Страница 81 из 107
Мой волк взвыл, ярость застилала глаза, пока все вокруг не окрасилось в красный.
— Отдай ее мне.
Я не стал вкладывать в приказ свою доминирующую силу, надеясь, что он и так поймет, как сильно мне нужно подержать ее сегодня. Неделька выдалась адская.
С неохотным вздохом он протянул мне Эмми, и в его руках она выглядела совсем крошечной.
— Ладно, но только потому, что у тебя такой вид, будто ты сейчас кончишь, если не подержишь ее.
Меня вечно окружали остряки, и это было сущим проклятием. Хотя он был прав.
Эмми даже не шелохнулась, когда он передавал ее мне, и стоило мне обнять ее, как мой волк тут же успокоился. Ее сладкий аромат начал смешиваться с моим, и я мысленно перенесся в тот день, когда в зале совета впервые уловил ее запах шоколада и меда.
Связь оказалась настолько мощной, что буквально сбила меня с ног, и я едва не поддался ревущему желанию заявить на нее права. Лишь страх на ее лице удержал меня от укуса.
Я направился к лестнице, но мне пришлось замедлиться, когда передо мной выскочил Келлан. С его лица исчезла обычная веселость.
— Не делай ничего, что может меня разозлить. Я отомщу за ее честь.
Мое рычание было единственным чертовым предупреждением, которое ему требовалось, чтобы понять — сегодня он зашел так далеко, как я ему позволял. Но он не отступил. За это я чертовски уважал этого мелкого засранца.
— Я не причиню ей боли и не расстрою ее. А теперь с дороги.
Он показал два пальца на свои глаза, а затем на меня, после чего отошел в сторону, позволяя мне унести ее наверх. Эмми все так же не двигалась, крепко спала, и меня раздражало, что она позволила себе так вымотаться и стать уязвимой.
Я бы никогда не причинил ей физического вреда, но она в это не верила, а значит, не должна была так безмятежно спать у меня на руках. Или дело было не только в усталости? Может, какая-то ее часть инстинктивно знала, что в нашей стае она в безопасности?
Когда мы добрались до ее комнаты, она с придыханием вздохнула и прижалась к моей груди еще теснее. Ее ухо оказалось прямо над моим сердцем, словно она искала его стук. Со стоном я приподнял ее повыше и поправил брюки. От такой близости мой член пытался пробить ткань, будто я был каким-то щенком-подростком, который впервые должен был заняться сексом.
Нужно было уложить ее в постель, пока остатки самоконтроля, за которые я отчаянно цеплялся, не разлетелись вдребезги.
Ревущая потребность заявить на нее права никуда не делась. Наоборот, с каждым днем она становилась лишь сильнее, пока я боролся с тысячелетними инстинктами оборотня.