Страница 42 из 85
Авда заметно заволновалась, но ничего не сказала, в то время как Лами, взявшись за воротник замусоленной шубы, закрыла глаза. Подняв одну руку, она стала крутить ладонью в разные стороны, а затем подняла вверх и вторую. По нахмуренным бровям я понял, что она тоже её не видит.
— Я вижу, кто шил эту шубу. Вижу даже, кто надевал её несколько раз, но кто в ней сюда пришёл — нет, — удивлённо сказала она и открыла глаза.
— Остались ещё носки. Она точно в них была, — воскликнула Авда и побежала на второй этаж.
Мы с Лами переглянулись, и я быстро поведал ей о том, что девочка умудрилась сбежать. Через пару минут к нам спустился шатающийся Омид. Я, как положено, представил ему Лами, но тот только махнул рукой и развалился на диване. Лами удивлённо подняла бровь, но промолчала. Вскоре Авда вернулась, и история с поиском повторилась. Лами увидела жену Юрта Каулиньша, вяжущую эти носки, и уже как Авда подняла их с пола в этом доме. Посидев в полном молчании, мы осмысливали произошедшее. Еще никогда такого не было, чтобы поисковик не видел человека. Давли с Авдой, поглядев на заснувшего хозяина на диване, синхронно кивнули друг другу и, подхватив его под руки, утащили в спальню, а мы с Лами наконец остались вдвоём. На журнальном столике оставались угощения, принесённые Авдой, и я принялся их уплетать, запивая холодным чаем. Лами задумчиво смотрела на шубу и была явно озадачена своими видениями.
— У тебя дар не такой, как у других поисковиков, — сказал я, ставя пустую чашку на столик.
— Редко кто видит то, что вижу я, но это мой секрет, — тихо ответила она и, опомнившись, посмотрела на меня.
— Теперь его знаю я. Парень твой об этом тоже знает?
Лами нахмурилась, и я решил, что она не захочет о нём говорить, но она вдруг неожиданно выдала:
— Нет у меня парня. Опять же, благодаря моему дару. Я вижу то, что не должна знать о людях, и мне еще не довелось встретить того, с кем бы я хотела построить серьезные отношения.
— Даже так! В свои двадцать четыре ты ещё девственница? — воскликнул я и, не без удовольствия, стал наблюдать, как начинают краснеть её прелестные ушки. Удивительно! Впервые вижу, как краснеют не щёки, а именно кончики ушей! — Можешь не отвечать, в постель тебя всё равно не потащу, — пришлось сказать мне, придав голосу скучающий тон.
— Да, я помню, что я не в твоём вкусе. Я, кстати, видела предмет твоего воздыхания. Нравятся смуглые веснушчатые подростки? Такая круглолицая.. пожалуй, миленькая, и даже крупный нос её не портит..
— О чём ты? — насторожился я.
— Когда я уснула в машине рядом с тобой, я видела твои мысли. Или это были твои сны? Не знаю. Я не контролирую это и не могу сказать, когда такое может повториться. Да и довольно редко со мной такое бывает. Короче, я видела, о ком ты сохнешь, — ехидно проговорила она и криво улыбнулась.
— И что ты видела? Можно поподробнее? — попросил я, внутренне подобравшись.
Что-то мне не понравилось в её словах про внешность той девушки. Из всех моих женщин, да и вообще из всего моего окружения в последнее время только одна подходила под это описание. И я бы не сказал, что тогда в машине я думал о ней.
— Молоденькая девушка с тёмно-рыжими волнистыми волосами, замотанными на затылке. Тёмные глаза, веснушки по всему лицу.. Шрамы на шее.. — перечисляла Лами, прикрыв глаза.
— Что за шрамы? — перебил я.
— Похоже, от ожогов. Тебе, наверное, лучше знать, — пожала она плечами.
— Я не знаю, почему ты увидела именно её, когда могла увидеть кого угодно, но по описанию это именно та девочка, которую мы ищем.
— О! Так ты не сохнешь по ней, а просто она предмет твоего поиска! Вот почему ты думал о ней!
— Я о ней тогда не думал. Я её видел пару раз в деревне и всё.
— Странно, — проговорила Лами, облокотившись на высокий подлокотник мягкого кресла.
— Странно, — повторил я, а затем поднялся и предложил проводить её в гостевые апартаменты, в каких обычно ночую я. Эту ночь я могу провести и в соседней, менее комфортной комнате.