Страница 37 из 92
— Для иностранных шпионов? — припомнил ей Головин.
— У вас хорошее настроение раз вы шутите, — обрадовалась Ольга. — А заметку передам в газету. Моя цель заинтересовать читателей теми украшениями, что я принесла из Мёртвого мира.
— Что вы сделали? — срывающимся голосом спросил советник.
— Кое-что принесла из Мёртвого мира и пытаюсь продать, — повторила она и с подозрением посмотрела на него, ожидая подвоха.
— Я вам запрещаю! — Головин даже хлопнул ладонью по столу.
— Но.. — Ольга спрятала руки, которыми уже взялась наводить порядок на столе.
— Казна выкупит их у вас, — строго произнес он.
— Всеволод Аристархович, миленький, не торопитесь! — небрежно отмахнулась она. — Я принесла из того мира дешевку. Через сто лет ваши геологи найдут точно такие же камни, а ювелиры научатся гранить их не хуже, — Ольга подалась вперёд и доверительно посоветовала: — Не тратьте казенные деньги на эту ерунду. Для вас у меня есть совершенно иное. Я вам всё покажу и обещаю, что вы увидите более полезные вещи, чем дешёвые украшения.
— Хорошо, но заметку в газету сначала покажите мне, — настоял Головин и забрал из рук Образцовой пресс-бювар, который она рассматривала с большим любопытством.
— Обязательно, — согласилась Ольга, ликуя, что у неё появился повод вновь сюда прийти. Ещё немного — и будет ходить в присутственное место, как на работу, а там и жалование появится. — Завтра с утра я буду здесь и принесу то, что вам обещала. Я бы сегодня, но боялась не найти вас.
Она поднялась, чтобы уйти, но советник удивил её:
— Ольга Дмитриевна, раз уж вы жаждете работы, то прошу вас посмотреть отчёт о нашем с вами разговоре на тему Мёртвого мира. Возможно, вы захотите дополнить его или исправить то, что я неверно понял.
Головин протянул ей папку с рукописными листами. Ольга села и с достоинством приняла бумаги, но её лицо тут же приняло растерянное выражение:
— Не могу прочесть, — пожаловалась она с искренним огорчением. — У вас печатных машинок ещё нет?
— Ольга Дмитриевна, неужто вы не приметили вчера книжный магазин? У нас давно уже книги печатают на станках, а не пишут от руки.
— Нет, я не про то.. — покачала она головой. — Но мне легче показать, чем объяснить.
Она вскочила, прижав руки к груди. Взгляд Головина последовал за её руками, задержался, а потом он поперхнулся и покраснел, пытаясь прокашляться. Ольга подскочила и хлопая его по спине, воодушевленно предложила:
— А поедемте ко мне! Дом, конечно, не обжитой, но главное, чтобы не было посторонних глаз, — спина советника окаменела, но Ольга уже отошла от него и заговорщически понизила голос: — И признаться, чем раньше я покажу вам планшет, тем лучше. С каждым днем в нём всё меньше энергии, и через определенное время он перестанет работать.
Головину потребовалось пара мгновений, чтобы понять, о чём говорит Образцова.
— Сколько у нас есть времени до прекращения работы вашей вещи? — деловито уточнил он.
— В состоянии покоя планшет почти не тратит силы, но мы с вами его задействуем, и чем больше в нём останется энергии, тем для нас лучше.
— Я ничего не понял, — признался Головин, — но едемте смотреть ваш планшет.
Советник поднялся, открыл шкаф, снял с вешалки пальто и надел его. Ольга с завистью посмотрела на нормальную одежду. Она в своей накидке чувствовала себя бесформенной тушей.
— Вы с такой любовью рассказываете о своём планшете, как будто он ваш питомец, — неожиданно сварливо заметил Всеволод Аристархович.
— Конечно, не питомец, но.. — у Ольги сдавило горло. Она уже скучала без возможности залезть в сеть. В Мёртвом мире ей интернет заменял Искин, а здесь она почувствовала себя калекой.
— Супруга одного моего знакомого назвала своего питомца Карандашом, — произнёс Головин, пытаясь вернуть на лицо иномирянки тот блеск в глазах, который так ему понравился.
Оля встрепенулась, с удивлением посмотрела на него и иронично спросила:
— Я так полагаю, супруга вашего знакомого всех удивила?
— А вам не забавно слышать такое прозвище?
— Ой, Всеволод Аристархович! Как у нас только не называют своих питомцев и не только: Плюшка, Тефтеля, Шкода, Фифа, Зефирка, Оливка..
— М-да, очень демократично, — усмехнулся мужчина. — А кому ещё досталось такое счастье, как прозвище?
— Мужьям, — засмеялась Ольга и навскидку перечислила: — Ворчун, Лапуля, Мистер, Пупсик, Котаус, Улыбашка, Десертик, Пончик..
— Не знал, что женщины так могут, — смущённо произнёс советник, открывая дверь.
Они вышли из кабинета, стоявший у дверей унтер вытянулся и с удивлением наблюдал, как советник неуклюже предложил Ольге Дмитриевне согнутый локоть, а она ловко ухватилась за него, воодушевленно что-то рассказывая ему. Унтер не мог понять, что такая видная барынька нашла в старом медведе. Этому советнику наверняка было далеко за сорок, а ей.. Демьян поймал себя на том, что не может определить её возраст. Раньше она выглядела более зрелой, а потом становилась всё моложе и моложе. Впрочем, как и он. Васильчиков подкрутил ус и расправил плечи, наслаждаясь силой в теле.
Вместе с унтером за парой наблюдали и другие. Местные чиновники недоумевали, как такая молодая красивая женщина может флиртовать с таким неприглядным скучным человеком, как Головин.
— Всеволод Аристархович, давайте поспорим, что вы обалдеете, когда увидите своими глазами, до чего на моей Земле дошёл прогресс, — азартно предложила Ольга.
— Ольга Дмитриевна, вы проиграете, — безапелляционно ответил он ей, делая вид, что не видит завистливых взглядов.
— Ни за что! Спорим на кофе. На отличный зерновой кофе. А вы что закажете себе?
— Я тоже люблю кофе.
— Тогда в любом случае мы с вами наверняка попробуем отличный кофе. Поспешим же, мне не терпится удивить вас!