Страница 75 из 85
— Твой отец мне не рад, — огорченно произнесла она, беря меня под локоть.
— Он никому не рад, так что всё в порядке.
За столом отец немного оттаял, узнав, кем работает Лами и какой у неё дар. Сделал даже попытку извиниться за его негостеприимное приветствие, но Лами была само обаяние и очарование, быстро сменила тему. И вот через два часа оживленной беседы мой отец повел свою будущую невестку в свой кабинет показывать любимую коллекцию давно разряженных магических артефактов прошлого века.
— Она и вправду милая, — сказала мама, поднимаясь из-за стола.
Глория прикатила сервировочный столик и стала складывать на него посуду. Мама принялась ей помогать, а я вспомнил, что слышал сигнал вестника, но кристалл оставил в куртке и, воспользовавшись моментом, пока все разошлись, решил проверить, кто меня потревожил в выходной день.
«Мне нужно связаться с твоей тёткой», — раздался надменный голос Балодиса.
Даже отвечать не буду. Ни здрасьте, ни будьте добры, послать вестник уважаемой госпоже Брунс.. Я всю неделю старался не вспоминать, что произошло в том треклятом кафе, но, чертыхнувшись и проклиная свою службу и то, что Балодис — архимаг, а таких игнорировать нельзя, зажал кристалл в ладони.
— Что? Замарашка опять сбежала? Или Гайлис что-то натворил? Я вам вряд ли смогу помочь в обоих случаях.
«Кого ты назвал замарашкой?» — тут же пришёл вопрос.
— Вы поняли кого. Не хочу даже знать, что с ней случилось, и помогать отказываюсь. Можете забыть про моё существование. У меня сейчас в разгаре знакомство моей невесты с родителями. И вообще, имейТЕ совесть! На часы посмотриТЕ, — закипая, сказал я и удивился тому, как легко выхожу из себя, стоит только подумать про деревенскую девчонку.
«Ротмистр Баликского Управления, Тэун Хаас, приказываю срочно предоставить мне координаты деревни Цисмар и адрес госпожи Майги Брунс», — сказал он, применяя магический приказ.
Служба и хреновы магические клятвы подчинения заставили меня выпрямиться и приложить руку к груди в знак уважения к архимагу.
— Так точно, господин Балодис. Сейчас отправлю, — сквозь зубы сказал я, не в силах сопротивляться.
На лбу выступил пот, и голову сдавило так, что в висках запульсировало. Словно в тумане, я сделал то, что приказали, и как только кристалл потух, выдохнул, слегка покачнувшись.
— Тэун, что случилось? — спросила у меня мама.
— Работа, — тихо ответил я.
— Это был архимаг Гайлис? Он опять тебе что-то приказывал? Этот сумасшедший человек знает прекрасно, как действуют на магов их приказы, и всё равно продолжает издеваться!
— Нет, мам, это другой архимаг. Не волнуйся, пойдем спасать Лами, а то отец начнёт показывать свои старые коллекции, а там у нас слишком пыльно.
Аша
— Хватит спать! У нас сегодня очень насыщенный день! О, попугайчик! Иди сюда, красавчик, — услышала я знакомый голос и приоткрыла один глаз, чтобы увидеть, как Маруа хлопает себя по руке, призывая Додара.
А тот, нахохлившись, сидел на гардине, зацепившись одной лапкой за штору и немного покачиваясь, чирикал:
«Аша, выгони эту девку! Она мне не нравится!»
Сжалившись над птицей, мне пришлось подать голос и отвлечь девушку на себя.
— Доброе утро, Маруа. Что ты здесь делаешь?
— Отрабатываю своё наказание. Ой, ты не подумай, мне в радость тебе помогать. Просто ректор на сегодня изменил мой график. Я же последние два дня с семи утра в конюшне навоз таскала.
— В городе есть лошади? — удивилась я, поднимаясь.
— Не в городе, а в академии. Когда её основали, было принято, что адепты сами себя, так сказать, обслуживают. Ну там, огород, животные, пошив одежды.. При прошлом ректоре ничего этого не осталось, а вот когда этот пост занял господин Балодис, то он возобновил некоторые правила. Отстроил новые просторные загоны и выкупил за свои деньги всех животных из городского зоопарка. Они там содержались в плохих условиях, а сейчас пасутся на лугах, которые сразу начинаются за академией. Там были старые дома, и после того, как нас посетил сам Гайсар Третий, он дал добро снести эти старые бараки и засеять всё травой. Я взаправду горжусь нашим ректором! Никому нет дела до животных, а он их любит, сразу видно. Я вот тоже люблю их, особенно водоплавающих птиц. Я частенько прихожу к пруду и наблюдаю за ними. Кормить строго запрещено, но благодаря наказанию я сейчас могу спокойно это делать. Быки, конечно, пугают меня, но с лошадками я уже нашла общий язык, — улыбаясь сказала она и села на край кровати.
— Так, а зачем ректор тебя ко мне прислал? Мне навоз таскать не надо, я домой сегодня собиралась, вообще-то, — тоже улыбнувшись, сказала я, глянув на попугая.
Тот, вспорхнув, переместился на шкаф.
— Мне нужно составить тебе компанию за завтраком, затем свозить в магазин за одеждой и до самого вечера, собственно, развлекать. Так сказал ректор, и я этому рада. Давненько за покупками не ходила.
«Решил занять меня чем-то, а сам избегать теперь будет?» — подумала я и решительно встала, совсем забыв о том, в каком виде я спала.
А спала я в халате, который обнаружила в ванной. Быстро запахнула его и, перевязав пояс, вспомнила, что одежды, кроме той, в которой я была вчера, у меня нет. Посмотрела на Маруа, которая, отвернувшись от меня, снова наблюдала за птицей. Затем посмотрела на брюки, что висели на спинке стула. Вздохнула, подхватила их вместе с блузкой и отправилась одеваться в ванную комнату. Маруа тут же принялась домогаться попугая, и поэтому я очень спешила одеться и умыться. Времени на прическу не было, и я, закрутив волосы в свою привычную «рогатульку», поспешила спасать Додара, который уже верещал:
— Ррруки прррочь, злая ведьма! — на что Маруа еще сильнее заулыбалась и, поставив стул к шкафу, уже встала на него одной ногой.
— Не трогай его, пожалуйста, он не любит прикосновения, — сказала я и вытянула руку, чтобы Додар сел на неё.
Я хотела отнести его в комнату ректора, и как только птица послушно села мне на предплечье, Маруа удивленно воскликнула:
— Как ты его приручила? И что вообще он делает в этой комнате? По слухам, это птица ректора.
— Сам пришёл. Я сейчас, — сказала я и вышла в коридор.
Быстрым шагом дошла до покоев господина Балодиса и решительно толкнула дверь.
— Я же просил не беспокоить! — услышала я злющий голос Самала и замерла на пороге.