Страница 18 из 135
Я сломан
«Взглянуть в глаза реальности» звучит заманчиво, но что, если реальность означает потерю работы, увольнение, болезнь, развод или смерть? Сталкиваясь с трудностями, мы часто начинаем верить, что сломлены, раздавлены, уничтожены. Но что в нас ломается? Что раздавлено? И что уничтожено? Прежде всего иллюзии. Надежды. Мечты. Мы смотрим в окно, и мир кажется нам прежним. Мы заглядываем в себя и видим разрушенные фантазии.
Когда фантазии рушатся, правда прорывается наружу. Мы считаем себя сломленными и несправедливо обманутыми жизнью, но мы еще здесь. Что сломано — мы сами или наше самовосприятие? Что умерло — мы сами или наши мечты? Нет ничего больнее, чем наблюдать за крушением иллюзий.
Рассмотрим историю пациента, который отрицал серьезность психического заболевания своей жены. Он продолжал надеяться, что у него «нормальная жена», которая вот-вот согласится на лечение, а не жена в психозе, отказывающаяся от всякой терапии. Когда его иллюзия треснула, но все еще не разрушилась окончательно, он всеми силами пытался ее восстановить. «Может, ей поможет телесная терапия?» — спрашивал он меня, позволяя отрицанию восторжествовать над опытом. Он думал, что предан жене, а на самом деле хранил преданность лишь своему желанию, чтобы она была «нормальной». Наконец осознав реальность, он заплакал.
Приведу цитату писателя Джеффа Фостера: «Разрушение всегда указывает на рождение некой более глубокой истины, поскольку разрушиться может лишь ложное. Правда не разрушается. Кто-то называет это “пробуждением”, кто-то — “самореализацией”»
[2]
[Foster J. Falling in Love with Where You Are. New York: Non-Duality Press, 2013.]
.
У другой моей пациентки были галлюцинации, что ее спальня движется. Чтобы прекратить это, она билась головой о стену. Она кричала, царапала себе руки до крови. Триггером для такого поведения стал уход мужа. Мир сдвинулся с привычной оси, и она не могла этому препятствовать. Но также не могла злиться на мужа, которого любила, поэтому перенаправила гнев на себя, на свою голову и руки.
— Я чувствую себя сломанной, — говорила она. — Я должна жить ради Лоры, нашей дочери, но если бы не она, я бы точно что-то сделала с собой. Я чувствую себя разбитой на осколки. — Ей казалось, что она разбилась, хотя на самом деле разбились ее иллюзии. Движущиеся стены, которые она видела в галлюцинациях, символизировали жизнь, которая всегда стремится вперед. В ее фантазиях жизнь должна была оставаться прежней, она отрицала поступательное движение. Но фантазия разрушилась о реальность, и включилось отрицание.
Когда наши желания разбиваются о факты жизни, некоторые могут попытаться покончить с собой, чтобы заглушить боль стремления к смерти, которое суицидолог Эдвин Шнейдман называл «психической болью»
[3]
[Эдвин Шнейдман, известный исследователь суицида и его причин, предположил, что суицид представляет собой попытку облегчения невыносимой душевной боли, которую он называл psychache — «психическая боль». См.: Shneidman E. Suicide as Psychache. New York: Jason Aronson, 1995. (На русском языке издана другая книга Шнейдмана — «Разум самоубийцы». Прим. пер.)]
. Переживая смерть мечты, человек может предпочесть физическую смерть болезненному перерождению, которое следует за процессом горевания.
Моей пациентке казалось, что она умирает, ее психика страдала все больше. Однако иллюзии пошатнулись, а значит, стало возможным проявление ее истинного «я». Даже когда нам кажется, что мы «ломаемся», этого на самом деле никогда не происходит. Ломаются лишь наши иллюзии, а отрицание и требования к окружающему миру не в состоянии их починить. Когда же рушится отрицание, человек испытывает горе и гнев. Но в этом костре эмоций сгораем не мы, а наши иллюзии.
Поскольку мы боимся потерять свои иллюзии, мы рассказываем своим друзьям истории о том, как с нами несправедливо поступили. Эти истории похожи на правду, потому что согласованы с нашей внутренней реальностью, но на самом деле они ложь, потому что исключают остальную реальность. Такие искажения кажутся очень привлекательными, ведь, игнорируя определенные факты, можно демонизировать кого угодно и представить любого человека как карикатуру, а вымышленную историю — как объективную реальность.
Людям, пережившим развод, хорошо знакомо это желание демонизировать бывшего супруга. Один мой пациент, мужчина, который годами унижал жену, пришел в ярость, когда она ушла от него после нескольких лет семейной психотерапии. Его жена, несмотря на свои изъяны, была терпеливой, любящей и преданной. Как только она ушла от него, он превратил ее в своем воображении во лгунью, изменщицу и трусиху. Он жаловался на нее всем подряд, перечисляя заученный список ее недостатков. Будто забыв, что у нее много достоинств, он говорил о ней как о добродетельной женщине, которая непостижимым образом однажды превратилась в ведьму. «Теперь я знаю, какая она на самом деле. Никто не видит того, что вижу я. Люди знают ее только с хорошей стороны и не подозревают, какая она настоящая. Она так хорошо это скрывает!» Он звонил друзьям и рассказывал о ее воображаемых преступлениях: «Вы кое-что должны знать».
Мы часто склонны упиваться демонизацией своих «обидчиков» и превращать их в карикатурные фигуры. Друзья и психотерапевты, в свою очередь, могут потакать нашей жалости к себе и участвовать в этом мазохистском празднике
[4]
[Этой фразой я обязан психоаналитику Эдмунду Берглеру и его книге The Superego (New York: Grune and Stratton, 1952).]
, где мы воспеваем свою позицию жертвы и сетуем, что жизнь сложилась не так, как мы себе представляли.
Мой пациент ждал, когда его обидчица-жена изменится, и впал в позицию жертвы. Но в результате сам загнал себя в ловушку, так как в этой ситуации измениться мог только он. Мы считаем себя жертвами, но не видим, что сами виноваты в своей жертвенной позиции. Мы склонны обвинять окружающих за вред, который причиняем себе сами, не замечая истинного виновника.
Пациент, который изводил жену, переиначил ситуацию и стал считать, что это она лгунья, изменщица и трусиха. Пытаясь сделать из нее своего клона, он лгал себе и ей. Мало того, унижая ее, он изменял ей с идеальным образом, а настоящую жену отвергал. Человек, который оскорбляет и унижает окружающих, всегда трус: он так боится жизни, что не принимает ее, а пытается запугать и уничтожить. Когда иллюзии мужа рухнули, он попытался сломить свою жену, но она вырвалась из его пузыря.