Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 213 из 2635

– Извини, – буркнул Самарин. – Я не хотел тебя… – Он махнул рукой. – Ну ты сам знаешь. Война – это война. Вернемся к делу: видно, поэтому он так быстро с нами справился. Не говоря уже о том, что он поразил нас каким-то заклинанием. Ты слышал о чем-то таком?

Алхимик покачал головой.

– Нет, только это было не заклинание, а слово силы. Ничто другое не дало бы такой эффект.

– То есть у них был доступ к библиотеке?

– Точно.

– В Варшаве?

– Черт его знает. Может, в Варшаве, может, и у вас. Не исключаю, что где-то и в другом месте. Я не знаю… в Токио или в Рио-де-Жанейро.

Самарин удобней устроился на кровати и подозрительно сузил глаза.

– Ты это знаешь или просто так думаешь?

– Я не знаю ничего конкретного, но сам понимаешь, что если это шпион Проклятых, то границы, в том числе и политические, не имеют никакого значения.

– Это да. А может, спросишь кого-то из своих? Ну, ты знаешь, у одного из адептов?

– Каких, к черту, адептов?!

– Тех, которые тысячами укладывали наших под Радзымином! – рявкнул офицер. – Возможно, они знают больше, чем ты?

– Боюсь, что никто эту тему уже не знает больше, чем я, – ответил с каменным лицом Рудницкий.

Самарин хмуро кивнул, когда до него дошло значение слов алхимика.

– Ты изменился, – сказал он.

– А ты нет? – сухо произнес Рудницкий. – Ты правда хочешь оставить мундир?

– Правда. Хватит мне приключений до конца жизни. Я старею и теряю бдительность.

Анна погладила мужа по голове.

– Около двух месяцев назад мы прижали венгров и один из их полков контратаковал, – сказал он, на мгновение укрыв лицо в ладонях. – Гусары, – саркастически произнес он. – Они растерзали полк донских казаков, разбили два пехотных батальона, захватили временные укрепления и почти добрались до штаба. Нужно было видеть. Я собрал, кого смог, и нам удалось улизнуть, но за городом мы наткнулись на их патруль. Я выпустил все пули, когда на меня напал какой-то мадьяр с саблей. Винтовка против сабли – плохое оружие, поэтому я кинул ее ему в лицо и вытащил наган. Он не ожидал этого, поскольку на мне была обычная шинель без опознавательных знаков, а откуда у простого рядового пистолет? Словом, я взял мадьяра в плен.

– И что дальше?

– Я приказал ему идти вперед и сказал, что при малейшем подозрительном движении я стреляю.

– Любой бы так сделал.

– Ну да! Только в один момент он полез за пазуху, а я нажал на курок.

– Ну ты его предупреждал.

– Предупреждал, – глухо признал Самарин. – Нужно было бежать в лес, вокруг было полно венгерских солдат, но что-то меня остановило, и я решил обыскать труп. Прежде всего, я проверил, за чем он потянулся. Ну и оказалось, что у него не было никакого спрятанного оружия, он держал в руке фотографию жены и детей. Похоже, хотел попросить о помиловании…

– Это не твоя вина!

– Не моя, – признал Самарин. – Но с меня хватит. И хватит говорить об этом. Как ты себя чувствуешь? Сможешь ходить?

– Думаю, да.

– Ну так попробуй. Было бы хорошо, если бы мы завтра вернулись в Варшаву. Будем путешествовать со всеми удобствами, поскольку отремонтировали железнодорожные пути, так что у нас будет поезд.

Рудницкий опустил ноги на пол, после чего со стоном поднялся, осторожно сделал несколько шагов. Выругался себе под нос, разглядев, во что его переодели.

– Справлюсь, – пробормотал он, укрываясь одеялом.

– Ладно, я отправил телеграмму, описав вчерашние события, так что скоро начнутся переговоры. Никто уже не верит, что это нападение – ваша работа.

– И? – спросил алхимик, наблюдая за лицом Самарина.

– Надеюсь, что польское правительство сделает все, чтобы закончить это дело.

– Я не могу ничего обещать от имени…

– Точно так же, как и от имени твоего неизвестного мага, – прервал его генерал.

– Об этом можешь не беспокоиться, – заверил Рудницкий. – Мы найдем их всех!

– Я надеюсь, что этот твой маг действительно настолько хорош.

– Он лучший. Ну ладно, мы еще не поблагодарили нашу спасительницу.

– Говори за себя!

Красное лицо Анны свидетельствовало, что лучше не спрашивать.

– Госпожа Анна…

– Пожалуйста, называйте меня по имени и на «ты», – предложила она. – Уже во второй раз вы спасаете мне жизнь.

Алхимик понял и улыбнулся, потом поцеловал ее в щеку.

– Где ты научилась так владеть ножом? Ну и откуда у тебя сальвавирго?

– Иосиф Андреевич научил. Он дал мне нож и научил нескольким штучкам. Но ты еще ничего не ел!

– Я не голоден.

– Выздоравливающему организму требуется питание, – поучительно произнесла она. – Сейчас я принесу суп.

Рудницкий открыл рот, но, наткнувшись на решительный взгляд Анны, прикусил язык.

– Разумное решение, – весело прокомментировал Самарин.

Алхимик пригрозил другу кулаком, после чего удобно расположился на кровати. Несмотря на отсутствие аппетита, забота Анны была ему приятна, кроме того, трудно спорить в больничной рубашке и кальсонах, которые выглядели так, словно их пошили во времена Крымской войны. Лучше сохранять хотя бы видимость серьезности…

Рудницкий исподлобья глянул на Самарина. Генерал ел яблочный пирог, хотя было заметно, что специальное кулинарное предложение его не интересует: встреча в расположенном недалеко от отеля кафе была только предлогом, чтобы передать найденный у нападавшего жетон официанта. Зато Луна ела разные пирожные с детским энтузиазмом.

– И что? – нетерпеливо спросил россиянин. – Вы можете установить, где находятся нападавшие?

– Особы, которые связаны с нападавшими, – с легким удивлением исправила его девушка. – Да, ничего трудного.

– Сколько их?

– В данный момент двенадцать.

– Что значит «в данный момент»?

– Я ощущаю их. Эти чары… имеют ограниченный диапазон. Я не исключаю, что где-то за пределами контролируемой зоны их больше.

– Двенадцать – это уже много, – заметил алхимик.

– Да, – подтвердила она. – А может быть еще больше. Потому лучше будет, если я сама ими займусь. Я проведу первичный отбор, отсею случайных людей. Тем более что это требует много сил, – добавила она равнодушно.

Рудницкий скривился и дотронулся до своего левого бока. Правда, благодаря алхимическим препаратам он не чувствовал особой боли, но в его случае еще рано говорить о полной боевой пригодности. То же было и с Самариным, офицер страдал от головокружений.