Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 381 из 423

— Опознайт классический гангрена? Йа! К счастью, мы имейт Эаф, — Доктор указал в сторону виху, которая все еще пыталась восстановить потраченные калории. — Нихт общийтелен фрау, имейт невежливый привыйчка удаляйтся без объяснений. Но обладайт гроссе полезен способнойсть.

— То есть, он сможет ходить? — с надеждой поинтересовался Янек.

— Надеюсь. Я иссекайт довольно большой куски мышцы, так что полный восстановлений маловерояйтен. Но шансы на то, что он сохраняйт частичный подвижность, есть. Если хотите их увелийчивайт — следите за тем, чтобы он соблюдайт мой предписаний. Подобный люди есть отврайтийтелен пациент по мой опыт. Недисциплинировайн, нетерпелийвен, своевойлен! Я нихт имейт сил и желайний пытайтся воспитывайт взрослый пьющий и курящий капризен ребенок!

— Я смотрю вы с ним пообщались перед операцией… — удивленно вскинула бровь Аптечка.

— Йа! Он пытайтся указывайт мне что делайт! Был гроссе соблазн вручайт ему скальпель и предлагайт резать себя сам.

— Он бы согласился.

— Нихт сомневайтся! Меня останавливайт нежеланий делайт лишний работа. Всё, уносийт его! Вы, фрау, оставайтся. Записывайт рекомендаций, битте. Ту-Кахуна — вы тоже слушайт внимайтельно! Они есть универсален при подобный операций.

— Ух, епт!

Аптечка, поглощенная заботами о командире, только сейчас заметила, что рядом с Доктором стоит плотный тангароа, который, судя по одежде и крови на ней, ему ассистировал. Тангароа, увидев её испуг, расплылся в довольной улыбке и жестом показал, что не обижается. На вид он был молод, но уже имел приличное количество «регалий».

— Это есть Ту-Кахуна, если я правильно произносийть его имя. Ученик местный шаман, или как они называйт тут данный специальнойсть. Несмотря на это, юноша весьма прогрессийвен взгляды и активно интересовайтся достижений медицина. Перенимайт опыт.

— Ага… — кивнув, и все еще косясь на здоровяка, Аптечка достала блокнот. — Я просто… Диктуйте…

Доктор продиктовал рекомендации и, еще раз осмотревшись, увидел, наконец, Багира и Марио, которые отдыхали у костра, слушая Михая, который с очень довольным видом рассказывал, как люди Кабанова перестреляли друг друга в бункере с его подачи. Вскинув руки в радостном приветствии, Доктор, от волнения перейдя на чеканный шаг, делавший его похожим на какого-то заводного солдатика, подошел к ним, обнял, после чего, не прекращая улыбаться, достал фонарик и учинил экспресс осмотр.

— Я понимаю, что вы таким образом выражаете радость встречи, синьор… — Марио, моргая после того как ему посветили прямо в глаза, попытался мягко отстраниться, — но может мы отложим это до завтра?

— Найн! Мне уже докладывайт, что вы есть пребывайт на тюремный судно. Место с ужасающий антисанитарен условий…

— Мы все равно уже обнялись!

— Это есть позволийтелен риск с учет обстоятельств наш разлука и степень мой радойсть, что вы возвращайтся живой и… левый ухо, битте… Йа! Относийтелен здоровый. Но если вы приносийть сюда какой-нибудь чесотка, то завтра ей болейт вся деревня. Лучше есть выйясняйт это сразу.

— Э! Там хюже чесотка бэгаэт, — сообщил Багир почему-то радостным тоном.

— Подробнойсть, битте?

— Ана мозги эст! Прямо в голова, да!

— Как это есть выглядейт?

— Голова совсэм пустой! Ми эго в сторонку положилы! Нэ сталы выкыдыват! Вам рэшылы показат!

— Вы есть привозийть это сюда?

— Нэ! На кораблэ оставылы!

— Гут! Верный решений. А теперь открывайт рот и высовывайт язык!

— Кстати, синьор… — воспользовавшись тем, что Багир замолчал, Марио решил задать мучавший его вопрос. — Мы стали свидетелями того, как по крайней мере один человек из тех, кто высадился с нами, заболел Морским Безумием. И у меня, признаться, были неприятные ощущения. Как будто я теряю контроль над собой.

— О! Вы есть записывайт свой наблюдейний?

— Нет… Как-то было не до этого.

— Гут! Значийт мы делайт это сейчас!

— Э! Давайтэ нэ сэйчас! — запротестовал наконец вырвавшийся из цепких пальцев Доктора Багир. — Ми сэйчас усталы, кюшат хатым, новост слюшат. Нас вэс пэрвий половина дня вообщэ убит пыталыс, да!

— Йа… Прошу прощений… — Доктор мотнул головой. — Я есть действительно теряйт такт и пониманий от волнений. Весь этот собыйтий… Разумейтся, мы есть переносийть это все на завтра. Пойду делайт вечерний обход, после возвращайтся. Если вы хотейт шнапс — Михай знайт, где он хранийтся.

— Шнапс? — все уставились на Михая. — Уже?

— Це не я! Це те пидараси, шо корабль захопали! Вони наши запаси роспродають, обезьяни безсовестни! Часть ми з Уром сумели отбити, но Дохтур его прибрав для врачебных делов. Однакож, коли вин разрешив, то шоб по чарочки-то не выпити!

— Это ты всем предлагаешь? — с подозрением уточнил один из наемников. — Или только своим?

— А вы шо, паны? З нами пити брезгуете?

— Нет! Просто, как я понял, шнапса у вас немного?

— Немного в сравнении с тем, сколько у них было, — ядовитым тоном пояснил Ур, который, свернувшись, грелся у костра. — Те два примата запитали самогонный аппарат прямо от контура охлаждения двигателя. Мы полтрюма этим добром забили.

— Эх, ебать! — в голосе наемников сквозила зависть пополам с уважением, — А сколько сумели вернуть?

— Вон тот однорукий суицидник во время последней вылазки укатил у них бочонок. Мотивировал тем, что Доктор просил много антисептика.

— А на сколько литров бочонок?

— Та вин там нипольний быв… — потупился Михай, — чуть бильше половины витсталося.

— Половины от скольки?

— Выпити за наше та вашего батьки здоровье хватит. Ни хвилюйтеся. Ша, хлопци. Усе буде! Тильке пляшку яку найду, бо усе сюды волочити незподручно.

Михай ушел в сторону хижины, где располагался медпункт и спустя несколько минут оттуда раздался характерный звук, от которого у наемников округлились глаза.

— У вас там что? Железная двухсотлитровая бочка этого шнапса?

— Та ни, паны! Откель таке счастье? — вернувшийся с двумя бутылями Михай помотал головой. — Под алкоголь треба тара луженая, а вона тут в основном имперьскогу стандарту. Сорока, чи сорокадвухгаллонная.

— Это ж больше ста пятидесяти литров!

— Так! Но меньше, чим двести! Тем паче вона ни полна. Я отлив скильке тары найшов, а остальное — то дохтуру. Сами бачили, якись вин у нас строгий! Вы шо стоите? Посуда хде?