После развода. Исцеление любовью

Глава 14

Глава 14

НАСТЯ

Последние двадцать четыре часа я была вся на нервах! Это не значит, что я не видела Матвея с того самого момента в субботу вечером, когда он пригласил меня на свидание, потому что мы... встречались каждый вечер, когда я выгуливала Нику вместе с ним... но когда наступила среда, мои нервы взяли верх.

Я задумалась: наверное, это и есть главный признак того, что ты действительно чего-то хочешь. Когда сердце колотится не от страха, а от предвкушения. Я так долго жила в режиме «защиты» и «выживания», что почти забыла, как это — волноваться о чём-то хорошем.

Егор помог мне выбрать красивый, но в то же время повседневный наряд, и я решила распустить волосы, но даже с учётом всех трудных решений я всё равно паникую! Мне не стоило бы нервничать... я провела с Матвеем много времени, и нам никогда не было неловко, но у нас всегда были мальчики, или папа, или молодёжный центр... всегда был буфер между нами на случай, если станет слишком напряжённо.

Сегодня только мы вдвоём... никаких отвлекающих факторов, никакого буфера. Я знаю, что большая часть моего волнения вызвана восторгом, но это не мешает моим рукам дрожать, пока я подвожу глаза... дважды, потому что в первый раз я всё испортила.

Я смотрела на себя в зеркало и думала о том, как мы часто боимся остаться наедине с тем, кто нам дорог. Потому что наедине нельзя спрятаться за шумом детей или разговорами о делах. Только ты и он. И это пугает.

Я глубоко вздохнула и сказала себе: «Я готова».

К тому времени, как я слышу стук во входную дверь, я готова настолько, насколько это вообще возможно. Егор, конечно же, бежит открывать дверь, но когда я выхожу из-за угла, он уже там... и всё моё волнение просто тает.

Матвей чертовски красив, как всегда, и даже больше в своих тёмно-синих джинсах и чёрной рубашке на пуговицах, где верхние две пуговицы расстёгнуты, а рукава закатаны.

— Ого, Насть... ты выглядишь... потрясающе.

Меня заводит не столько то, что он говорит, сколько его прерывистый голос... то, как он, кажется, борется за слова с воздухом.

— Спасибо. Ты тоже выглядишь очень хорошо.

Он протягивает мне руку, и я вкладываю свою в его без единой мысли.

Его слова отозвались во мне эхом. Десять лет брака я слышала «ты выглядишь нормально» или «ничего, сойдёт». А он сказал «потрясающе».

— Матвей, мам! Не делайте ничего интересного без нас, и чтобы к полуночи ты была дома! — Егор не может до конца сохранить свой шутливо-строгий тон, потому что он не может перестать улыбаться, но Матвей пожимает ему руку с серьезным лицом.

— Я присмотрю за ней, и верну её домой к одиннадцати.

Егор поднимает бровь, но кивает, выглядя вполне довольным ответом Матвея.

— Хорошо, теперь идите и повеселитесь.

Матвей кивает, затем выводит меня из дома и к своему джипу, не отпуская моей руки, пока мы не доходим до пассажирской двери... которую он галантно открывает для меня.

Первая часть поездки проходит в тишине, но комфортной, пока мы едем по улицам, и я смотрю в лобовое стекло... хотя Матвей протянул руку и взял меня за руку, как только мы выехали с его подъездной дорожки, и я немедленно согласилась.

— Как продвигаются дела с рукописью, над которой ты работала? Автор был доволен правками? — спрашивает Матвей, когда мы въезжаем в город.

Меня до сих пор удивляет, как сильно он на самом деле обращает внимание на то, что я говорю!

— Удивительно, но да! Я отправила её издателю вчера днём, и теперь я могу приступить к следующей. А как прошла твоя встреча сегодня утром? — Я вспоминаю, как он рассказывал мне о встрече с потенциальным клиентом, у которого возникли проблемы с обновлением оборудования, но он не вдавался в подробности.

— Это была не такая продуктивная встреча, как мы надеялись. Клиент был совершенно не готов к встрече с нами и не принёс даже половины документации, которую мы запрашивали. Теперь нам придётся встретиться с ними снова через две недели, чтобы пересмотреть всё. В общем, это была колоссальная трата времени.

Я закатываю глаза, чувствуя раздражение за него, потому что я могу только представить, насколько это должно быть разочаровывающе.

— Это просто возмутительно! Они пришли к тебе за помощью, но даже не потрудились взять с собой информацию, необходимую для того, чтобы ты вообще мог рассмотреть их!

Он качает головой, не отрывая глаз от дороги.

— Да, вот именно так мы все и чувствуем. Хуже всего то, что мне приходится улыбаться и притворяться, что я не хочу задушить этого парня на благотворительном мероприятии на следующей неделе. Я действительно ненавижу ходить на такие публичные мероприятия. А этот парень там точно будет.

Я полностью понимаю, что он имеет в виду.

— Да, я тоже это чувствовала. До того как всё полетело к чёрту, Кристиан таскал меня на все эти корпоративные вечеринки своей компании, и я ненавидела их. Как будто это всё создавалось, чтобы вся компания спивалась.

Это вызывает у него глубокий, раскатистый смех и лёгкое сжатие моей руки в своей.

— Да, нашу компанию тоже, похоже, хотят споить. Кстати, если хочешь спасти меня от этого и дать мне приятного собеседника, а не просто обсуждать деньги или бизнес, ты могла бы пойти со мной на это мероприятие. Его организовывает администрация около залива. В банкетном зале нового санатория. Там красиво.

На секунду мне кажется, что он шутит, но когда машина останавливается и он поворачивается ко мне лицом, я понимаю, что он говорит серьёзно.

— Думаю, у меня есть подходящие наряды для этого. — Я игриво усмехаюсь, но всё его лицо озаряется так, будто я только что согласилась выйти за него замуж.

— Правда?!

Я пожимаю плечами, стараясь выглядеть равнодушной, затем киваю.

— Если ты действительно хочешь видеть меня там, то я пойду.

Может быть, умный человек подождал бы, пока пройдёт первое свидание, чтобы согласиться, но его улыбка делает невозможным отказать.

— О, я определённо хочу видеть тебя там! А сейчас предлагаю отужинать.

Да, я не упускаю из виду тот факт, что он привёз меня на набережную, и, честно говоря, я очень рада, что он это сделал.

Я ожидала, что мы сядем за столик, возможно, с видом на залив, но затем хостес проводит нас наверх, на террасу на крыше, где есть только один столик, накрытый с единственной лампой в центре и гирляндами вокруг перил.

— Что вам принести выпить? — спрашивает официант.

Матвей переводит внимание на меня, всё ещё оставаясь джентльменом.

— Тёмное пиво, пожалуйста.