Рябушинские

Старший из братьев, Павел Павлович, стал дирек-тором-распорядителем семейного дела. При этом головная контора Банкирского дома и бухгалтерия должны были находиться в Москве, а все документы Банкирского дома подписывались либо тремя из братьев-совладельцев, либо одним, но на основании доверенности. А для документов на приобретение недвижимости необходима была подпись, по крайней мере, четырех членов Товарищества. В конфликтных же ситуациях решение должно было приниматься большинством голосов. Соглашение предусматривало, что «если в дальнейшем ходе дела капиталы участников будут неравными», то большинство будет определяться «по сумме капиталов»

[78]

[Ананьич Б. В. Банкирские дома в России 1860–1914 гг. Очерки истории частного предпринимательства. Ленинград, 1991. С. 118.]

.

И при этом никто из участников в течение первых пяти лет после подписания договора не имел права выделиться из общего дела, и никто не имел права кредитоваться в своем Банкирском доме и входить «в кредитные обязательства по делам личным»

[79]

[Ананьич Б. В. Банкирские дома в России 1860–1914 гг. Очерки истории частного предпринимательства. Ленинград, 1991. С. 119.]

.

8 марта 1912 года император утвердил решение Совета министров о дополнительном выпуске 500 паев Товарищества по 2000 рублей каждый. В результате основной капитал предприятия достиг 5 млн рублей.

Павел Павлович Рябушинский вместе с братьями настолько энергично взялся за дело, что через три года они существенно улучшили позиции Товарищества. В счет кредита, взятого за границей, были закуплены новейшие ткацкие станки, от Николаевской железной дороги к фабрике была проложена ветка, по которой вывозилась готовая продукция, была создана сеть собственных торговых представительств по всей стране. Фабрика в Вышнем Волочке превратилась в мощнейший комбинат с замкнутым производственным циклом. В итоге к 1914 году предприятие, возглавляемое Павлом Павловичем Рябушинским, среди крупных капиталистов оценивалось как «самое выдающееся».

Рябушинские являлись семейным бизнес-кланом, который занимался банковским делом, текстильной производственной деятельностью, лесной торговлей и изготовлением бумаги. Они успешно развивали свои предприятия, постоянно улучшая организацию труда и внедряя новые технологии. Клан строил современные производственные корпуса и стал одним из первых, кто сократил рабочий день на своих мануфактурах с 11,5 до 9 часов.

В делах Павлу Павловичу Рябушинскому очень помогали братья Сергей, Степан, Владимир и Михаил. Первые двое заведовали текстильным производством (к началу Первой мировой войны на фабриках в Вышнем Волочке трудились 4500 рабочих, производивших в год на 8 млн рублей товаров).

В своих мемуарах хорошо знавший Рябушинских Павел Афанасьевич Бурышкин отмечает: «Меня всегда поражала одна особенность, – пожалуй, характерная черта всей семьи Рябушинских, – это внутренняя семейная дисциплина. Не только в делах банковских и торговых, но и в общественных, каждому было отведено свое место по установленному рангу, и на первом месте был старший брат, с которым другие, в частности Владимир Павлович, считались и, в известном смысле, подчинялись ему»

[80]

[Бурышкин П. А. Москва купеческая. Москва, 1990. С. 191–192.]

.

* * *

Кроме того, Павел Павлович, которого немецкий социалист Карл Каутский называл «воплощенным образом русского крупного капитала», начал энергично расширять банковский бизнес. И тут в качестве примера можно привести крупные вложения в акции Харьковского земельного банка, с которым братья Рябушинские давно работали.

Сейчас это иногда называют поглощением Рябушинскими Харьковского земельного банка, но на самом деле все выглядело гораздо сложнее.

С самого своего основания в 1871 году Харьковский земельный банк находился под правлением крупного представителя южнозаводской промышленности Алексея Кирилловича Алчевского. Этот человек появился в Харькове в 1867 году, открыл чайную лавку, и очень скоро «мало кому известный мещанин из Сум приобрел репутацию первого по предприимчивости человека на юге России»

[81]

[Ананьич Б. В. Банкирские дома в России 1860–1914 гг. Очерки истории частного предпринимательства. Ленинград, 1991. С. 112.]

.

Харьковский земельный банк стал первым в России учреждением ипотечного кредита. По свидетельству современников, А. К. Алчевский в то время «еще не располагал значительными капиталами и, скорее, был “душою дела”, а устав банка был составлен управляющим Харьковской конторой Государственного банка И. В. Вернадским. Однако уже вскоре подавляющее число акций банка принадлежало А. К. Алчевскому, членам его семьи и родственникам»

[82]

[Ананьич Б. В. Банкирские дома в России 1860–1914 гг. Очерки истории частного предпринимательства. Ленинград, 1991. С. 113.]

.

По сути, А. К. Алчевский был полным фактическим распорядителем банка, который «переливал огромные суммы» в Торговый банк, а оттуда они «шли на поддержку разных предприятий Алчевского»

[83]

[Снегирев Л. Ф. Процесс о злоупотреблениях в харьковских Земельном и Торговом банках. Судебные прения. Москва, 1903. С. 5.]

.

А предприятий у А. К. Алчевского было немало. Например, на землях, находившихся в его личной собственности, было основано Алексеевское горнопромышленное общество с правлением в Харькове. Кроме того, А. К. Алчевский выступил в числе основателей Донецко-Юрьевского металлургического общества с правлением в Петербурге и вошел в его дирекцию.

В 1896 году на праздновании 25-летия Харьковского земельного банка А. К. Алчевский выступил с большой речью о перспективах развития промышленного Юга. Он тогда сказал: «Мы должны упомянуть о том светлом для всего обширного нашего государства явлении, которое сказалось за последнее время в пробуждении нашего Донецкого бассейна. Прилив иностранных капиталов, преимущественно бельгийских, знаменует новую эру этого края. Этот быстрый и решительный подъем промышленности вызывает у некоторых опасения относительно захвата этого края иностранцами, но эти иностранцы вместе с капиталом несут свою опытность и знание металлургического дела, которых, к сожалению, нет пока у наших капиталистов и предпринимателей»

[84]

[Снегирев Л. Ф. Процесс о злоупотреблениях в харьковских Земельном и Торговом банках. Судебные прения. Москва, 1903. С. 5.]

.