Страница 23 из 31
И вроде мне должно было стать лучше, но не стало. Папа и Шила начали ссориться постоянно. Иногда тихо, иногда очень громко. Раньше я временами вынимала беруши вечерами, чтобы послушать тишину. Или поговорить с Эваном, который настаивал на том, что мне нужно лечиться. Я взяла с него обещание, что он не расскажет об этом матери и не скажет отцу, что знал. Но и этому наступил конец, потому что они орали друг на друга. Громко, зло, долго.
Однажды, Эван ворвался в мою комнату, и я поняла, они опять ругались. Даже сквозь беруши я слышала их вопли. Вдруг громкий взрыв и перед глазами поплыло. Звуки выстрелов не уняли даже беруши. Накрыла паника и я стала задыхаться.
«Прорыв» заметила, как с ужасом прошептал Эван, когда я схватилась, пытаясь заткнуть уши. Я спрыгнула с кровати и заползла под неё, начав тихо плакать от ужасных картинок пролетающих перед глазами. Вдруг плеча коснулась тёплая рука.
«Сними беруши» — проговорил Эван, и тоже заполз ко мне под кровать.
Я испуганно замотала головой, но он сам вытащил затычки.
— Не помогает же тебе это! Попробуй вот!
Он натянул на мою голову наушники и уши в начале оглушило жёстким битом музыки. Я сделала глубокий вдох и изумлённо уставилась на Эвана. Всё остальное растворилось в треке, дыхание восстановилось. Прижалась к плечу Эвана и прошептала:
— Спасибо.