Страница 10 из 107
Я подумывала солгать, но вряд ли они могли многое узнать по моему имени. Насколько я знала, мама позаботилась, чтобы оно нигде не было записано. Из своих эгоистичных соображений.
— Эммелин Андерс.
Уоррик хмыкнул — излюбленный способ общения среди доминантных самцов.
— Сколько тебе лет, Эммелин?
Черт. Вот теперь пришлось солгать.
— Восемнадцать. — Снова хмыканье, и я понятия не имела, поверил он мне или нет.
— Где твоя семья?
Вот уж вопрос дня.
— Мертва. Я сирота с раннего детства. Меня вырастили улицы. — Я знала только свою мать, и когда она умерла, я не стала искать кого-то еще в нашем проклятом семейном древе.
— Как ты выжила одна? В каком возрасте ты впервые обратилась?
— В десять, и моя волчица заботилась обо мне. Она всегда меня прикрывала. — Кроме тех случаев, когда этого не делала, но это никогда не касалось выживания; это было связано с ее инстинктивным желанием быть со своей стаей. Но даже когда я отказывалась, она всегда брала себя в руки и помогала мне выжить. Мы охотились, спали в лесу… делали все, что было нужно, пока я не стала достаточно взрослой, чтобы найти работу и снять квартиру.
Мы делали все, чтобы выжить, и ни о чем не жалели.
— Звучит как тяжелая жизнь, — произнес альфа с ноткой сочувствия в голосе, и его темные глаза смягчились, когда он посмотрел на меня. — Неужели тебе никто не рассказывал о городах-стаях? Почему ты продолжала бежать, когда могла найти здесь приют и поддержку среди своих?
Я прекрасно понимала, что он расспрашивает меня, чтобы получить преимущество на суде, и отвечала, учитывая это.
— Маму убила ее собственная стая, поэтому рядом с другими оборотнями я никогда не чувствовала себя в безопасности. — Это была чистая правда.
— Твоя мама тоже была омегой. — Это был не вопрос — он добрался до самой сути проблемы. До причины, по которой я должна была убраться из городов стай, пока не стало слишком поздно. В мире могущественных альф омеги были лишь пешками, и я отказывалась разделить судьбу матери: быть уничтоженной своей же стаей.