Всего лишь спор

— Нет, — улыбнулся он, и, наклонившись, неожиданно поцеловал в мои слегка приоткрытые от этого движения губы, достаточно требовательно. Секунд на пять я просто застыла как статуя, а потом Кирилл заставил меня ответить. И вскоре я оказалась лежащей на спине, в то время как он навис сверху.

Кажется, ему больше не нужно было отвечать ни на какие вопросы, потому что он всецело предался соблазнению меня. Вероятно, я сказала что-то такое, что вызвало в нем такое резкое желание.

Поцелуй перестал быть невинным, а его руки заскользили вдоль моего тела. И хотя мы все еще ничего не решили, я понимала, что все же это уже не всего лишь спор, а что-то большее, а поэтому неожиданно для самой себя не стала никак сопротивляться, а позволила ему творить то, что он задумал. Хотя и знала, что сегодня у нас ничего не будет, но не спешила говорить об этом парню.

Не знаю, на каком бы этапе мне пришлось останавливать Сомарова, если бы нас не остановили ранее.

— А давайте вы этим займетесь в мое отсутствие? — прозвучал спокойный голос Тани где-то возле двери, заставив Кирилла вздрогнуть, а меня тут же покраснеть.

— Стучаться не учили? — немного хрипло поинтересовался парень, будучи недовольным. И тут же оказался сбоку от меня, прикрыв глаза. Я же тут же села, поправляя и одежду, и прическу.

— Ты никогда не стучался, а я беру пример с тебя, — невозмутимо пожала плечами девушка. Посмотрев на неё, я увидела немного красные глаза, и тут же почувствовала себя очень неуютно. Она явно плакала, а мы тут занимаемся всяким.. Как ни в чем не бывало.

— От меня ты берешь только плохое, — хмыкнул Кирилл, приподнявшись на локтях. Его взгляд был серьезным и изучающим, и был направлен на сестру.

— Порой и плохое бывает полезным, — спокойно произнесла Таня, и прошла немного вглубь комнаты. — Я тут подумала, раз уж я прилетела сюда, почему бы нам не прогуляться? Я соскучилась по этому городу, — и вновь в её голосе проскользнул едва заметный акцент.

— Пойдем, — тут же согласилась я, глянув на парня. Все равно продолжения сегодня не будет.

— В Лондоне не нагулялась? — с усмешкой поинтересовался Сомаров. Вот, значит, откуда она прилетела. Вероятно, и акцент оттуда.

— В Лондоне хорошо, а дома лучше, — едва заметно улыбнулась Таня. — Да и с Алиной хочу поближе познакомиться, — её глаза остановились на мне.

— Ну пойдем, — хмыкнул Кирилл, посмотрев сначала на сестру, а потом и на меня. Я невольно улыбнулась. Что-то мне подсказывало, что теперь все будет немного иначе.

* * *

Кирилл был недоволен тем, что их прервали, и еще больше вызывало его недовольство то, что мышонок, наоборот, явно обрадовалась этому.

Он понимал, что теперь дело уже не за ним, а за ней. Он сделал то, что должен был, — рассказал о своих чувствах и о своей жизни. И получил в ответ то же самое. И теперь её очередь принять это.

Хотя, как бы там ни было, а он не намерен её отпускать. И точно знал, как добиться того, чтобы она не ушла от него.

И в то же время, он был доволен тем фактом, что Таня сама позвала их гулять. Он не знал, простит ли она его, но видел, что она пытается это сделать. Пытается смириться с прошлым и дать ему второй шанс. И он на это надеялся. Если уж он начал исправлять ошибки прошлого, то надо исправлять все.

Только так он может рассчитывать на нормальную жизнь, а не ту, которой он жил все эти годы.

В конце концов, сегодня Кирилл им обоим раскрыл свою душу, а это не могло пройти просто так. Они обе просто обязаны понять то, о чем он каждой из них рассказал.

Да и с Таней у них одна боль на двоих. Она не может его не простить.

* * *

Мы вернулись домой, когда на улице уже который час царствовала темнота, веселые и довольные, как объевшиеся сметаны котята. Впервые за очень и очень длительный период моей жизни, я позволила себе весь день потратить на отдых. Но я считаю, что оно того стоило.

За неимением транспорта на трех особ Сомаровым было решено отправиться пешком по улицам, куда глаза глядят, благо погода была хорошая и позволяла это сделать. Надо заметить, что он вообще предпочитал все делать сам, и нас особо не спрашивал. Впрочем, мы не возражали. Напротив, мы соглашались со всем, что он предлагал, неожиданно сплотившись, да-да, против него. Таня, вероятно, поставила перед собой цель всячески доставать брата, а я весело ей в этом потакала. Наедине с ним я бы ни за что не позволила себе такого поведения, но в компании с Таней была только рада отыграться за все то плохое, что он ранее делал мне. И хотя я ждала, что он будет злиться и вообще убьет нас, он только головой качал с едва заметной улыбкой, и лишь изредка так смотрел на нас, что мы тут же замолкали. Но стоило ему отвернуться, и мы тут же хихикали, и через какое-то время вновь начинали его всячески подкалывать.

Кстати говоря, он, порядком удивив и меня, и сестру, взял с собой фотоаппарат. И на нем появилось несколько фотографий, где были запечатлены я вместе с Таней. И еще куча фотографий окружающей нас среды. Когда же Таня язвительно поинтересовалась, не спятил ли он, что стал фотографировать, он лишь фыркнул, и невозмутимо сказал, что психически здоровым он не был никогда. Девушка тут же не преминула сказать еще пару лестных слов в его адрес, а я лишь посмеивалась. Теперь я понимала, почему они друг друга ранее считали врагами. Тем более, что и Кирилл не упускал возможность сказать что-то с нехорошими намеками сестре.

А еще, за время прогулки, я узнала, что Таня обучается в Англии, подтверждая мои догадки о том, что оттуда она привезла акцент человека, долго живущего за границей. Кирилл тут же не забыл с неким презрением уточнить, что там она учится потому, что так захотела мать. Девушка же парировала тем, что получит хорошее образование, а он, непослушный кретин, из-за своей гордости упустил этот шанс и так и останется непутевым человеком. На что он не без издевки заметил, что благодаря своему непростому характеру и нежеланию никому подчиняться многого добьется в жизни, а она будет сидеть на подручной работе, не смея сказать и слова против начальству. Я лишь посмеивалась, потому что новые аргументы они оба находили очень быстро, и их спор был бесконечен. Я, как могла, защищала Таню, за что и получала большую часть раздраженных взглядов Кирилла, который явно считал, что защищать я должна его, а не его непутевую сестру. Хотя, это скорее он был непутевым братом.