Страница 32 из 265
Вечерами Аркан оставался наедине со зверьми. Детеныши пантеры вели себя независимо, а Ксанф даже пытался пить из его кружки.
Лапы с когтями с трудом удерживали кружку, вода лилась по усатой морде молодого хищника, но видно было, что Ксанф доволен своей маленькой победой.
Вечером Аркан включил телевизор. Показывали фильм «Маугли», и когда захохотали гиены, в маленькой комнатке Аркана вдруг стало тесно от прибежавших хищников. Трое самцов и Миами заворожено уставились на экран, но когда на экране появилась черная пантера, все четверо довольно и радостно заворчали, а Миами даже ткнулась влажным носом в экран, оставив на нем след, и недоуменно повернулась к Аркану. В это время в комнате появилась гибкая сильная тень Багиры. Мать быстро разобралась с детенышами, наградив их шлепками. Трое с визгом убрались из комнаты, но Ксеркс впервые оказал неповиновение матери, недовольно заворчав и оскалив клыки. Некоторое время пантера недоуменно смотрела на сына, потом ответно оскалилась, и Аркану стало не по себе от этого недовольного и злого оскала. Но Ксерксу этого оказалось вполне достаточно — с робким виноватым поскуливанием он выскочил из комнаты, потеснив в проходе мать. Багира постояла немного в дверях и исчезла также бесшумно, как и появилась. И только тут Аркана облила липкая и жаркая волна страха. Ведь он точно помнил, что клетка оставалась закрытой. И это значило, что хищники не могли выбраться из нее. Получалось, что кто-то из зверей сумел открыть замок. А это уже сулило самые мрачные перспективы. Аркан торопливо встал и прошел в виварий. Все хищники уже находились в клетке. Но если Миами, Ксанф и Ксир спокойно спали, уткнувшись носами в черный гладкий бок матери, то Ксанф лежал поодаль, положив хмурую морду на лапы, и в прищуренных глазах его было явное недовольство.
Аркан подошел к клетке. Засов ее был отперт, но, слава богу, на стальных его полосах были петли, а на подоконнике Аркан обнаружил простой контрольный замок, который с легким щелканьем отгородил его от уже становящихся опасными зверей.
Тем не менее спал Аркан беспокойно. За ночь он трижды поднимался с постели и проверял, заперта ли клетка. Клетка была заперта, но неожиданное беспокойство, овладевшее Арканом, все-таки не проходило и предутренний выпуск телевизионного журнала «Плэйбой», которого Аркан всегда ждал с особенным возбуждением, в эту ночь совсем не обрадовал смотрителя вивария. Звери, которых он охранял, были совсем не похожи на тех зверей, которых он когда-либо видел. Честно говоря, они вообще мало походили на зверей. Скорее они больше похожи были на избалованных и капризных детей. Вот, точно — на детей они были похожи. Глупых и любопытствующих подростков. Особенно когда они вставали на задние лапы. Рост у них уже был такой, что на задних лапах они доставали до плеч Аркана. А силы в этих детишках уже стало вполне достаточно, чтобы завалить сторожа в любой момент.
Однажды Аркан застал Ксеркса сидящим в одиночестве у окна. Вытянув шею, зверь смотрел на улицу. На Аркана Ксеркс не обратил никакого внимания, но когда тот позвал воспитанника, Ксеркс посмотрел на него таким тоскливым и отчаянным взглядом, что смотрителю стало не по себе. Заключенные так смотрят за забор зоны. Те, которым сидеть бесконечно долго. Которые не дни считают, а годы. И потому им кажется, что придется сидеть до конца дней своих.
Аркан никак не мог понять, зачем зверье уродуют. Хищник должен оставаться хищником, сколько ему уши не подрезай и ноги не вытягивай, человеком он никогда не станет. Эти, блин, с позволения сказать, ученые опыты до добра не доведут. А может, он чего не понимал, у него-то и образования было пять классов да коридор, только вот жалко ему было пантерят, ясно же было, что если ими Михиль заинтересовался, то ничего хорошего пантерятам от этого зверя ждать не приходится.
Михиль был из тех, кто в любом раю свою помойку найдет. И рыло в ней измажет. Свое и чужое.