Страница 30 из 82
Глава 15 Лариса
Я сидела на диване и читала книгу, а Клык висел в балдахине над кроватью. Он не двигался с тех пор, как занял это место, и его глаза всегда были прикованы к двери. Когда он внезапно развернулся и двинулся к покрывалу, я поняла, что что-то произошло.
Дверь открылась, и вошел Кингснейк. Он был в тех же доспехах, в которых уходил, а значит, он бросился к нам, как только вернулся. Его обнаженная рука потянулась к чешуе Клыка и остановилась там, будто он пытался нащупать сердцебиение змея. Клык осторожно обвил хвостом его запястье и часть руки. Они смотрели друг на друга. Прошли секунды. А потом они оба отдалились.
Мне потребовалось некоторое время, чтобы понять, что я только что увидела.
Любовь.
Затем Кингснейк обратил свое внимание на меня и прошел в гостиную.
— Ты в порядке.
Я оставила книгу на столе и поднялась на ноги.
— Я была бы мертва без моего меча.. и Клыка. Он не покидал меня с момента нападения.
— Я знаю, – сказал он без объяснения причин. – Надеюсь, твой страх перед змеями прошел.
— Я имею в виду.. я всегда буду бояться змей. Но не Клыка.
Стоя здесь в этих черных доспехах, он выглядел так же устрашающе, как и будучи обнаженным. Его сила исходила откуда-то изнутри, не от меча на его бедре и не от пластин, защищавших его от урона. Он мог быть совершенно нагим и при этом обладать энергией короля. Я никогда раньше не чувствовала такой внутренней силы.
— Собирайся.
Я дважды моргнула, прокручивая в голове его слова.
— Что?
— Я сказал, собирайся.
— И куда я пойду?
— В мою спальню.
Тогда я совсем перестала моргать.
— Что?
Переполненный яростью, он рявкнул:
— Перестань вести себя как идиотка и собери свои вещи.
— Я не пойду в твою спальню..
— Ты бы предпочла, чтобы я оставил тебя здесь, уязвимую перед новой атакой?
— Мы убили этих придурков, и Клык может остаться со мной.
Он прищурился.
— Клык мой, а не твой.
Одержимость в его голосе была очевидной, и я быстро поняла, что змей значил для него больше, чем кто-либо еще в этом мире.
— И те придурки, которых ты убила, не были моими подданными. Кто-то нарушил нашу безопасность, и теперь ты не уйдешь из моего поля зрения.
— Что ты имеешь в виду? Они не вампиры?
— Вампиры, но не из Грейсона.
— Есть и другие вампиры?
Он пристально посмотрел на меня, как смотрит отец, ругающий ребенка:
— Ты ничего не знаешь об этом мире.
* * *
Те немногие вещи, которые у меня были, перенесли в покои Кингснейка. Мой гардероб, предметы первой необходимости и книги. Его спальня была гораздо больше моей. Напротив кровати с балдахином стоял большой камин, в гостиной располагались строгий обеденный и рабочий стол, а стена, выходящая на океан, представляла собой не что иное, как одно цельное окно. Дверь на балкон была открыта, а шум волн был настолько громким, что казалось, будто океан находится всего в нескольких футах от меня.
Прямо из пола росло дерево: половицы закрывали ствол, а ветви тянулись к потолку. Поскольку оно росло у окна, то освещалось солнечным светом, а на ветвях зеленели листья. Я уставилась на него: подобное зрелище в чьей-то спальне казалось мне странным.
Затем Клык проскользнул мимо меня вверх по стволу и удобно расположился на ветвях.
— Оставайся здесь, пока я не вернусь.
Я повернулась к Кингснейку:
— Куда ты идешь?
Раздражение восставало вокруг него, как волны, разбивающиеся о берег.
— Я король. Моя работа – защищать своих граждан каждую секунду, каждый день. Поэтому, когда я ухожу, считай, что я занят именно этим.
* * *
Было уже поздно, так что спустя несколько минут после ухода Кингснейка я отправилась спать. Когда рядом был Клык с его токсичным ядом, можно было легко и беззаботно заснуть. Мой меч также находился у кровати – он был на расстоянии вытянутой руки на случай, если кто-то снова неожиданно проскользнет в дверь.
В какой-то момент я поняла, что Кингснейк вернулся, потому что услышала, как открылась и закрылась дверь. Он пробыл в комнате недолго, прежде чем отправился в ванную.
Я снова заснула.
Через некоторое время Кингснейк вышел из спальни, и я почувствовала, как кровать прогнулась и сдвинулась – он присоединился ко мне, под одеяло.
В полусне я пробормотала:
— Что ты делаешь?
Он молчал.
Я села, щурясь.
— Я спросила, что ты делаешь?
Подложив руку под голову, он укрылся простыней по пояс.
— А на что это похоже?
Его взгляд был направлен в потолок.
— Ложись на диван.
— Ложись на диван, – он растягивал слова, будто обдумывая сказанное мной. – Короли не спят на диване.
— Я не собираюсь спать с тобой.
— Той ночью у тебя не было с этим проблем..
— Ты имеешь в виду тот раз, когда я была настолько слаба, что не могла держать глаза открытыми? Была не совсем в том настроении..
— Послушай. – Кингснейк внезапно сел, приблизив свое тело к моему, и свежий запах его чистой кожи ударил мне в нос. – Я не сдвинусь, так что если у тебя с этим проблемы, то сама отлеживай задницу на диване.
Он уставился на меня сверху вниз, и чем дольше он смотрел, тем сильнее разгоралось пламя напряженности. Становясь больше и больше, оно превращалось в грозовую тучу, нависшую над нашими головами.
Мое сердце бешено заколотилось, а ладони вспотели, как будто их поднесли к огню. Чем дольше я чувствовала его напряжение и чем глубже оно становилось, тем сильнее я нервничала. Теперь, когда я могла лучше читать его эмоции, я точно понимала, чего он от меня хотел.. именно это он чувствовал в данный момент.
Я продолжала лежать, думая о холодном диване в другой комнате с Клыком. Здесь не было запасных одеял – только я и моя одежда. А если я замерзну, то вообще не усну.
Но если я останусь.. мне придется это чувствовать.
— Не трогай меня..
Он не моргнул. Не сомневался в моей холодности.
— Ты ляжешь на своей стороне.. а я на своей.
Каким-то образом мои слова только ухудшили ситуацию, заставили напряжение загудеть, напоминая отзвук далеких барабанов. Чем чаще я ему отказывала, тем больше он меня хотел. Его глаза слегка прищурились, и в этот момент он напоминал ястреба, увидевшего свою жертву с неба.
— Прекрати.
— Прекратить что? – спокойно спросил он.
— Прекрати..
Как бы это описать?
— Перестань смотреть на меня так.
Его взгляд никуда не делся, как и его разрушительное отчаяние.
Это было почти невозможно вынести.
— Пока я не окажусь глубоко внутри тебя, я не перестану смотреть на тебя так.
Жар прилил к щекам и заставил меня сглотнуть.