1914 гг. Очерки истории частного предпринимательства. Ленинград, 1991. С. 4.]

. И, в частности, ежегодно печатал свои отчеты Банкирский дом братьев Рябушинских. Это был вопрос принципа. В те времена в Москве работало 18 банкирских заведений, и они имели капитал в 22 млн рублей, то есть 1,2 млн рублей в среднем на каждое заведение, а вклады превышали капитал более чем в 1,75 раза. В Петербурге ситуация была другая: там средний капитал банка был меньше, зато долги превышали капиталы в 2,6 раза, то есть банкирские заведения Петербурга работали «в значительной степени за счет чужих средств». Соответственно, «Министерство финансов считало, что московские банкирские заведения по характеру деятельности меньше занимались спекулятивными операциями, чем петербургские»

[91]

[Ананьич Б. В. Банкирские дома в России 1860–1914 гг. Очерки истории частного предпринимательства. Ленинград, 1991. С. 30.]

.

С января 1912 года Банкирский дом братьев Рябушинских преобразовался в акционерное предприятие под названием Московский банк. Как написал потом М. П. Рябушинский, им стало «тесно в рамках частного предприятия», и они «решили переформировать его в банк», а для этого «созвали друзей среди дружественных им текстильщиков»

[92]

[Рябушинский М. П. Смутные годы. Хроника. Москва – Юг России. Декабрь 1917 – май 1919 гг. // Рукописный отдел Нью-Йоркской публичной библиотеки. С. 106.]

.

Таким своим названием банк выразил свою связь с московским купечеством, многие из которого, в частности, А. А. Карзинкин, Н. Т. Каштанов, А. И. Коновалов, А. И. Кузнецов, И. П. Кузнецов, И. А. Морозов, В. В. Носов и С. Н. Третьяков, стали учредителями и пайщиками банка.

Московский банк был основан с первоначальным капиталом в 10 млн рублей, затем он был увеличен до 15 млн рублей, а к 1 января 1913 года основной капитал банка составлял уже 20 млн рублей.

Московский банк к 1917 году с основным капиталом 25 миллионов рублей занимал 13-е место в списке ведущих российских коммерческих банков, располагая сетью отделений в Петербурге и ряде городов Центральной России. Все нити управления банком прочно удерживались семейством, на собрании акционеров, например, в апреле 1914 года из 25 156 представленных акций 20 010 (по 250 рублей за номинальную акцию) принадлежали четверым Рябушинским: Павлу, Владимиру, Михаилу и Степану, причем Павел возглавлял совет – наблюдательный и контрольный орган, а Владимир – правление банка.

ЮРИЙ АЛЕКСАНДРОВИЧ ПЕТРОВ,