Страница 44 из 59
Кстати, раньше я просыпалась и звала Неду. Та помогала привести в порядок волосы, сделать причёску, застегнуть бесчисленные крючки на платье. Но сегодня Эйнар ночевал в моей спальне.. И что теперь? Звать горничную? Или надо ждать, пока супруг удалится? Сотня вопросов и ни одного ответа. К счастью, мужчина разрешил все сомнения прежде, чем я успела окончательно запутаться.
Он просто откинул одеяло и встал. Подошёл к окну, рывком раздвинул шторы и со вкусом потянулся. А я поймала себя на том, что беззастенчиво пялюсь на широкие плечи, мускулистую спину и.. и на всё остальное, чуть ниже.
— Хорошо. Посёлок так посёлок, – сказал Эйнар, разворачиваясь. – Распоряжусь насчёт завтрака.
Он накинул брюки, подхватил рубашку и вышел в коридор. А я, счастливо улыбаясь, потянулась к звонку.
Так начались самые счастливые дни в моей жизни, хотя за горизонтом уже собирались тучи, пророча грандиозную бурю.
* * *
Из особняка выехали целым караваном.
Оказывается, не только я подумала об угощении для поселковых. Эйнар приказал подготовить несколько телег с крупами и мукой – тем, в чём у крестьян наблюдалась самая сильная нужда. Я даже несколько смутилась, когда следом прикатился мой небольшой возок: Хенрика с помощью служанок напекла бесчисленное множество сладких пирогов и булочек с разными начинками.
Эйнар поинтересовался, что там внутри. Получив исчерпывающий ответ, улыбнулся и бесконечно бережно поцеловал меня в лоб.
— Вы, действительно, моя половинка, Фрейа. Всегда думаете о том, что я упускаю из виду.
— Спасибо, милорд.
— Эйнар, моя леди. Прошу вас. Мне нравится, как моё имя звучит из ваших уст.
— Эйнар, – кивнула я, счастливо улыбнувшись.
Его слова были ценными, но вовсе не они порадовали, а то, что он не приказал проверить угощения на наличие магии. Это был очень хороший знак, значит, именно я, а не Фрейа, теперь занимает место в его сердце. В памяти тут же всплыло, как неуверенно муж пробовал первый приготовленный мной обед.
— Чему вы улыбаетесь?
— Просто так, – отозвалась я. – День хороший.
— Это да. Погода радует. Отличное начало нового года, – согласился Эйнар, тоже улыбнувшись.
В посёлке нас уже ждали. Слухи расползлись быстро, и староста тут же принялся разгружать телегу. Но Эйнар наградил его таким взглядом, что тот сразу извинился и отошёл подальше.
Буквально через минуту прибежали дети, окружив карету гомонящей толпой. Тойс, раздуваясь от важности, самолично вытащил большой мешок с импровизированными костюмами, которые под моим руководством три дня шила Мада.
Я не знала точно ни размеров, ни количества детей. Так что не требовала от служанки ничего особенного: простейшие платьица и костюмы. Лишь бы теплые и крепкие. Только для той худенькой девочки платье я подготовила сама. Сама же и вручила. И надеть помогла: белое, с меховой пушистой оторочкой, оно напоминало наряд снежинки. Малышка была в восторге.
— Спокойнее! Всем достанется! – важно напутствовал Тойс, тоже щеголявший в новом плаще. – Это одёжа, чтоб богам хвалы петь. По буеракам скакать в родной холстине будете!
— А как мы будем богам петь? – спросил кто-то.
— Песни знаете?
— А как же! Знаем! – полетело со всех сторон.
— Какая самая любимая? – поинтересовалась я.
Вариантов ожидаемо оказалось несколько, но, в конце концов, детишки сообща выбрали одну-единственную, такую, которая всем пришлась по душе.
— Вот её и будете петь. Хором.
— Как бабы на сенокосе?
Я понятия не имела, как поют бабы на сенокосе, но на всякий случай кивнула:
— Примерно.
— Но для богов так не делают, – с сомнением вставил незнакомый веснушчатый мальчуган.
— Вы будете первыми.
Взрослые суетились на площади, а моя малолетняя гвардия сгрудилась на пригорке, где остановилась карета. Это получилось очень удачно. В назначенный час с площади понесся такой гвалт, что заглушил бы даже ансамбль песни и пляски вооружённых сил. Но тут, на горке, дети были предоставлены сами себе.
И они запели. Сначала вразнобой, но постепенно голоса выровнялись и слились в единую мелодию – звучную и витиеватую, с легкими вкраплениями речитатива. Солировала, к моему удивлению, как раз та худенькая девочка-снежинка. То ли она и так была местной запевалой, то ли новый костюм придал ей смелости, но именно её звонкий голос плыл над долиной, увлекая за собой все остальные.
Домой мы возвращались ближе к полуночи. Вот где я добрым словом вспомнила заботливость Эйнара: дремать было куда удобнее в карете, чем сидя поперёк седла. Мне даже короткий сон приснился, как мы с Эйнаром встречаем Новогодие, но уж в окружении наших собственных детей. Мальчишка, такой же серьёзный и сдержанный, как мой дракон, и девочка с густой гривой платиновых волос.
Карета подскочила на каком-то ухабе, меня тряхнуло, и я проснулась, чувствуя тепло на сердце: из Эйнара получился бы замечательный отец.
Как странно всё сложилось.. Нищая и некрасивая повариха вдруг получила счастливую жизнь буквально на блюдечке: внешность, богатство, мужа и даже любовь. Единственное, чего не хватало, чтобы ощутить полное и всеобъемлющее счастье, – это малыш. Наш общий с Эйнаром ребёнок мог бы стать тем чудом, после которого я лично воспевала бы хвалы богам каждый праздник.