Страница 33 из 109
Глава 7
Артём
Наблюдаю за Юлькой. И чёрт его разберёт, какие эмоции она сейчас испытывает.
Наверное, не надо было тащить её к Бессмертным. В моменте показалось, что идея хорошая. Поболтать с детьми, пообщаться с себе подобными… По факту, Юля теперь смотрит в пол и отводит глаза, когда смотрю на неё.
— Ну! — тороплю, когда выходим из подъезда. — Что не понравилось? Сказала домой — пошли домой. Что-то ещё напрягает?
— Я чувствую себя неловко, — бормочет себе под нос. — Наверное, не стоило нападать на Тимофея так демонстративно. Теперь все подумают, что я заносчивая. Или вредная…
— Тебе ли не пофиг, что о тебе подумают? — удивляюсь. — Тебе с ними больше дел не иметь. Как получилось, так и получилось. Забей. Что ещё напрягает?
— Напрягает… — Юля смотрит куда угодно, только не на меня, кусает губы. — Напрягает то, что я была невежливой. Всё получилось очень глупо и скомкано. Ксюша может обидеться за мужа.
— Ксюша сейчас обидит мужа за то, что он обидел тебя, — объясняю. — А Тим тупой. Хотел показать всем, что он лучше меня, в итоге сам дебилом остался. Домой поедем или ещё куда-то хочешь?
Юлька задумывается, но отвлекается на звук телефона.
— Что там? — забираю у неё из рук.
— Артём! — кричит.
— Да погоди, — отворачиваюсь слегка, чтобы не лезла под руку. — Может, это маньяк… А, не, не маньяк. Жаль.
Вижу на экране сообщение от бывшего жениха.
— С Денисом общаться будешь или забаним? — даю выбор.
Хочется, чтобы забанила. Потому что нечего общаться с мудаками. Но Юля забирает телефон и что-то там пишет. Перезванивает.
Хочется забрать телефон у неё из рук, спрятать у себя в кармане, а потом долго и качественно объяснять, что с мудаками общаться нельзя. Но, по факту, мне сейчас нельзя в это лезть.
А почему нельзя? Стоп!
Смотрю на Юльку.
— Денис, пожалуйста, давай обсудим это позже, — блеет в трубку. — Я не готова принять сейчас решение.
Денис что-то грубо втирает ей в ответ. Юлька кусает губы, ковыряется носком кроссовка в земле, но выслушивает.
— Вот ты дурная у меня! — вырывается.
Забираю телефон. Отключаюсь.
— Артём! — кричит Юлька. В глазах слёзы.
— Что ревёшь? — уточняю.
— Потому что… — топает ногой. — Не могу объяснить. Плохо. Кругом неправа опять! Для всех плохая… — тараторит и отводит взгляд.
— Смотри, — рассказываю. — Вот так надо делать, когда не хочешь с кем-то разговаривать, — демонстративно скидываю входящий от Дениса и выключаю звук у Юльки на телефоне. — Ты нормальная. Иди, спрячу, если хочешь.
Смотрит с сомнением.
— Денис решил, что у меня появился другой парень, — Юля всхлипывает, но обниматься не идёт. — А я с ним не рассталась. Взяла паузу. Кольцо ему не вернула. Но уже выставила фотографии с тобой. Ему же не объяснишь сейчас, что это для дела…
— Хочешь с ним помириться? — пытаюсь понять.
— Не знаю, — снова всхлипывает Юлька. — Скорее нет, чем да. Но мне плохо от того, что я теперь выгляжу некрасиво в его глазах. Он решит, что я легкомысленная, гулящая…
Как же тяжело разбираться с этими загонами. Я в них вообще ничего не понимаю!
— Ты не хочешь быть с ним вместе. Но при этом боишься, что он подумает, — констатирую. — Я не вижу логику, Юльчонок.
— Ты не поймёшь, — Юля всхлипывает, и у меня чешутся руки её спрятать, а Денису дать в морду. — Это стыдно. Даже если просто подумает. А он ещё может кому-то рассказать. Представляешь, какой я буду в их глазах…
— Хорошо, — соглашаюсь. — Подумают. И?
— Что и? — Юля наконец поднимает глаза.
— Что дальше-то? — тороплю.
— Будут думать, что я гулящая и легкомысленная, — повторяет Юльчонок, смотрит на меня широко распахнутыми глазами.
— Будут думать, — соглашаюсь. — Тебе-то что? Тебе ещё иметь какие-то дела, что ли?
Что такое репутация, я знаю. И знаю, как хреново, когда она плохая.
— Со мной никто не захочет больше дружить, — всхлипывает.
— С тобой и так никто не дружит, — объясняю. — Юльчонок, не тупи.
— До маньяка у меня были друзья! — кричит.
Вот что ты будешь с ней делать?!
— Где они? — развожу руками. — Друзья, вы где? — демонстративно заглядываю под скамейку, чтобы своими действиями показать Юльке абсурд ситуации. — Маньяка, что ли, испугались? Куда попрятались?
— Тёма! — смеётся.
Ладно, успех.
— Ты меня пугаешь, — смешу ещё больше.
— Чем? — распахивает анимешные глаза.
— Своими истериками. Я тупой, не забыла? Стоишь, ревёшь. Что я с тобой должен делать?
— Утешать, — всхлипывает. — Говорить, что все плохие, а я хорошая. И обнимать. Мама всегда так делала.
Ясно. Хорошо, что чёткая инструкция.
— Предлагал же, спрятать, — сгребаю в охапку. — Все плохие. Друзья твои вообще не друзья. Потому что от малейшей угрозы сбежали.
— Тебе бы понравилось, если бы твой друг плакал сутками напролёт и говорил только о маньяке и том, как ему страшно? — всхлипывает мне в плечо.
Маша!!! За что ты так со мной?!!
— Юлька, прекращай реветь, — прошу.
Я хочу, чтобы к ней поставили кого-то другого? Не хочу. Нормально справляемся, я привык.
— Мне бы не понравилось, если бы мой друг плакал сутками напролёт. Потому что мне плохо, когда моему другу плохо, — объясняю. — Но мой друг года полтора страдал и говорил об одном и том же. Не о маньяке, конечно, но лучше бы о маньяке. И я не сбежал. Потому что я друг. Я был с ним. Потому что он мой друг. А твои разбежались. Потому что им с тобой стало неудобно. Это не друзья. Знакомые просто. Успокаивайся.
Юля всхлипывает. Вытирает глаза.
— И Денис твой мудак, — иду чётко по инструкции. — Потому что бросил тебя.
— Мы поругались, — рассказывает Юлька.
— Поругались. Дальше-то что? — пытаюсь понять. — Оправдываешь его, что ли?
— Пытаюсь, — вздыхает. — Но сама в это не верю. Я не смогу любить его после того, как он это сделал.
Ну хоть одна умная мысль.
— А он тебя вообще не любил, — объясняю. — Когда любят, берегут, Юль. Это прям железно. Тебе угрожала опасность. Он бросил тебя, когда тебе было плохо.
— Он считал, что бросил по делу, — Юлька прячет голову у меня на плече.
— Что ты сделала? — становится интересно.
— Это неловкая тема, — уходит от ответа. — Артём, я не хочу об этом разговаривать.
Я, вообще-то, хочу. Мне интересно.
— Ладно, — решаю. — Успокаивайся. Все дураки, ты умница. Поехали куда-нибудь погуляем.