Страница 77 из 102
Слуги распахивали перед нами двери, вельможи, поторопившиеся перекинуться на сторону освобождённого короля и заполнившие коридоры и анфилады комнат, перешёптывались, а я всё вспоминала нашу первую встречу в библиотеке, когда Румпель принял меня за другую. А я..
Это очень странно, но тогда, там, у меня не было чувства, что передо мной — чужой человек. Нет. Наоборот. Я как будто знала его всю жизнь. И дело вовсе не в пороке фей — тяготении к мужским объятьям. Совсем не в этом. Потому что.. сразу после этой встречи я от него избавилась. Я перестала чувствовать влечение ко всем симпатяжкам королевства разом.
Как такое возможно?
Когда мы вошли в распахнутые двери кабинета, король Анри сидел за длинным столом из вишни, сложив на него руки, и смотрел на нас. В кресле справа от него уютно устроилась Кара в нарядном зелёном платье, очевидно, взятом из гардероба несчастной Игрейны.
— Ваше Величество, — я присела в реверансе, — приветствую вас на свободе.
— Благодарю. Рад, что вы нас догнали. Маркиз де Карабас, мне рассказали, что Илиана отменила вашу свадьбу?
— О, это такие пустяки, — улыбнулся Арман.
Я лёгким взмахом пальца магически закрыла дверь. Король напрягся. Ещё бы. Прошлое общение с магией ему стоило не только короны. Я прошла и встала, опершись о стол:
— Давайте говорить откровенно, мой король?
Он не сразу принял такое вольное обращение. Да, мы были наедине, и всё же.. Монарх нахмурил густые чёрные брови. Кара с любопытством покосилась на меня.
— Я вам не представилась, помнится. Так вот, моё имя — Шиповничек, я была принцессой и единственной дочерью короля Леона сто лет назад, а потом злая ведьма прокляла меня, заставив заснуть на целый век.
— Принцесса Шиповничек? — Анри скривился, вспоминая.
Но, видимо, он плохо учил уроки.
— Почти сто лет назад, — заметил Арман. — Точнее говоря, семьдесят два года назад.
— Что? — переспросила я.
И вдруг вспомнила вопрос Румпеля: «кто тебя разбудил?». Но ведь проклятье должно было продлиться ровно сто лет.. Значит, Дезирэ — не тот, кто должен был меня разбудить? Получается, так. Но тогда как он смог? «Их силы невероятны и не знают предела», — снова прозвучал в ушах голос Румпеля. Положим.. Но — зачем?
Арман принялся рассказывать королю-невежде о временах, когда три королевства были единым целым, о моём отце, о проклятье и о том, как они дошли до жизни такой, а я попыталась собрать все сведения, что я знаю, чтобы найти ответ на главный вопрос: зачем всё это Дезирэ?
«Я уеду на пять дней..». А дальше — гнусные угрозы и отвратительные намёки. Зачем? Он не был настолько глуп, чтобы не понимать: я постараюсь бежать. Любая бы убежала. Зачем же предупреждать, что у меня для побега будет целых пять дней? И потом.. охота.. Я вспомнила волка на скале. Да он же.. Он просто играл! Мне тогда было так страшно, что я не поняла этого, но.. с могуществом-то Пса бездны и не догнать нас! С тем, как он перемахнул пропасть одним прыжком! Дезирэ забавлялся, или..
Или гнал нас туда, куда хотел?
У меня подкосились ноги, и я опустилась в кресло. То есть.. Получается, Дезирэ спровоцировал мой побег, верно? И тогда тот факт, что Арман по ночам стал превращаться в человека.. О-о-о.. Это тоже дело рук Дезирэ! Ведь мне одной было бы не убежать — я не знала дороги. И — некуда.
Голова кружилась от избытка мыслей.
А ещё: ведь он наверняка знал о нашем сходстве с Илианой. Нет, в этом нельзя было быть уверенной точно, но, когда кони свернули по направлению к Родопсии, волк появился именно справа, из-за чего они изменили направление. Дезирэ гнал нас в Монфорию! И.. я не поверю, что он делал это случайно, и что..
Он хотел свергнуть моими руками Илиану? Он хотел, чтобы я освободила Анри?
«Помоги мне, пожалуйста. Помоги мне разобраться», — прошептал мне Румпельштильцхен. Разобраться в чём? Ужаленная любовью, пылающая гневом и желанием, в тот момент я не задумалась о его словах. Я решила, что он просит меня помочь ему разобраться в чувствах, но.. Нет. Румпель не принимал решение, кого из женщин выберет. Это решение у него уже было, он не колебался. А, значит, разбираться он хотел в чём-то ином.
И ему нужно было имя Дезирэ.
А, значит, я снова возвращаюсь к вопросу: зачем всё это Дезирэ? Пёс бездны, тьма и зло, и.. «Война, — вдруг поняла я, — кровь. Ему нужно, чтобы Эрталия утонула в крови. С моей помощью». И другими глазами посмотрела на Анри.
— Всё это ужасно интересно, — протянул король скучающе, — но.. Я правильно понимаю, что вы потому и схожи с моей неверной женой, что вы — какая-то там наша прабабка?
— У меня не было детей, — процедила я, — я не была замужем.
Он с куда большим любопытством оглядел меня. Нет уж, милый, для развлечений тебе хватит Кары.
— А ещё вы — не мой потомок. Вы потомок Анрио Дютора, главного ловчего моего отца. Но спасибо, что перешли к главному. Итак, законная наследница всех трёх королевств — Эрталии, Монфории и Родопсии — я.
— Это ещё доказать надо..
— Я докажу, — я почувствовала, как брезгливо скривились мои губы. — Ведь я — тринадцатая фея. Вы не забыли об этом?
Вскинув руку, я воплотила над ней сияющую корону из золотистого света. Анри поперхнулся.
— Красиво, да?
— И что вы хотите? — насупился король.
— Хочу мир. Хочу, чтобы мои подданные не убивали друг друга в дурацкой междоусобице. Чтобы развивали ремёсла, науку и культуру. Строили дороги и торговали.
Ты просчитался, Дезирэ! Я не стану устраивать кровавую заваруху.
— Какие замечательные идеи, — едко заметил коронованный парень и хмыкнул.
— Анри, я могу выбрать любого короля. Например, короля Андриана Родопсийского. Но я выбираю вас. Я стану королевой трёх королевств, а вы — моим супругом и по совместительству королём-вассалом Эрталии.
Воцарилась мёртвая тишина. Потрясены были все: Анри, Кара, Арман.. Последний, наверное, даже больше других. Он даже поперхнулся и закашлялся.
— И зачем мне это нужно?
— Затем, что тяжело тягаться с человеком, наделённом магией.
— Ну, своя фея у меня есть, — Арман обернулся к Каре.
Наши взгляды с бывшей служанкой встретились. Её был до крайности задумчив. Ещё бы! Она давала клятву не причинять мне зла и не делать, не говорить того, что причинило бы мне вред. Сложновато будет это совместить с войной против меня. Чёрные глаза блеснули укоризной. Очевидно, девица уже примеривала корону.
— Мы с Карой почти сёстры, — мурлыкнула я. — Она никогда не согласится выступить против меня.
— Да, мы — друзья, — таким же милым голоском прощебетала моя закадычная подруга.