Страница 10 из 58
Сумён одолжил ей рис, но в мешке почти половина оказалась песком. Лжив был Сумён и крайне жаден. Вернуть-то Чхонмэн должна была рис чистый! Знала об этом Чхонмэн, да выбора не было. Гостю в доме не откажешь, а с долгами она как-нибудь разберется. Промыла Чхонмэн рис не один и не два раза. Вымыла почти весь песок и из остатков риса приготовила кашу. Небесный владыка приступил к трапезе, но романтический момент так и не наступал. Каша скрипела на зубах, на языке оставался посторонний привкус. Небесный владыка и не знал, что хуже: взять в жены хозяйку плохую или скаредную. Задавал он вопросы так и эдак, и Чхонмэн призналась, что рис дал ей сосед. Рассказала и о его скупости, бесчестии и зависти. Вошла в раж и вспомнила все темные дела детей и жены его. Небесный владыка не знал, что люди могут быть настолько злы. Рассвирепел он и решил уничтожить Сумёна и его семью, надеясь искоренить зло на земле. Призвал вестников грома и молнии, духа огня и приказал разобраться с Сумёном и его семьей. Тотчас в очаге дома поднялось пламя и стало сжирать изнутри комнату за комнатой. В небе сверкнула молния и ударила в Сумёна, изжарив его до самых костей. А члены семьи Сумёна в одночасье обратились в насекомых!
История умалчивает, преподнес ли Небесный владыка девице Чхонмэн подарок на свадьбу, но как минимум от долгов ее он избавил. Однако счастье молодых длилось недолго: Небесный владыка вскоре покинул Чхонмэн и вернулся на небо. Как мы помним, спускался он на землю не из-за большой любви, а прагматизма ради. Но урок с лишними светилами научил его давать внятные ценные указания, поэтому Небесный владыка проинструктировал Чхонмэн, что родятся у нее два сына и одного следует назвать Тэбёль-ван, а другого — Собёль-ван. «Большое разделение» и «Малое разделение». А как подрастут дети, пусть приходят. В качестве отцовского наставления и грин-карты передал Небесный владыка им два тыквенных семечка.
Инструкция была четкая, и родила Чхонмэн двух близнецов. Старшего назвала Тэбёль-ван, а младшего — Собёль-ван. Хотя они не знали, кто их отец, вели себя они всегда достойно и уважительно. Росли, учились, старались не лезть лишний раз в драку и с малых лет тяготели к рациональному мышлению. В один из дней обратились братья с вопросом об их отце к Чхонмэн. Она не стала придумывать истории о заезжих торговцах и аристократах, а сразу сказала, что отец их — Небесный владыка, и вот семечки в доказательство. В первый день нового года братья посадили семечки в почву, и вскоре оттуда показались длинные ростки, которые устремились к небу. Тэбёль-ван и Собёль-ван поднялись по ним и встретились наконец с отцом.
Небесный владыка к тому времени уже продумал наперед, что старший сын, Тэбёль-ван, станет управлять миром живых, а младший, Собёль-ван, возьмет на себя мир мертвых. Но Собёль-ван не оценил открывающиеся перспективы и попросил пересмотреть план. Он предложил брату сойтись в интеллектуальном споре. Кто выиграет, тот и будет управлять миром живых. Умный же должен быть человек, не пенек трухлявый.
Тэбёль-ван, конечно, подозревал, что игру младший брат предложил именно для того, чтобы в ней выиграть, но мама с детства твердила, что младшим надо уступать. И Тэбёль-ван согласился, но с условием, что будут они разгадывать загадки, — и чур он задает. Собёль-ван согласился и чуть в ладоши не захлопал от радости.
«Какое дерево всю жизнь не роняет листья, а какое роняет?» — зашел Тэбёль-ван нестандартно, с ботаники. Но младший брат тоже проводил в огороде много времени, поэтому нашелся с ответом: «Не роняют деревья с короткими междоузлиями, а роняют — с полыми стволами». Тэбёль-ван парировал: «Бамбук и тростник тоже полые внутри, но листья у них не осыпаются». Умолчав о правильном ответе, Тэбёль-ван уже решил было, что игра закончена, но младший брат попросил дать ему еще один шанс. А мы помним, что Тэбёль-ван был старшим и потому не мог не уступить.
«Отчего трава на холме растет медленнее, чем в низине?» Еще один вопрос из области ботаники, и снова Собёль-ван спешит с ответом: «Весной, когда дует ветер и идут дожди, землю с холмов смывает вниз, оттого трава на высоте растет хуже». Да, Собёль-ван смыслил в вершках и корешках. Но Тэбёль-ван знал, что побеждает самый парадоксальный ответ, поэтому парировал: «На голове человека волосы вырастают длинные, а на ступнях почти не растут». Младший брат понял, что проиграл.
Но не отступил. Он предложил Тэбёль-вану еще одно состязание — на сей раз перейти от теории к практике. Мир живых требует знаний о том, как о жизни заботиться, а потому Собёль-ван предложил вырастить цветы. Братья взяли семена цветов и два кувшина — серебряный и латунный. Ждать пришлось недолго. Скоро проклюнулись зеленые ростки и появились первые крохотные листочки. Цветок Тэбёль-вана рос и рос, и скоро на длинном стебле появились бутоны. Цветок же Собёль-вана зачах и засох. И вновь младший брат проиграл.
И вновь не отступил. Он предложил Тэбёль-вану еще одно испытание, — как говорят, «последнее-распоследнее». И Тэбёль-ван снова не отказал. Испытание называлось «Кто быстрее уснет», и, конечно, старший брат постарался выиграть и здесь. Тэбёль-ван заснул глубоким сном, а Собёль-ван, который только притворился спящим, открыл глаза и подменил цветы. Свой, чахлый и сухой, он поставил на место пышного цветка Тэбёль-вана. Уже празднуя победу, Собёль-ван поднял шум и разбудил старшего брата. Едва тот увидел кувшины, как сразу понял, какие на самом деле в испытании были правила. Но спорить не стал и отправился в новый мир мертвых, где предстояло еще устанавливать порядок, налаживать быт и бюрократию. Действительно, не младшего брата это дело.
Прощаясь, Тэбёль-ван предупредил Собёль-вана об опасных людях, которым не стоит верить: о ворах и разбойниках, об обманщиках, об убийцах и клеветниках. Собёль-ван уже предвкушал, как станет управлять миром живых, и едва слушал брата. Он ожидал почести и славу, пиры и поклонение. Но стоило спуститься на землю, как Собёль-ван искренне пожалел, что вмешался в план Небесного владыки. Хаос на земле был невероятный! На небосклон всходили два солнца и две луны, поэтому было то слишком жарко, то слишком холодно. Все живые существа разговаривали — и люди, и животные, и даже деревья! Нельзя было приготовить обед, не став чьим-то мучителем. А некоторые звери и сами были рады пугать людей, обещая жестокую расправу. Повсюду творилось беззаконие: люди убивали и грабили друг друга, причиняли друг другу зло и радовались этому. Но хуже всего было то, что бок о бок с живыми постоянно жили мертвые, которые не знали, что они мертвые, и не хотели уходить.