Страница 8 из 110
Кураж прошел. Я прислонился лбом к прохладному стеклу дверей. Мне было неловко.
— Ира.
— Что? — не понял я.
— Ты же спрашивал, как меня зовут.
— А-а-а, ну да.
— А тебя?
Без шепота ее голос оказался на удивление глубоким. Но это ее ничуть не портило. Наоборот. Мягкие грудные нотки успокаивали, звали прилечь на ее груди, как на пушистой перине, и плыть в неведомые дали.
Меня как обычно куда-то понесло.
«Вот так всегда! Побахвалюсь, языком намелю, типа самый крутой, а потом куда все девается?»
Я стоял и боялся поднять глаза.
— Рик, — наконец выдавил я.
— Интересное имя, — она тоже смотрела в пол.
«Ну что? Так и будешь стоять пионером, даром что с улицы Пионерстроя?» — подхлестывал я себя, но мне нужно было время, чтобы собраться.
— Иди, я покараулю, — кивнул я на дверь, откуда нас только что вытурили.
— Да нет уж! Один раз попробовала! Хватит!
И тут она так мило улыбнулась, что мою робость как рукой сняло.
Электричка замедлила ход.
— Ты выходишь? — с надеждой спросил я.
— Нет. Мне на следующей.
— Слушай, давай со мной! У меня тут в привокзальном кабачке короткая встреча, а потом я тебя провожу! И в дамскую комнату заодно сходишь.
— Это же последняя электричка! Меня отец убьет! Он, наверняка, и так уже торчит на платформе!
Мы подъезжали к Петродворцу. Она стояла в нерешительности и смотрела в темноту надвигающейся ночи. Двери с шипением открылись.
— Время истекло! — крикнул я и схватил ее за руку.
К моему удивлению, она совсем не сопротивлялась, и мы вылетели на платформу, чуть не грохнувшись.
У дверей кабака стояли подвыпившие курильщики и что-то шумно обсуждали. Моя спутница чуть притормозила.
— Не бойся! Здесь все свои.
В подтверждение моих слов кто-то крикнул:
— Хэй Рик! Сколько лет, сколько зим! Присоединяйся!
— Потом, потом! — отмахнулся я. — Не видишь, я занят!
— Видим-видим! — Вовка, по-моему, это был он, улыбнулся.
Потом обернулся к своим приятелям и что-то сказал. Все дружно заржали, расступаясь и пропуская нас к полуподвальному входу.
— Туалеты направо, — открыл я перед девушкой дверь.
— Джентльмен, твою мать! — донесся очередной взрыв хохота сзади.
Я вошел следом и взял Иру за плечи.
— Когда вернешься, мы незнакомы! Можешь сесть рядом, но ты меня не знаешь! — я набрался смелости и, зарывшись в ее волосы, поцеловал в шею.
— А я тебя действительно не знаю! — обернулась она и мило склонила голову набок.
— Это дело поправимое! — подмигнул я. — Давай-давай! Смотри не растряси!
Я легонько подтолкнул ее в сторону туалетов и нырнул в зал.
Сруль был на своем излюбленном месте, в самом конце барной стойки, где редко кто сидел и можно было общаться без лишних ушей. Прислонившись спиной к стене, он смотрел на танцующих в другом конце бара. Кассетник бармена был повернут в сторону пятачка для танцев и что было сил надрывал свои небольшие динамики. Громкая музыка Сруля не донимала. Наоборот, он любил вести беседы в шумных местах.
Старый лис сразу же меня заметил. По мере того как я к нему приближался, его лицо мягчело на глазах, и вскоре от сводящего скулы напряжения не осталось и следа.
— Молодец, что приехал! — с облегчением сказал он. — Не пожалеешь!
Он снял неизменный портфель с соседнего барного стула: «Прошу!»
— Я закажу за твой счет? — полуутвердительно спросил я.
— Валяй! Но, похоже, что скоро я буду заказывать за твой!
— Неужто твое детективное агентство разоряется?
— Типун тебе на язык! Это ты скоро конкретно приподнимешься!
— «Кровавую Мэри» и черные сухарики! — крикнул я бармену, сел и приготовился слушать.
— В твою сторону плывут серьезные бабки!
— Голые или в купальниках?
— В евральниках! Клиент платит валютой!
— Я весь во внимании!
— Мы говорим о шестизначных цифрах, на рубли, конечно же! К тому же ты будешь на полном обеспечении. Твоя напарница все берет на себя.
— Напарница? С этого и надо было начинать! — недвусмысленно протянул я.
— Тут бы я не обольщался! — ухмыльнулся Сруль. — Она из тех, ну, в общем, не этих. Короче, ты меня понял.
— Не совсем. Чего-то я сегодня туповат.
— Поговорку слышал: «Попробуешь пальчика и не надо мальчика?»
— Ну-у-у, и что я буду с ней делать?
— Смотри, чтобы она с тобой что-нибудь не сделала! Девица из эстонской полиции. Будешь просто ее легендой и при случае прикрывать ее задницу.
— После твоих слов меня ее задница больше не интересует! В кои-то веки отправляешь на дело с девицей, а у нее оказывается кобура в штанах!
— Шутки в сторону! Дело серьезное. Две подозрительные смерти подряд! Ты, конечно, можешь отказаться, но мимо таких денег не проходят!
— Давай по порядку, — я нетерпеливо глянул на бармена.
— Где-то в глуши, — начал Сруль, — где, не скажу, пока не согласишься, но в глуши-глуши осуществляется международный проект. Проект химико-биологический! — он сделал ударение на «биологический» и по-отечески положил мне руку на плечо. — В общем, есть шанс поработать по специальности.
— По какой из них? — съязвил я, но голос предательски дрогнул.
Хорошо, что в этот момент принесли мой заказ. Пока Сруль расплачивался, я оглядел зал. Ирины еще не было.
— Так вот, — детектив убрал портмоне, — сынок одного таллинского миллионера работал там химиком. Что там случилось, не знаю, но сынок напился технического спирта и окочурился. Причем заметь, с роду не брал в рот хмельного и имел неограниченный доступ к чистейшему медицинскому спирту! Дальше — хуже! Папаша послал туда лучшего детектива Таллина, кстати, партнера той девицы, которую ты будешь прикрывать.
— Минуточку! Что значит «ты»? Во-первых, я еще не дал согласия, а во-вторых, ты сказал, что она не такая, тогда откуда взялся партнер?
— Ну, во-первых, это не тот партнер, что партнер, а тот, что по работе. А во-вторых, он уже две недели как в мире ином!
— То есть это наша вторая подозрительная смерть?
— Точно! Но, во-первых, не наша, поскольку ты еще не согласился, а во-вторых, на мой взгляд, не такая уж и подозрительная! Хотя Мишель считает по-другому.
— Кто такая Мишель?
— Та, что летит с тобой.
— Еще не со мной! А чем там химики занимаются?
— То есть, что случилось с партнером Мишель, тебя не интересует?! Вот это правильно! Наш план в действии! Ты занимаешься химией, она расследованием!