Страница 32 из 73
– Это меня так крысосы, что ли, благословили? – не очень довольно осведомился он.
– Ну, типа того, – сказала я и пошла к воротам со спокойной душой. Признаться, переживала, что Лайона у крысос придется отбивать. Я совершенно не была уверена, что кровожадная стая меня послушается, когда я попытаюсь отобрать у них законную добычу. К счастью, водяной арсенал у меня был с собой, и как вывести крысос из строя, я знала. Только Лайону говорить ничего не стала, чтобы раньше времени не начал нервничать.
А у ворот нас догнал Котичка, который бесшумно возник из кустов и вопросил:
– Куда-у без меня-у?
При других Котичка не стремился разговаривать, а вот со мной и Лайоном изволил общаться. Пришлось брать его с собой.
Курортный городок спал. Тягучая тихая ночь опустилась на улицы. Едва мы вышли за ворота особняка, стихло даже бзыканье крысос. Воздух был ароматный и плотный. С запахом цветов и морского побережья. С солью на губах и теплым ветром с моря. Даже не верилось, что в этом райском местечке селятся такие причудливые и кровожадные твари, как тот же моренус.
Мы медленно брели по пустой темной улице. Откуда-то наносило дымком с мангала, где-то вдалеке слышалась музыка. Самая обычная, какая играет в уличных кафе. Музыканты немного фальшивили, иногда сбивались, зато отлично поднимали настроение.
Вполне возможно, ночное веселье продолжалось в таверне нашего соседа. Мы до нее так и не дошли, да и сейчас спускались к пляжу по параллельной улице. Тут все спали. Темные окна домов, закрытые калитки. Даже странно. Я привыкла к столичной жизни, где ночью все только начинается. Да и морские курорты, на которых я бывала раньше, всегда жили активной ночной жизнью. Здесь же было поразительно тихо. Все дышало умиротворением.
Котичка шел не рядом с нами, а рыскал в кустах. Шуршал листвой и единственный создавал ощущение жизни вокруг. Он вообще по характеру больше походил на собаку, нежели на кота. Компанейский, умный и послушный. А вот внешность у него была чисто кошачья, с пушистым хвостом и кисточками на ушах.
– Котичку надо помыть, – задумчиво заметил Лайон после того, как кот в очередной раз вынырнул из кустов. – Кто знает, где он шарился…
– Меня-у? – возмущенно вопросила черная морда, высунувшаяся между крупными пальмовыми листьями. Сама пальмочка была низкой, а вот листья уже выросли, и Котичке нравилось в них сновать. – Не-ут!
– Почему это? – поинтересовался Лайон.
– Не-ут! – с нажимом отозвался кот и скрылся в листве. – Вода-у – гадо-усть! Шкуре плохо.
– Зато окружающим хорошо.
– Сума-у сошли-у совсе-ум!
После этого Котичка заметно отстал, видимо, обдумывал ожидающую его экзекуцию. Прямо перед самой песчаной кромкой мы остановились, чтобы обсудить планы. Дальше стоило надеть беруши, а значит, общаться словами уже не получится. Не знаю, как Лайон, а я не очень хорошо читала по губам.
– Ты ведь понимаешь, что нам придется выманить моренуса? – осторожно начал парень, замерев передо мной и пытаясь поймать взгляд.
– В смысле? – Я напряглась. Как-то мне не очень нравился ход его мыслей.
– Трисс… нам придется сделать вид, будто песня подействовала.
– Нет-нет… – Я замахала руками. – Я не хочу тебя целовать. С ума сошел?
– Во-ут, и я то-ум же! – подал из кустов голос Котичка, чем немного разрядил обстановку.
– Трисс, конечно, этот мохнатый тут. – Лайон кивнул в сторону кустов. – Но он может только привести нас в чувство, а нам нужно подобраться ближе к моренусу или подпустить его к себе. Поэтому в берушах должен быть только один из нас, иначе ничего не получится.
– Почему мы не можем оба не слышать песню? – провыла я несчастно.
– Потому что если мы не услышим, то не поймем, когда надо начинать действовать. Нет, Трисс, моренусы хитры. Ты ведь боевой маг и все прекрасно знаешь.
Я действительно прекрасно знала и понимала, что Лайон, демоны его забери, прав.
– Тогда беруши должен надеть ты, – сжав зубы, процедила я. – Ты сможешь меня остановить, а я тебя – нет…
Лайон кивнул, а я прикрыла глаза и сказала:
– Но если когда-нибудь в жизни ты мне припомнишь этот случай…
– Трисс… – тихо произнес он. – Никто никогда не узнает. Во-первых, я понимаю, что это не ты, а магия моренуса, во-вторых, мне действительно не хочется расстраивать Клинта. А в-третьих, это просто не в моих правилах.
– Тебе очень странно не хочется расстраивать Клинта. – Я не удержалась и съязвила.
– Его не может расстроить то, о чем он не узнает. И потом… это ведь не по-настоящему.
Да, это будет не по-настоящему. Но от воспоминаний о предыдущем «ненастоящем» поцелуе у меня до сих пор подгибаются колени.
Лайон вставил беруши, и мы двинулись дальше. Щеки полыхали заранее, а рука дрожала, когда он сжал мои холодные и влажные пальцы своими.
– Не дергайся, Трисс, – сказал он и улыбнулся: – Тебе же понравилось со мной целоваться. А тут такой повод сделать это без угрызений совести. Относись ко всему проще.
Мне хотелось его послать, но посылать человека в берушах – странное удовольствие, поэтому я просто показала ему кулак. Парень усмехнулся в ответ и покачал головой.
Конечно, для Лайона все просто. Одним поцелуем больше, одним меньше. Подумаешь! Даже перед Клинтом стыдно не будет. Потому что под действием заклинания и для дела! А я так не могу! Точнее, могу, но на душе неспокойно. Я волнуюсь и хочу провалиться под землю. Ну не привыкла я целоваться с парнями просто так! А если эти парни красивы, богаты и меня бесят, тем более.
Берег был удивительно спокоен и тих. Мягкий песок, который казался в лунном свете серебряным. Пенящаяся волна, с мелодичным шелестом убегающая обратно в море. Я даже не сразу поняла, что сегодня песня моренуса вплетается в шелест волн.
Сначала меня повело и в голову начали лезть разные романтические бредни, и только потом я начала разбирать слова и звуки, которые заставляли терять контроль. Не сразу, а постепенно, незаметно для себя. Я бы ни за что не заметила воздействия потусторонней сущности, если бы не знала, на что обращать внимание. Упустив нас в прошлый раз, сегодня моренус действовал осторожнее. Вовлекал в свои сети шелестом волн, пением ветра и едва различимой чарующей мелодией.