Страница 76 из 110
— Чего такой хмурый? Переживаешь, что сбежали с последнего урока? — толкнул он меня в бок. — Я тебе говорю, не пожалеешь! На́перво всегда везет!
Вот открылись двери, и первый персонаж появился над головами затаивших дыхание зрителей. Проплывающие в вышине брюки вызвали лишь короткий вздох разочарования.
— А ты говоришь, везет! — прошептал я. — Куда я влезу — там всегда одни неприятности!
— Не дрейфь! Еще не вечер!
В этот момент над нами захлопала крыльями развевающаяся на сквозняке юбка. Она была встречена немым, но от этого не менее восторженным улюлюканьем. В течение получаса нам удалось выяснить, у каких из живущих в подъезде старшеклассниц какого цвета трусики. Однако поток школьниц скоро закончился, да и холод подвала давал себя знать.
— Сейчас гуся погоняем — погреемся! — поежился Игорюха.
Мы только стали выползать из своего убежища, как в подъезд, хихикая и целуясь, вошла сладкая парочка. Прыщавый пэтэушник закрыл дверь и тут же начал приставать к своей спутнице.
— Не надо! Увидят! — нервно прошептала она.
— Да не увидят. Рабочий день еще не закончился!
Он взялся одной рукой за дверную ручку, другой прижал к себе девушку.
— Смотри, я держу дверь. Если что, так мы сделаем вид, что выходим.
Позабыв о холоде подвала, зрители остались на второй акт. Наши привыкшие к темноте глаза жадно всматривались в происходящее наверху. В полумраке подъезда раздавались звуки поцелуев и шорох нейлоновой куртки парня. Снизу были плохо видны руки влюбленных, и лишь по протестующим девичьим возгласам можно было догадаться о происходящем. Мы не могли видеть, как свободная рука кавалера отправилась в одиночное плавание по вздымающимся волнам груди девушки. Зато зрители видели, как она нервно перебирает ногами, то и дело проваливаясь тонкими каблучками в щели решетки. Ее стройные ноги простирались далеко вверх и терялись где-то в темных контурах облегающих трусиков. Поцелуи становились все громче, а шепот все жарче. Наплававшаяся на поверхности рука парня погрузилась в глубину и отчетливо предстала пред наши очи. Коснувшись бедра девушки, рука начала медленно всплывать, поднимая вслед за собой волнистый край юбки. Вот она достигла задних округлостей и плавно заскользила по ним. Протесты обладательницы аппетитных «подводных» холмов усилились, но были тут же потушены глубоким поцелуем. Тем временем рука перебралась вперед и темная полоска материи между бедер девушки исчезла из виду. На ее месте появились жадные пальцы пэтэушника.
Задохнувшиеся от возбуждения зрители не могли поверить, что им так повезло! Мы почти одновременно полезли поправлять своих дружков, которым стало тесно в школьных брюках. Сверху донесся томный приглушенный стон.
— Не надо! Не здесь! — прорвался сквозь поцелуй прерывистый шепот.
Но слова так и остались словами. Замершие в ожидании зрители не увидели ни малейшей попытки прекратить нежелательное вторжение. Скорее наоборот. Девичьи ноги медленно согнулись и чуть раздвинулись. Пальцы парня напряглись, стараясь удержать насевший на них вес. Где-то на верхнем этаже хлопнула дверь. Заурчал мотор лифта и провозгласил о завершении горячего выступления молодого дуэта. Зрители с неохотой покидали належанные места и, позабыв отряхнуть друг другу спины, скрылись в подвальном сумраке…
Шум лифта нарастал. Я напрягся и стянул с лица бейсболку. Створки раскрылись, и послышался стук мяча. На улицу вышел подросток.
«Где он там собрался играть?» — я опять надвинул бейсболку, можно было возвращаться обратно в грешное отрочество.
О своих взрослых мечтаниях о подруге пэтэушника умолчу, в них не было ничего примечательного, а вот об Игорюхиных стоит рассказать особо. За достоверность не ручаюсь, но по его словам все было именно так.
Игорюха любил комфорт и облюбовал себе закуток, заваленный тюками с теплоизоляцией, за что и поплатился. Он с разбегу плюхнулся в самый центр кучи, закрыл глаза и с наслаждением ощутил, как медленно погружается в мягкую массу и жаркие мечты. Перед ним стояла длинноногая красавица на высоких каблуках, и уже не пэтэушник, а он сам ласкал ее манящие формы. Переполнявшее его сладострастие рвалось наружу! С каждой минутой желание усиливалось и распирало его, как паровой котел. Выпускающий пар клапан напрягся и манил к себе. Он не смог устоять, и волна наслаждения накрыла его. Еще мгновенье, и пар с шипением будет выпущен.
И он на самом деле услышал шипение! Резкая боль ошпарила руку, и по подвалу разнеслись дикие вопли!
Я прибежал и ничего не мог понять. Игорюха неуклюже гонялся за жирным котом дворничихи, позабыв о своем торчащем клапане и невыпущенном паре.
Я смотрел, как кот с трудом протискивается в подвальное окошко, и думал: «Как инстинкт охотника смог заставить этого толстопузого ленивца напасть на что-то, мелькающее в тюках?..»
Хлопнула дверь. Кто-то прошаркал к лифу. Я достал телефон. С момента моего звонка прошло полчаса: «Где Мишель? Здесь за полчаса весь город можно оббежать!»
Будто услышав меня, дверь распахнулась, и я увидел знакомую ситцевую юбку. Тут же вспомнился торшер на одной из витрин Невского проспекта, с ножкой в виде обнаженной женской натуры. Надо мной просторным абажуром проплыла юбка Мишель. По законам корпоративной этики я должен был бы закрыть глаза. Признаюсь, я поступил неэтично, но если бы товарищеский суд видел то, на чем держался абажур «торшера», он бы оправдал меня не задумываясь!
Перед глазами еще стоял образ содержимого абажура, когда в руках зазвонил телефон.
— Ты где?
— А ты не слышишь?
Абажур снова появился в поле моего зрения. Мишель нагнулась, и наши глаза встретились.
— Как ты туда попал? — спросила она, еще не сообразив, что я вижу чуть больше, чем положено партнеру по расследованию убийства.
— Сойди с решетки, узнаешь!
Мишель исчезла. Я приподнял решетку и сдвинул в сторону:
— Залезай!
Наверху произошла заминка. Я с нетерпением ждал появления обнаженных ног, а наверху продолжался непонятный шорох одежды. Когда я уже собирался выяснить, в чем дело, в проеме, наконец, появились ноги Мишель. О, боги Олимпа! Она была в джинсах!
Закрыв решетку, я перекатился ближе к стене, оставив партнерше нагретое место.
— Где ты ее потеряла на этот раз? — беззаботно поинтересовался я.
— Ты не поверишь! Эта коза спустилась к Ангаре. Там ее ждал катер! Как в шпионских фильмах, ей-богу! Пока я добежала до моста, пока поймала тачку, она уже была на том берегу!