Страница 59 из 70
Вторая, Данильченко, взяла на себя пороховой и провиантский склады не в самом порту, а поблизости. Сняли часовых. Закинули коктейли Молотова на крыши и удачно ускользнули по козьим тропам, пока в котловине все гремело и пылало, а по улицам носились толпы позабывших о дисциплине солдат.
Наша кавалерийская атака не помогла. Вражеские пикеты в горах никуда не делись. Пластунам сутки пришлось отсиживаться в укромной пещере.
На другой день двинулись в ночных сумерках. Грек-балаклавец вывел их точно к месту встречи с командой прикрытия. Не дошли буквально полверсты. На самом подходе наткнулись на засаду зуавов.
Резались люто, французы попались не робкого десятка. И белым оружием владели не хуже казаков. Сотник вырвался, убив кинжалом двух противников, но далеко бы не ушел, если бы не подоспели побратимы. Его спасли, а вот остальных поджигателей из его группы не успели.
Я разглядывал этого молодца с нескрываемым любопытством. Сухощавый, молодой, усы еще не набрали пышности. Он стоял навытяжку, выпрямив спину в струнку, вздернув подбородок и расправив плечи. Образцовый солдат.
Только внешний вид не строевой. Папаха набекрень, винтовка в чехле мехом наружу, черкеска в дырах и заплатах, полы истрепаны. Ичиги стоптаны, бурка, свисавшая с плеча, вся в дырах. Оборванец. Как и положено настоящим пластунам. Стиль у них такой.
— При мне теперь будешь. Личным телохранителем, — обрадовал казака.
Его спокойные серые глаза свирепо полыхнули, тонкие черные брови нахмурились.
— Аль ты не рад?
— За кунаков с бородачами-'турками" хотел поквитаться, — честно признался сотник.
— С турками? Они-то чем тебе насолили?
— Мы так промеж себя зуавов прозвали, — пояснил сотник. — Уж больно они одежой на магометан похожи, а лепечут по-французски.
— Ну что с тобой делать? Отпущу на пару вылазок. Хватит?
Матвей оскалился так, что и без слов стало понятно: скоро зуавам не поздоровиться.
— Ступай. Тебе флигель-адъютанты растолкуют про наши порядки.
Данильченко лихо развернулся и вышел, печатая шаг.
Я вернулся к своим думам о случившемся.
Русский лагерь бурлил, радовался, праздновал.
Мне же было понятно, что коренного перелома в войне не случилось. Очень важный эпизод с вполне предсказуемыми результатами, но и только. Локальный успех.
Итак, результаты.
Англичан мы, конечно, раскатали как бог черепаху. Но из войны они не выйдут. В лучшем случае падет правительство.
Балаклава была главной тыловой базой британской оккупационного корпуса в Крыму. Чтобы ее восстановить, вытащить из бухты сгоревшие корабли, уйдет не меньше месяца, а то и двух. Снова вернется голод, если французы не помогут. Особенно тяжко придется людям Осман-паши. Можно ожидать массового дезертирства.
Минус склады с боеприпасами. Что особенно для нас ценно — потеря снарядов. Только-только начали накапливать, а они — фьють! — улетели на небо. На конец марта планировалась массовая бомбардировка Севастополя. Теперь отложат? Вполне возможно.
В городе размещались штабы, почтамт, медицинские управления и госпитали, в гавани — военные и транспортные корабли, обеспечивавшие переброску подкреплений и вывоз раненых и пленных. Насколько все это пострадало, сказать трудно. Как и сколько погибло народу.
Уверен, что много. Скоро узнаем точно из английских газет. Они с потрясающей беспечностью разбалтывали все военные секреты. «Подлецов типа Рассела из „Таймс“ нужно вешать!» — как-то раз написал в Лондон разъяренный Раглан, и я был с ним полностью согласен, но по другой причине. Просто ненавижу британских щелкоперов.
Френчи начнут дуть губы, что все тяготы войны на суши легли теперь на их плечи. Было бы неплохо покачать эти настроения через европейскую прессу. Поручу это Дубельту.
Так же и не забываем про австрийский фактор. Очередной повод им задуматься, стоит ли нам угрожать. В Вене быстро сообразят, что кампания 1855 года не завершится победой союзников, что война будет длиться дольше.
А сардинцы? Они решатся теперь плыть в Крым? Уверен, начнут тянуть. Под предлогом, что нужно сперва Балаклаву восстановить, что Камьеш в одно рыло не потянет всё сразу — и поставки, и подкрепления, и прибытие смуглых итальянцев в шапках с перьями.
Все так. По гамбургскому счету, мы выиграли после дела 12-го февраля еще пару месяцев. Севастополь теперь точно не отдадим. Что уже немало.
И в то же время — мало.
Эх, если бы мы могли сразиться и победить французов. Но увы, и пороха мало, и кишка у нас тонка. Я прекрасно отдаю себе отчет, что русская армия уступает французской. Не только в техническом плане — во всем, кроме мужества. В логистике, штабной работе, выучке солдат, тактических наработках. Так что большое сражение отменяется. Как сидели в обороне, так и будем сидеть.
Слишком пассивно? А что делать? Пока союзники контролируют море, они практически непобедимы.
Самое фиговое в том, что время работает не на нас. Французы с англичанами вполне способны проводить военную модернизацию, а мы нет. Скоро у первых появятся бронированные плавучие батареи и они раздолбают кинбурнскую крепость, а у вторых — новые мощные пушки.
И я не видел способов этому помешать. Все надежда на новости с Кавказа.
Карс! Вот ключик.
Турки крайне болезненно реагируют на потери азиатских владений. Гораздо сильнее, чем на такие же потери в Европе. С этим они смирились. Понимают, что рано или поздно их выставят из Европы, чтобы не путались под ногами. А вот Азия — это совсем иное. Это их, можно сказать, основа.
От Муравьева новостей пока нет. Остается только ждать.
Но не сиднем сидеть, ни в коем случае.
Чего ждать от союзников?
Им нужен любой успех, особенно, англичанам. Разумно предположить, что плывущие в Крым подкрепления они могут бросить на Керчь, а свой флот нацелить на Азовское море.
Что там пишут Истомин с Семякиным?
Я разорвал конверт с рапортом из Керчи.
Все ожидаемо. Мои командиры застали город в зимней спячке. Никто и не чесался. В гарнизоне не нашлось нужного количества смолы, чтобы изготовить мины! Пятьдесят штук сделали, и все! Будто на нашем юге нет смолокурен. Будто у флота нет запаса!
В распоряжении защитников города имелись серьезные ресурсы. Железоплавильный и кирпично-черепичный заводы, механические мастерские, верфь. Как Врангель все это не заметил?