Страница 271 из 2635
– Ты спасешь ей жизнь, – терпеливо повторила Луна. – И она об этом знает. К тому же ты больше потеряешь из-за этого брака, я заметила на приеме, насколько тебя считают привлекательной партией. Половина барышень строила тебе глазки. А у Водзинской нет ни социального положения, ни денег.
– Не совсем: как девушка из «Золотого дворца» она высоко стоит в рейтинге на замужество, а если мадам Росси не соврала, то она из аристократии.
– Тем лучше, – сказала Луна. – Никого не удивит, что ты выбрал именно ее.
– Я правда должен?
– Правда.
– Что ж, похоже, тянуть незачем, прямо сейчас пойду и проинформирую нашу гостью, что хочу сделать ее самой счастливой женщиной в мире, – уныло произнес алхимик.
– Попробуй выказать больше энтузиазма, – посоветовала девушка. – И еще одно: я могу тут остаться на минутку?
– Разве серебро тебе не вредит? Я думал, что ты приходишь в отель только по необходимости.
– Конечно, вредит, но лишь через какое-то время.
– Ты могла бы уточнить? – прямо спросил Рудницкий.
– Ты понимаешь, что это не очень скромный вопрос?
– Почему?
– Потому что таким способом можно определить силу каждого theokataratos. Его мера – устойчивость к серебру.
– Извини, я не хотел…
– Я только дразню тебя, – улыбнулась девушка. – Через два часа я начинаю ощущать дискомфорт, после трех – невозможно терпеть эту боль. Если использую магию, то немного позже. Последнее время хуже, поскольку вы ввели дополнительные средства защиты, правда?
– В таком случае зачем ты мне это рассказала? Разве ты не должна держать это в тайне? – удивился Рудницкий, игнорируя последний вопрос.
– Должна.
– То есть?
Луна беспокойно заерзала и опустила голову. Алхимик взял ее за подбородок, заставляя посмотреть ему в глаза.
– Ну?
– Постель для нас не удовольствие, как для вас, – наконец сказала она. – В нашем мире физическая близость – это инструмент подчинения других, навязывание своей воли или даже уничтожение. В прямом смысле этого слова. Ни одна, почти ни одна из нас не согласится добровольно отдаться ни мужчине, ни Проклятому. Вот почему ваши магические книги полны описаний, как поработить демона… Тем, что больше всего нас волнует, чем-то, что называется «игра в доверие». Потому я хотела тебя обнять. Когда ты позволяешь мне сесть рядом, то доверяешь мне свою жизнь, ведь я могу убить тебя, я не твоя рабыня и даже не клялась тебе в круге… В свою очередь, когда ты гладишь меня по голове, хватило бы начертить соответствующий символ – и я бы умерла в муках. Я знаю, что ты не впускаешь в свое жилище чужих и точно держишь тут вещи, которые должны остаться в секрете, вот… – Она красноречиво развела руками.
– Тебе не кажется, что ты должна была рассказать мне это раньше?
– Должна, – признала она.
Рудницкий нахмурил брови: на лице Луны не было смущения, скорее смешанный с беспокойством вызов. Алхимик тихо выругался и снова дернул ее за волосы, в этот раз не настолько деликатно.
– Хочешь проверить, насколько я тебя люблю, правда?
– Ну…
– Мы друзья?
– Да, – ответила она решительно.
– В таком случае оставайся тут сколько хочешь.
Выходя из комнаты, он чувствовал взгляд Луны на своей спине, раздражение боролось в нем с веселостью. Лишь сейчас он понял мотив странного поведения Анастасии. Конечно, не вызывало сомнений, что Луна не первая и не единственная, кто втянул его в странную игру без его ведома. «Хотя и не в такую уж странную, – подумал он. – В конце концов, и мне приятно осознавать, что могу позволить себе близость с кем-то таким, как Луна или Анастасия. Поскольку кто-либо другой, кто попытается коснуться их хоть пальцем, закончит с собственными кишками, обернутыми вокруг шеи. Одно точно – если барышни будут продолжать играть, а они точно будут, то в ближайшем времени мне не придется скучать».
Опухшие красные глаза Наталии Водзинской говорили о том, что девушка не слишком много спала в эту ночь. Она открыла ему двери, одетая в шелковый халат, держа в руках пояс с массивной пряжкой странной формы. По выражению лица подопечной госпожи Росси можно было предположить, что Наталия не в восторге от столь раннего визита – отельные часы едва пробили шесть.
– Извините за вторжение, – сказал Рудницкий. – К сожалению, дело срочное, нам нужно поговорить.
Лишь через минуту девушка пригласила его пройти в комнату. Алхимик заметил, что она старается не поворачиваться к нему спиной.
– Что случилось? – беспокойно спросила она.
– В принципе ничего плохого, – ласково произнес он. – Однако ситуация требует принятия определенного решения.
– Вы же не думаете, что я соглашусь на прерывание беременности!
– Уверяю, то, что я хочу вам предложить, не только не угрожает вам или ребенку, а, наоборот, обеспечивает вам определенную защиту. Хотя для этого потребуется определенное присутствие духа.
– Я вас слушаю.
Рудницкий задумался, не должен ли он встать на колено, прося руки Наталии. Он несколько раз открыл и закрыл рот, но гладкие, старательно подготовленные слова разлетелись, как косяк рыбок при виде хищника. Наконец он развел руками.
– Простите, – с сожалением произнес он. – Плохой из меня оратор, но прошу не забывать, что я не хочу вас напугать или обидеть.
Водзинская ответила ему застенчивой улыбкой и расслабила пальцы, сжимавшие пояс.
– Говорите смело.
– Я наладил связь с вашим ребенком, но это не значит, что он принял меня. Но вы и сами видели, что без контроля ничего не получается.
Девушка согласно кивнула.
– Я понимаю, – сказала она серьезно. – И я вам очень благодарна за то, что вы выбрали не самое простое решение.
– В игру вступает магия, – продолжил Рудницкий, с трудом подбирая слова. – Этот ребенок поддается контролю только родителю, который может использовать слова силы. Поскольку его отверг настоящий отец, появилась возможность… – Алхимик замолчал, не зная, как закончить.
– Вы думаете…
Рудницкий кивнул.
– Извините, но это единственное спасение для вас и ребенка.
– Извините?!
Девушка упала на колени, и алхимик ощутил ее губы на своей руке. Через секунду она беззвучно рыдала.
– Ну что вы… Ну хватит, прошу, встаньте! – Он неловко обнял ее.
– Когда свадьба? – спросила она, вытирая слезы.
– Завтра. Это день моего рождения, и этот день будет самым лучшим. Я понимаю, что должен дать вам больше времени, но…