Всего лишь спор

Возле университета практически никого не было, все-таки сейчас шла пара. И это совсем не радовало.

— Ты, — Кирилл перевел взгляд на Лешу, и неожиданно со всего размаху ударил его по лицу. Тот не удержал равновесия и упал. Я взвизгнула. За парня стало страшно. — Как ты можешь. Ты же мой лучший друг, Леха, — Сомаров присел на корточки, пока Солдатов вытирал кровь с разбитой губы. — Я же тебе доверяю. А ты за моей спиной.. — Кирилл резко поднялся, с явно сдерживаемым желанием что-то или кого-то ударить. — А ты, — он повернулся ко мне. — Ты-то как можешь так со мной поступать?! Да я же тебя.. — он вновь замолчал, с силой сжав челюсть. Я испуганно смотрела на него.

— Кир, не при Алине. Не трогай её, — Леша предостерегающе посмотрел на друга, поднимаясь на ноги.

— Твою мать, — у Кирилла задрожали руки. Ему явно нужно было куда-то выплеснуть всю свою злость. И я очень боялась, что он что-то сделает с парнем.

— Кир, она и так уже напугана. Пускай идет.

— Нет, — замотала головой я, и прильнула к Кириллу, обняв его за талию. Он всегда успокаивался, когда я так делала. — Не уйду. Не трогай его. Он ни в чем не виноват. Хочешь кого-то побить — ударь меня, — Сомаров вздрогнул от последних слов. И тут же его руки сомкнулись на моей талии. Сильно. Еще чуть-чуть, и я, наверное, стала бы счастливой обладательницей сломанных ребер.

— Никогда так не говори, — нервно отозвался Кирилл. — Я лучше сдохну, чем ударю тебя.

— Кир, ты её сейчас задавишь, — предупредил Леша.

— Заткнись, — гневно бросил парень. — Хотя нет, лучше скажи, где вы были. Что вы от меня скрываете?

— Это не моя тайна, — вновь спокойно отозвался тот. — Черт, ну ты и врезал.

— Алина, — Кирилл ненадолго замолчал. — Что ты скрываешь?

Но я молчала. Я не могла ему сказать. Но, находясь сейчас в его объятиях, понимала, что все мои планы трещат по швам. Не хочу я от него никуда деваться. Я уже была согласна и на брак. Но.. ребенок..

— Что ты решила на счет моего предложения? — вдруг совершенно спокойным голосом поинтересовался Сомаров. Я вздрогнула. Я почувствовала, как его руки еще сильнее прижали меня. Стало трудно дышать. — Что, Алина?

— Извини, — выдохнула я. — Нет.

— Твою.. — он резко отпустил меня и сделал пару шагов назад, прикрыв глаза.

— Алина, уходи, — тихо, но отчетливо произнес Леша, не отрывая взгляда от друга. Мое воображение непонятно с чего вдруг подсунуло картинку, где Сомаров от ярости превращается в оборотня и становится неконтролируемым, вследствие чего убивает всех, кто попадает под руку. Я вздрогнула от таких мыслей.

— Нет, — упрямо помотала головой.

Где-то рядом послышался приближающийся стук каблуков. Шаги становились все медленнее, но я не обращала на это внимания.

— Алина, иди в университет, — повелительно проговорил Солдатов.

— Почему ты так хочешь, чтобы она ушла? — Кирилл вдруг открыл совершенно спокойные глаза. — Она ведь видела уже и не такое.

Леша ничего не ответил, сохраняя невозмутимый вид.

— Твою мать, почему?! — он вновь оказался рядом, схватив Солдатова за грудки.

— Хватит! — крикнула я, закрывая глаза, и зачем-то закрывая уши. — Я беременна, — голос сорвался до шепота. Повисла тишина.

— Что? — переспросил Кирилл через пару минут. К тому времени я уже отняла руки от ушей, но глаз так и не открыла.

— Пятая неделя. Леша возил меня в клинику, — тихо проговорила. — Я не хотела, чтобы ты знал. И замуж за тебя не пойду. Потому что тебе ребенок не нужен, а обременять тебя я не собираюсь.

Вновь повисла недолгая тишина.

— И ты собирался от меня это скрыть? — почему-то обратился он к Леше.

— Я пообещал. Но я говорил, что это плохая идея.

Я открыла глаза. Солдатов стоял совершенно невозмутимый. А Сомаров смотрел на него, прищурившись.

— Твою мать. Твою же мать, — Кирилл явно был немного не в себе. — Нет, я знал, что ты дура, — вдруг повернулся он ко мне. — Но как тебе в голову пришло скрыть от меня такое? — в его голосе мелькнула неприкрытая злость. — Черт, Алина, ну почему ты такая? — он взъерошил себе волосы. — Я же тебе все позволяю. Делай, что хочешь. Прошу только о двух вещах — быть честной и быть рядом. Почему же ты делаешь все, чтобы разрушить то, что у нас есть? То, что появилось с таким трудом, — он раздраженно пнул колесо своего мотоцикла. — Сегодня же возвращаешься домой. Ко мне, — он более спокойно глянул на меня. — И только попробуй еще хоть что-то вытворить, чтобы раздавить меня, уничтожить. Ты теперь никуда от меня не денешься. Станешь моей женой и матерью моего ребенка. И плевать я хотел, что ты к чему-то там не готова, — он вновь зло и раздраженно ударил по колесу байка.

— Ты, — я вдруг вспомнила свои размышления. — Ты специально? Ты хотел, чтобы я забеременела, чтобы у меня не было возможности уйти? — и пытливо посмотрела на него, почувствовав боль, обиду, злость, раздражение и усталость.

— Я же не думал, что ты мне откажешь в браке, — мрачно ответил Кирилл.

— Твою ма-а-ать, — это уже протянул Леша. — Вы друг друга стоите. Одна — дура, второй — клинический идиот и псих. Вы в своем уме?! — вдруг повысил он голос. — Одна решила воспитать ребенка сама, второй решил с помощью ребенка привязать к себе первую. А о ребенке вы подумали, вашу мать? Это вам что, игрушка? Вы вообще как его воспитывать собираетесь?!

— Заткнись, — посоветовал другу Сомаров.

— Я не собиралась заводить детей ближайшие пять лет так точно, — тихо ответила я. — Я не готова стать мамой.

— А ты не знала о том, что надо предохраняться, чтобы детей не было? — раздраженно спросил Леша. Я хмуро посмотрела на него. Знала, да не думала.

— Солдатов, не перегибай палку, — предупредил Кирилл.

— Сомаров, заткни свой рот. Ты уже и так дел наделал. Решил поиграть в отца? Ты придурок?

— Все, закрыли тему, — вдруг прозвучало спокойное за нашими спинами. Вздрогнули все, и тут же обернулись. — Не устраивайте концерт, — совершенно спокойно произнесла Даша. Стоящие возле входа студенты с интересом посматривали в нашу сторону и прислушивались к разговору.

Повисла тишина. Такого никто не ожидал.

Первым ожил Кирилл. Подошел ко мне, развернул к себе лицом, обнял за талию и прижал к себе.

— Все будет хорошо, мышонок. И ребенка мы воспитаем, — тихо проговорил он мне на ухо. Мне нечего было ответить. Я все еще была в шоке от происходящего. Кажется, беременным нервничать нельзя. Но что-то у меня совсем не получается не нервничать.

— Черт, кажется, я буду жить на две семьи, — пробормотал рядом Леша.