Страница 8 из 83
— Хорошо. Тогда поможешь сестре.
Нелли опустила голову над кашей. В её тарелке осталась половина. Девочка незаметно переложила густой комок в кусок ткани, лежавший на коленях.
Я сделала вид, что не заметила. Когда она спрятала свёрток в карман, подвинула к ней хлеб.
— Этот тоже возьми. На потом.
Нелли замерла.
— Правда?
— Правда. На кухне есть ещё.
Это было небольшое преувеличение. Хлеба хватало до среды, если никто не ел лишнего. Но сегодня мы разберём платья, а завтра я собиралась заняться яблоками.
Дети согласились перейти в дом до обеда. Они собрали вещи в старую наволочку, Томас взвалил мешок с яблоками на плечо. Я хотела предложить помощь и передумала. Пусть сам решает, что доверить.
В восточном крыле Беата уже открыла окно и сняла полотна с мебели. Комната была небольшой, с двумя узкими кроватями. На одной лежало чистое бельё, на второй — стопка одеял. Нелли остановилась у порога.
— Здесь обе наши?
— Пока да, — ответила я. — Вещи можно положить в сундук. Без спроса никто не возьмёт.
Томас поставил мешок рядом с кроватью сестры. Сам выбрал место ближе к двери.
— Замка нет.
— Изнутри закрывается на щеколду. — Беата показала латунный крючок. — Но на ночь дверь спальни лучше не запирать. Вдруг пожар.
Мальчик нахмурился.
— Можно оставить приоткрытой, — предложила я. — Или поставить у двери стул. Если кто-то войдёт, услышите.
Он кивнул. Беата принесла гребень, таз с водой и ножницы. Нелли сразу отступила к окну.
— Резать не будем, если распутается, — сказала я и села на край свободной кровати. — Подойдёшь сама.
Девочка решалась долго. Томас тем временем раскладывал их скромные вещи в сундуке. Наконец Нелли села ко мне спиной. Я разделила волосы пальцами и начала осторожно распутывать концы. Беата подала немного масла.
— Мама делала больно, — сообщила Нелли, крепко держась за юбку.
— Если заболит, говори. Будем отдыхать.
Она сказала трижды. Каждый раз я останавливалась, и постепенно напряжённые плечи опустились. Волосы оказались светло-каштановыми, мягкими, почти до талии. Я заплела две простые косы. Красивых лент не было, Беата отрезала узкие полоски от выцветшей зелёной тесьмы.
— Готово.
Нелли коснулась косичек и побежала к зеркалу. Томас посмотрел на сестру, затем на меня.
— Мы можем уйти, когда захотим?
— Можете выйти в сад. За ворота пока нельзя без взрослого. Я не знаю окрестностей и не хочу вас искать.
— Я спрашивал про дом.
Я поднялась и отдала Беате гребень.
— Насильно держать не буду. Но до ремонта сторожки вам нужно ночевать здесь или выбрать другое безопасное место.
Томас кивнул, принимая условия. Нелли продолжала вертеться перед зеркалом.
В коридоре Беата тихо закрыла дверь.
— Вы не спросили, почему они сбежали от родственницы.
— Спрошу, когда перестанут ждать подвоха после каждой тарелки каши.
— А если причина серьёзная?
— Тогда тем более не стоит выдавливать её сейчас.
Мы спустились вниз. На последней ступени я услышала топот. Нелли выбежала из комнаты, перегнулась через перила и помахала мне рукой.
— Леди Алина!
— Да?
— Шелест сказал, вы будете делать сладкие яблоки. Это правда?
Я посмотрела на зверька, который сидел на подоконнике в холле и старательно разглядывал улицу.
— Он опять подслушивал мои мысли?
— Я слышал, как ты ночью разговаривала сама с собой, — отозвался Шелест. — У дома тонкие стены, у хозяйки громкие планы.
Нелли ждала ответа.
— Правда, — сказала я. — Сначала найдём, на чём их сушить.
— Я знаю, где старые решётки!
Девочка скрылась в комнате, а через несколько секунд снова появилась вместе с Томасом. Он уже держал наволочку для сбора яблок.
До настоящего бизнеса нам было далеко. Зато у меня неожиданно нашлись два помощника и один самоназначенный старший хранитель.