Страница 85 из 107
— Нет, нет, дело не в… — я замялась. Сильно прикусила губу. Посмотрела на водопад и спросила: — Ты уверен, что хочешь сделать это со мной?
Его взгляд смягчился.
— Что за вопрос, милая?
Блядь. Я зажмурилась.
— Я просто имею в виду… Меня здесь не должно быть. А у тебя есть кто-то другой — кто-то, с кем ты должен…
— Эйлин, — перебил он едва сдерживаемым голосом, и мой взгляд снова сфокусировался на нём и его красивом лице. Он убрал прядь волос с моего лба, а затем поцеловал его. — Я хочу сделать это с тобой. Ты хочешь этого со мной?
Ох, что это был за вопрос? Я изучала его: его мягкие волосы, угловатое лицо и эти прекрасные мятные глаза.
Я кивнула, чувствуя, как бабочки в моей груди порхают всё неистовее.
— Больше всего на свете.
Его выражение лица стало серьёзным.
— Хорошо, — пророкотал он. Свободной рукой он скользнул пальцем от моей шеи вниз, ложбинкой между грудей. Он склонил голову набок, словно обдумывая что-то в уме. — Но насколько сильно…? — его пальцы скользнули под моё бельё, и он нежно погладил меня одним пальцем, затем двумя.
Я подавила вздох. Ох.
— Я тебя не услышал. Видимо, не так уж и сильно…
Он начал было отстраняться, когда я перехватила его руку и заставила замереть.
— Только не смей останавливаться.
Его брови взлетели вверх.
— Это просьба?
— Требование.
— Маленькая командирша, — пробормотал он и подчинился. Он поглаживал меня своими длинными пальцами, лаская меня мучительно медленно.
— Быстрее, — сказала я.
Но, естественно, он этого не сделал.
— Это не гонка, милая, — с упрёком поцокал он языком, а затем его невыносимые губы изогнулись в ухмылке, и он опустился к моей коже, целуя ложбинку между грудей. — Потому что я хочу узнать, как долго ты продержишься.
Осознание нахлынуло на меня внезапно, когда он всё так же медленно двигался по моему клитору.
— Ты просто невыносим…
— Разве? — он стал двигаться ещё медленнее.
— Андерс…
— Я могу быть ещё невыносимее, — сказал он, и пока он ласкал меня, казалось, будто всё моё тело подбирается всё ближе и ближе к тому, чтобы вспыхнуть пламенем. — Я могу заставить тебя распасться на кусочки. Я могу трахать тебя до тех пор, пока ты не сможешь видеть ничего, кроме звёзд и меня. А теперь помолчи, — произнёс он и опустился ещё ниже, оставляя дорожку поцелуев на моём животе, — и позволь мне пустить в ход свой рот.
Я вцепилась руками в цветы и почувствовала, как содрогается земля, пока он говорил на языке наслаждения своим языком. Я немного умерла в этих полевых цветах, окружённая рёвом воды, влажным мхом и солнечным светом, и впервые в своей жизни почувствовала…
…что я не хочу перескакивать в самый конец, не хочу тянуться к прошлому. Этого момента было достаточно.
И когда мы закончили, обессиленные, и он лежал на вереске рядом со мной, очерчивая веснушки от моих плеч до ключиц, я сказала:
— Я думала, он будет больше.
Он вопросительно поднял бровь.
— Водопад, — пояснила я, указывая на тот самый Киксотик-Фолс. — Я думала, он будет больше.
Он рассмеялся и притянул меня к себе; запах полевых цветов был пьянящим и сладким, и он снова поцеловал меня.