Страница 12 из 50
- Неплохое вступление для того, чтобы я тебя поняла и простила. Видимо ты надеялся, что за это время я постарела, рога от старости сами отвалились и мне ничего больше не остается, как принять этот факт и продолжить жить с тобой под одной крышей? Правильно я тебя поняла? Один раз не считается? - сжав двумя пальцами переносицу, она зажмурилась.
-А как ты относишься к тому, что ваша с Соней дочурка спит с мужем своей сестры и на минуточку, с твоей старшей дочерью? Или для вас это в порядке вещей? Я так поняла, что для тебя жить шведской семьей вполне допустимо? Сам так полжизни прожил и еще бы жил, если бы младшая доченька свой рот не открыла. Какие же вы мрази! Сволочи!
Как не уговаривала себя Маша, но заговорив о дочери, все таки не смогла сдержать слез. Вот кто кто, но Марина не должна страдать из за ошибок молодости своего отца. Неужели Вячеслав не понимал, что его оправдания ничто по сравнению с тем, что его младшая дочь пошла по стопам своих родителей и разрушила семью сестры? Хотя чему удивляться, для для него это наверное в порядке вещей.
-Маша, ты не представляешь как я жил. Я несколько раз пытался тебе признаться, но боялся, что ты меня не простишь. А перед Мариной мне безумно стыдно. Я не представляю, как я буду после всего, что произошло, смотреть ей в глаза. Разве я мог подумать, что моя единственная ошибка приведет к такому....
-А зачем смотреть ей в глаза?- перебила его Маша.
- Все что мог ты уже сделал. Родил себе подобную дочурку, которая всадила Марине нож в спину . Неужели у тебя хватает совести на что то надеяться? Как ты себе это представляешь? Лично у меня не укладывается в голове, как можно разрешить эту проблему? Или ты все таки считаешь, что лучше оставить все как есть, сделать вид что ничего страшного не произошло и продолжить жить одной большой шведской семьей? - в комнате снова воцарилась гнетущая тишина.
Вячеслав молчал, Маша тоже все что накопилось в душе высказала и добавить ей было нечего. Да и о чем можно было разговаривать с человеком, который заврался и столько лет без зазрения совести отравлял жизнь не только ей, но и дочери. В конечном итоге довел ситуацию до крайней точки.
-Маша, дай мне шанс. Я не смогу без тебя. Давай уедем. Марину заберем с собой, пусть разводится, встретит она еще свое счастье. Она молодая, умница, красавица. Не нужен ей этот Алексей. Я все сделаю для вас.
Вячеслав опустился перед ней на колени и посмотрел в ее глаза.
-Так почему же ты мне не оставил шанса построить свое счастье? Не ушел от меня, пока я была молода и красива? - задала вопрос, который со вчерашнего дня не давал ей покоя.
Если бы он сразу ей признался, то может быть ей было не так обидно. Не пришлось бы много лет общаться с людьми, которые всю жизнь держали камень за спиной и пользовались ее гостеприимством, а как только представился случай, причинили нестерпимую боль.
-Машунь, это совершенно разные вещи. - сглотнув ком в горле, Вячеслав покачал головой.
-Я всегда любил тебя и люблю до сих пор и после того случая сразу сказал Соне, что между нами больше ничего никогда не будет. Даю тебе слово, что больше между нами ничего не было и не могло быть. А если Соня начинала со мной флиртовать, то я пресекал это на корню. Я понимаю, что тебе поверить мне, но клянусь своим здоровьем, что между нами с Соней действительно ничего больше не было. -- скривив лицо, Маша убрала его руки и отошла в сторону.
Сейчас можно сказать все что угодно, только слишком поздно, да уже и не нужно.
-Нет, Слава. Хватит играть на публику. Мы не в театре. Давай разговаривать по существу...... Я с тобой все равно разведусь, даже если это было один раз, для меня это не оправдание. Ты годами нас с дочерью обманывал, обкрадывая нас помогал своей второй семье. Заврался до такой степени, что видимо сам начал верить в свою невиновность. Но только это не так.....Наберись мужества..... Покажи как ты нас с дочерью любишь. Собери свои вещи и уйди с достоинством. Вот тогда может быть мы с Мариной попробуем тебя понять, а со временем даже простить.
Минут десять Вячеслав думал, смотрел на нее не мигая, словно что то оценивал, взвешивал, а потом поднялся с пола, достал чемодан и начал молча собирать свои вещи.