Волшебница по распределению

Глава 15

В лунном свете дракон, уютно устроивший голову на передних лапах, казался высеченным из черного камня. Каждая чешуйка едва заметно мерцала, словно самоцвет.

Красиво..

Вздохнув, я шагнула с крутой лестницы, ведущей на крышу башни. Надо же в конце концов узнать, что я за «подвид» ведьмы? И как умение соединять фамильяров с их ведьмами и колдунами связано с сумеречниками? Оно ведь связано, это точно. Сумеречники забирают фамильяров и могут контролировать любую нечисть. А я отнимаю у них несчастное зверье, освобождаю и помогаю.

Объяснений у меня было несколько, но самым логичным казалось самое очевидное. И неприятное. Это не могло быть правдой! Очень надеюсь..

Остановившись у морды дракона, я окинула взглядом спящего зверя. Очевидно, желанием посвящать меня в тайны прошлого Рэйнар не горел. Он весьма громко похрапывал! Хотя всего каких-то пятнадцать минут назад весьма бодро и изобретательно увиливал от разговора. А потом с настолько трагическим вздохом, словно я принцесса и требую принести себе рыцаря, прорычал: «Ладно, ползи на башню, поговорим, все равно придется».

Кожистое веко на драконьем глазу дрогнуло.

— Ты моргнул, значит, не спишь! – я побарабанила кончиками пальцев по носу Рэйнара. – Что бы там ни было, самое страшное я себе уже придумала!

Дракон фыркнул, смерил меня задумчивым взглядом. Под мои колени стукнул кончик хвоста, я качнулась и уселась между двумя шипами.

«Все равно не угадаешь», – раздался в голове печальный голос Рэйнара.

Что ж там такое, чего даже вслух сказать нельзя? Неужели я права?

— Рэйнар, ты лучше рассказывай, а то у меня мысли одна ужаснее другой, от таких и нежить сама упокоится! – выпалила я, стискивая пальцами шип на хвосте.

Дракон посмотрел на звезды, вздохнул. Открыл пасть. Я судорожно сглотнула, в горле пересохло.

— Поберегись! Впуска-а-ай! – Изумрудный огонек верхом на метле чуть не протаранил возникшую на пути пленку защиты.

Я чудом успела цапнуть себя по запястью и выпалить, что впускаю в замок фею и метлу. Лиловое плетение защиты еще полностью не исчезло с моей руки, а Мирелла уже лихо затормозила у драконьего крыла и скатилась по нему, как по ледяной горке. Подпорхнула ко мне, всучила два конверта:

— От Эн и от девочек! Сделали из меня почтового голубя! – Мирелла поправила изумрудный одуванчик волос и кивнула на метелку, замершую в шаге от нас. – Нашла эту шантажистку в соседнем квартале. Толкала нашего жениха в сторону лавки лекаря!

Похоже, метла выполнила задание буквально. Где они с феей поймали мне суженого, туда и гнала.

Я с сожалением посмотрела на письма и убрала их в сумку. Прочитать их сейчас точно не удастся.

— Представляешь, она у меня две веревки вытребовала! Дескать, у тебя с ней договоренность: за доставку спящих по две веревки! – Мирелла плюхнулась обратно на крыло дракона и улеглась в нем, как в гамаке.

— Две?! – Я возмущенно обернулась к метелке.

Пронырливая деревяшка чинно развела прутиками, мол, вы не так меня поняли. И быстро ретировалась на ведущую из башни лестницу.

— Все я так поняла! – фея погрозила сбежавшей метле кулаком.

И завозилась, укладываясь поудобнее. Рэйнар чуть шевельнул крылом, Фея с сердитым визгом скатилась на пол.

Пару секунд они с драконом сверлили друг друга взглядами, потом фея фыркнула и уселась на мое плечо.

— А что за посиделки? – болтая ногами, спросила она.

— Пытаюсь заставить Рэйнара рассказать, на что намекал тигр. – Я сердито покосилась на дракона. – А он сопротивляется.

— Я не сопротивляюсь. Я думаю, – фыркнул Рэйнар, – как правильно подать информацию, подвести к нужному выводу без последствий..

Не знала, что он у нас философ!

— Как лучше рассказать.. – невозмутимо продолжал этот.. ящер.

— Словами! Прямо! – выпалила фея.

— Да, – кивнула я.

— Ладно! – раздраженно рыкнул Рэйнар.

И выдал нам обеим сразу:

— Ари, ты сумеречница!

Я чуть не свалилась с хвоста. Точно рухнула бы. Если б не вцепилась в шип намертво. В голове билась только одна мысль: я сумеречница! Я?!

На плече икнула Мирелла, закашлялась и прошептала:

— А побольше слов нельзя? Ну там с правильным подбором.. и всем таким..

— По-моему, уже поздно. – Хвост подо мной шевельнулся. – Ари? Ты как?

— Сижу. Плотно. Слушаю, – пробормотала я. – Давай, ты еще раз скажешь.. только не так прямолинейно?

А то у меня чувство, что я протаранила головой самый большой котел из коллекции Макс. Догадки догадками, но узнавать, что ты чудовище из легенды, хочется постепенно.

— Сумеречники были задолго до войны, – вздохнул Рэйнар, – их никто не создавал..

— Не создавал? – Я ошарашенно моргнула. – Как это – не создавал?! Откуда тогда..

— Не перебивай! – свирепо оборвал дракон. – Да, никто не создавал! Они жили среди ведьм и колдунов. По сути, они и есть ведьмы и колдуны. Только их способности немного отличаются.

Ну да, они развлекаются тем, что забирают у «коллег» фамильяров!

— Почему об этом нигде не упоминается? – спросила я, вытаскивая из сумки альбом и перо: хоть немного успокоюсь.

— Потому что это была просто особенность дара некоторых ведьм. Редкая и.. нужная. – Последнее слово дракон добавил неохотно, словно не считал сумеречников, то есть таких, как я, нужными. –  Вас называли сумеречными ведьмами и колдунами, чаще – волшебники, – продолжал Рэйнар. – Волшебники помогали нечисти находить своих ведьм и колдунов, связывали их, если у тех не получалось.

Красиво говорит!

— Почему же потом они стали чудовищами? – выводя на бумаге худого пса с чешуей вдоль хребта, спросила я. – Почему перестали помогать и начали только забирать? Я ведь правильно понимаю, что волшебники и сумеречники.. одно и то же?

— Да! – коротко ответил дракон.

О хаос! Голова кругом. В официальной версии, где ведьмы с колдунами создали сумеречников и стригоев, все было ясно и просто. Хотели власти, сделали чудовищ. Но не победили, потому что появились ловцы. А сейчас выясняется, что сами ведьмы с колдунами и есть чудовища. Не все, конечно. Но от этого не легче. Мне так точно!

— Неужели они настолько хотели власти, что превратились в монстров? – Я с такой силой надавила на перо, выводя острое ухо пса, что едва не порвала бумагу.

— Да, настолько хотели, что превратились в монстров. И их стали называть сумеречниками. – В голосе Рэйнара были грусть и ярость. – Но изначально сумеречные ведьмы были другими..

Кому он повторил? Мне? Чтобы успокоилась? Или себе?