Страница 68 из 73
Сердце скакнуло в груди, и я уставилась на проверяющего. Мечта сбылась, только вот сейчас… я хотела совсем другого.
– Спасибо, конечно, – ответила я. – Но ваша организация предпочла взять Клинта, хотя академия прислала вам лучшего ученика. Меня.
– Это досадная несправедливость, которую нужно исправить. К тому же место вакантно.
– У меня есть поместье и работа, поэтому просто в следующем году будьте умнее. И если вам пришлют не парня, а девушку, вспомните эту ситуацию.
– Какая же ты… – начала мама Клинта, но сестра удержала ее за руку.
– Мей…
– Тетя Мей, – ласково пропел Лайон. – Не говорите то, о чем потом пожалеете. Во всем случившемся нет вины Трисс. Ни тогда, ни сейчас. Клинт просто заигрался.
– Я думал, ты мне друг, – раздраженно выдал Клинт. Сейчас он до боли походил на обиженного ребенка.
Лайон пожал плечами:
– У нас разные понимания о дружбе.
Комиссия уехала, а Клинт зло спросил:
– Как вы его спрятали?
– Кого – его? – удивленно дернул бровью Лайон.
– Куда вы спрятали артефакт?
– Не было никакого артефакта, брат, – хмыкнул Лайон и, постучав Клинта по плечу, пошел в сторону дома. Радостный Котичка, который прятался в кустах, потрусил за ним следом.
Меня немного потряхивало. Слишком много эмоций и волнений для одного дня. Я все еще не верила, что с помощью друзей смогла отвоевать свое поместье и право жить так, как хочу. Я шла и совсем по-другому смотрела на обретающий жизнь пансионат. На расцветающие кусты, на бзыкающих крысос. На ровные лужайки и работающий фонтан…
Мне нравилось тут абсолютно все, и абсолютно все я считала своим. Я помнила, как выглядел сад совсем недавно, когда мы с Челси только приехали, и была довольна изменениями, которые произошли здесь.
Теперь я боялась, что когда-нибудь информация про артефакт всплывет, и его снова начнут искать. Только искать будут лучше. Но также я понимала: это случится не сейчас, а значит, я успею подготовиться. Мы придумаем, как спрятать сердце Валенсии так, чтобы никто не мешал ему биться.
Клинт был зол, обижен и поэтому (к моему великому облегчению) решил уехать. Я не хотела тратить силы еще на выставление бывшего с чемоданами и всем его самомнением на улицу. Прекрасно, что он сам принял единственно верное решение.
Правда, Клинт, похоже, рассчитывал, что мы попросим его остаться и извинимся. И был крайне растерян, когда его поддержала только собственная мать. И то, мне кажется, она предпочла бы остаться в Валенсии с сестрой и мужем, но родительский долг велел ей уехать с сыном. Поэтому на море тетя Мей смотрела с тоской и надеждой.
– Прости меня, Трисс, – сказала она, спускаясь с чемоданом по лестнице. – Желая своему сыну такую жену, а себе такую невестку, я как-то не подумала о тебе. И о том, нужен ли тебе такой муж, как Клинт. Понимаешь, мы идеализируем своих детей, и для меня он всегда будет лучшим.
– Понимаю. – Я кивнула. – И надеюсь снова увидеть вас здесь. Про Клинта того же сказать не могу. Простите.
– О да. Место прекрасное. Жаль, что так вышло. Надеюсь, в следующем году сестра составит мне компанию, и мы рванем сюда без мужей и детей. Только мы, море и вино!
Она ушла. А я не стала говорить, что против Лайона и Алексы точно ничего не имею. Кстати, ни того, ни другого видно не было. Лайон ушел раньше меня и пропал, а мне нужно было еще поговорить с Челси.
Подругу я нашла на террасе. Она печально смотрела на море, положив руки на перила. Золотистые волосы развевал ветер, а девушка подставляла лицо соленому морскому бризу. Челси за короткое время загорела и стала похожа на уроженку Валенсии. Это место ей очень шло. Она с самого начала стала здесь своей. Даже больше, чем я.
– Что грустишь? – спросила я, пристраиваясь рядом.
– Да так… – Подруга повернулась и сказала: – Мои завтра уезжают. Наверное, мне следует поехать с ними. Ванесса связалась с братом и в красках объяснила, почему свадьбы не будет. Смысла прятаться больше нет.
Сердце кольнуло, и я спросила:
– А ты сама? Хочешь уехать?
– Шутишь? – хмыкнула она. – Кто по своей воле сбежит из Валенсии?
– Ну и зачем тогда? – удивилась я. Челси уезжать не хочет, а значит, уговорить ее остаться будет проще.
– А на каком основании я тут останусь, Трисс? – Она грустно вздохнула. – Наверное, надо искать работу, как-то устраивать жизнь, раз не сложилось с замужеством.
– Как – на каком? – воскликнула я. – Зачем работать непонятно где? Челси, у меня с понедельника начинается работа в местном управлении. Да, три дня в неделю, да, внештатным консультантом… Но я все равно буду уделять поместью меньше времени, а у меня на него знаешь сколько планов? Я не справлюсь без тебя. Если ты согласишься работать управляющей, правда, пока исключительно за еду, я буду тебе благодарна.
– Действительно можно? – Глаза подруги засияли.
– Конечно. Просто ты знаешь, как идут наши дела. Я готова предложить тебе хоть пятьдесят процентов прибыли, но сама видишь – пока это пятьдесят процентов от нуля.
– Трисс! Ты не представляешь, как я счастлива! – радостно запрыгала Челси. – Мне хватит и тридцати. К тому же вдруг ты захочешь кому-то предложить еще тридцать? А касаемо дохода… Я думаю, мы развернемся. Пока будем жить на самоокупаемости и наслаждаться морем, солнцем и природой, а совсем скоро у нас станет больше клиентов. Мои растрепали всем своим подругам! И каждая вторая хочет приехать.
Желание остаться в Валенсии со мной Челси озвучила за обедом, и, как ни странно, ее поддержали. Значит, не только я заметила, насколько она подходит этому месту. Ванесса долго и тоскливо смотрела на маму, а потом все же выпросила разрешение остаться у нас до конца лета. Идея была неплохой, потому что Ванесса пообещала доставить к началу учебного года Алексу. Девчонка рыдала и отказывалась уезжать, но и оставить ее одну надолго родители не могли. Этот же вариант устроил всех. Алексу, конечно, не на сто процентов, но все же он оказался лучше немедленного возвращения домой.