Потомок царицы 2

В этом и был весь Фурат: весёлый, общительный, с девушками обходительный и в то же время умный и ответственный. В первые дни общения я жутко уставала от его активности, но со временем он понял, как нужно вести себя со мной. Порой мне кажется, что он чувствует моё настроение и как будто бы знает, когда ко мне лучше не приставать. Посмотрит на выражение моего лица и молча поведёт туда, куда мне нужно.

Я сначала думала, что он не рад наказу Самала сопровождать меня, и, не поговорив с ним об этом, сразу пошла к ректору снова просить свободы. Тот решил, что Фурат меня чем-то обидел, и предложил заменить его на более подходящего. Мы опять чуть не поругались, и в конечном счёте я решила оставить всё как есть. Ну никак не получается переубедить моего Щита в том, что мне не нужна компания.

Позже я насмелилась и поговорила с Фуратом. В подтверждение слов ректора о том, что мне нужно больше общаться с людьми, я поняла, как ошибалась, потому что мой водник, наоборот, очень рад побыть со мной рядом. Из-за печати его, как и Самала, тянет ко мне, и, увы, ничего с этим нельзя поделать. Даже на Агьяна стала действовать эта метка. Вот недавно он попросил разрешения иногда касаться меня, и я, чтобы не вынуждать лекаря спрашивать каждый раз, сама при встрече протягиваю ему руку.

К Майге я стала относиться намного теплее. Она присылает мне вестник и предупреждает, что вечером полковник перенесёт её в академию, и тогда мы в гостиной ректора ужинаем. В один из вечеров она призналась, что необъяснимая тоска на неё нападает, если долго меня не видит, и мы, обнявшись, поплакали, когда она заговорила об Алике. Я была благодарна ей за то, что она первая начала разговор об этом. С мужчинами я не могла дать волю слезам и держу постоянно всё в себе. Маруа не могла утешить меня, потому что не была знакома с моим оборотнем, вот и вышло так, что Майга единственная, кто понимает моё горе. Про Тэуна я стараюсь не думать, и спасибо его тётушке, она его ни разу не упоминала в разговоре, но я продолжаю видеть его во сне.

Проводив взглядом ребят, подходящих к воротам, я вспомнила, как Фурат хвастался мне об увеличении своего резерва. Он рассказал немного о своих занятиях с ректором и как тот, заметив изменения в адепте, стал больше выматывать его, проверяя границы. Воднику эти занятия очень нравятся, он гордится тем, что теперь он не просто адепт столичной академии, а приближённый потомка царицы Гамиры Первой. Вспомнив о том, кем я оказалась, тяжело вздохнула и неспеша продолжила свой путь. В запасе у меня есть минут пятнадцать, и нужно спрятаться в тени от палящего солнца, иначе мои веснушки станут ярче и ещё больше заполонят лицо. Посмотрев на занятые скамейки, я развернулась и пошла в другую сторону. «Подожду-ка я Маруа возле здания общежития», — решила я, совсем не ожидая столкнуться с Селиной Кёлер. Эта высокомерная девушка скривила такое лицо, будто съела лимон. С того дня, как по настоянию госпожи Цафрир она вернулась в академию, мы ни разу не встречались, а сегодня мне несказанно «повезло». Отведя от неё взгляд, я заметила, как вокруг всполошились девушки. Некоторые восхищённо заахали и стали слать вестники, крепко сжимая в руках кристаллы. Пока я оборачивалась, чтобы узнать, кого они там увидели, заметила, как в окнах общежития появились женские восторженные лица. «Мать-прародительницу что ли увидели?» — хмыкнула я и обернулась. Моё лицо, наверное, вытянулось, потому что я увидела Хранителя Красного Камня. Онгон Биргер шёл по аллее в ярко-красной сутане, которая ему невероятно шла. Длинная до пят с огненным рисунком на подоле, она превращала этого мужчину в сказочного героя, а его длинные, развивающиеся на ветру волосы только добавляли этой сказочности. Он шёл уверенной походкой, явно зная, какое впечатление создаёт у окружающих своим внешним видом.

— Девочки, да это же Хранитель Камня Правды с «Драконьей горы», — воскликнула одна из девушек, и те в ответ восторженно застонали.

Онгон, естественно, слышал этот всеобщий стон и, чтобы ещё больше поразить их своей красотой, повернулся в нашу сторону и увидел меня. На его прекрасном лице расцвела лучезарная улыбка, и рядом стоящие девушки ещё громче запищали от восторга. Мне захотелось сбежать и не разговаривать на виду у адепток, но я понимала, как это будет глупо выглядеть, ведь он пришёл именно ко мне. Красный Камень давно предупреждал меня об этой встрече. Оглянувшись, я хотела увидеть Маруа, чтобы под предлогом занятости сбежать, но наткнулась на злой взгляд Селины Кёлер. Она вдруг подошла ближе и прошипела, словно гадюка:

— Тебе ректора мало? Уже глазки Хранителю строишь?

— Зря ты так, — со вздохом ответила я и отвернулась.

Хранитель целенаправленно шёл ко мне, отвечая лёгкими кивками на приветствия адепток. Те «облепили» его, и каждая хотела выказать ему своё почтение. Вдруг Селина обошла меня и, встав на расстоянии трёх шагов, загораживая собой, приторно-сладким голосом заговорила:

— Господин Биргер, я рада снова видеть вас. Неужели ради меня вы покинули Камень?

«Даже так? Они знакомы? Хотя их высокомерие чем-то похоже, наверное, до того, как он стал Хранителем, они вращались в одних кругах», — подумала я и медленно стала отступать, увеличивая расстояние.

— Госпожа Кёлер, мир не вертится вокруг тебя, — серьёзно ответил он, видя, как я собираюсь сбежать. — Аша, нам нужно поговорить, — сказал он, повысив голос.

— Неудачное вы время выбрали, — тихо ответила я, делая ещё шаг назад. А затем поняла, что не поздоровалась, и решила всё же исправиться: — Добрый день, Хранитель.

— Добрый день, — настороженно сказал он, отодвигая с пути хлопающую густо накрашенными ресницами Селину. — Аша, не убегай, — добавил он, делая широкий шаг ко мне.

У Селины на щеках выступили красные пятна. Она поджала губы и сложила руки на груди. Мельком глянув на других девушек, я увидела на их лицах удивление, зависть, интерес к дальнейшим событиям и снова горько вздохнула. Вот опять появятся новые сплетни! Хранитель приблизился, и мне пришлось задрать голову, чтобы посмотреть ему в глаза.

— Прости, — прошептал он и вдруг опустился на колено, склонив голову.

Вокруг все дружно ахнули.

«Ой, беда-а-а! Ещё хуже сделал!» — заголосила я про себя, а вслух еле выдавила:

— Встаньте! Запачкаете одежду.

— Сутана зачарована от грязи. Где мы можем поговорить? — спросил мужчина, посмотрев на меня снизу вверх со слегка виноватым выражением лица.

— Может, в другой раз? Я занята и жду подругу, а вот и она, — произнесла я, увидев Маруа.