Страница 35 из 78
— Винтер, — доброжелательно ответил он, — понимаю ваше беспокойство. Однако решения принимаются на основании новых правил. И я, как представитель власти, вынужден ужесточить контроль. Все должны соблюдать правила. Вы это и сами прекрасно понимаете! Те, кто нарушил правила, обязаны подать новую заявку, и пока они этого не сделают, они не могут торговать на рынке.
— Какие именно нарушения? — спросил я спокойно. — Раз вы принимали это нелёгкое решение, то я хотел бы ознакомиться со всем списком.
После моих слов бургомистр очень увлечённо начал разбирать бумаги на столе, а вот к прошению так и не притронулся. Пауза затягивалась, а ответа на свой вопрос я так и не услышал. Бекон нетерпеливо дёрнул хвостом, и я погладил его по голове, мол, рано ещё, не суетись.
— Всё довольно просто, — вдруг сказал Григорий Златович. — Неуплата пошлин, задержка с налогами… разное! Да и потом, это личные дела каждого из торговцев, я не могу понять, какое вам до этого дело?
— Вы хотите сказать, что совершенно внезапно обнаружили, что у нескольких торговцев не уплачены налоги и пошлины? И на это есть бумага из казначейства? — я картинно удивился. — Странное дело, Пышкин как раз получил сведения, что казне он ничего не должен. Григорий Златович, у вас ещё одна попытка.
— Да что вы себе позволяете, Винтер? — вспылил он. — Если выиграли конкурс, это не значит, что вы можете являться ко мне в кабинет и требовать закрытые сведения! Если нарушили, то пусть уходят с рынка! Порядок должен быть во всём! Без исключений!
Я мысленно усмехнулся. Это он говорит мне, а ведь сам же вручил мне разрешение на торговлю, когда на то у меня не было права.
— Господин бургомистр, — спокойно и твёрдо начал я, — да, я понимаю, правила есть правила, особенно если не вы их устанавливаете. Однако сами подумайте, как только с рынка исчезнут добросовестные продавцы, то кто останется? Кто будет платить налоги с продажи, кто будет оплачивать место на рынке? Доходы упадут. Точнее, нет, — я коротко улыбнулся, — не упадут, а будут идти не в казну города.
Бургомистр посмотрел на меня исподлобья, вздохнул и отложил бумаги.
— Да и потом, — вкрадчиво продолжил я, — лично у кого будете покупать товар для своих домашних? У тех, кто отлично себя зарекомендовал, или у неизвестных, которые придут вместо них?
Тишина в кабинете стояла такая, что я слышал, как дышит кот и потеет Григорий Златович. Выждав минуту, я снова заговорил.
— С учётом всех обстоятельств я никак не могу требовать от вас возврат торговцам разрешений, но и оставить их без заработка тоже будет как-то незаконно. Предлагаю отличный компромисс — разрешение на месяц, временное. Это даст вам время разобраться в ситуации. Как раз торговцы смогут собрать новые пакеты документов и не будут голодать, пока город принимает решение, — я пристально посмотрел на него. — Григорий Златович, ведь вы человек, для которого Бешаль и его жители всегда на первом месте. Вам доверяют уже много лет. Неужели вы готовы расстроить граждан из-за мелких политических игр? Разве оно того стоит?
Бургомистр мрачно посмотрел на меня. В его глазах я заметил ожесточённую борьбу жадности, страха и желания сохранить этот кабинет. Он прекрасно понимал, что после победы, да и с моей быстрорастущей репутацией, за мной пойдут люди. А вот этого Бешаль может уже не пережить.
— Не ожидал от вас такого, Винтер, — наконец, произнёс он и придвинул к себе подписанное торговцами прошение. — Раз есть коллективное обращение, значит, я должен отреагировать на него. Будь по-вашему. Я подпишу временное разрешение на месяц для тех, кого значится в этой бумаге. Заметьте, не моя личная инициатива, а лишь реакция власти на проблему. И всё равно должен предупредить вас, что если появится хоть одна жалоба, то я уже не смогу помочь. Ни вам, ни торговцам.
Он разгрёб бумаги на столе, вытащил из-под них прозрачный кристалл и сжал его. Через минуту на пороге появилась Солетта Васильевна.
— Солечка, подготовь бланк разрешения, — устало распорядился Григорий Златович, — на месяц. А имена торговцев тебе сейчас перечислит господин Винтер, — он перевёл вопросительный взгляд на меня. — Что-то ещё?
— Нет, — я поднялся, — этого будет достаточно. Спасибо. Надеюсь увидеть вас на празднике урожая.
В ответ бургомистр махнул рукой, выпроваживая нас из кабинета. А мы с секретарём отправились заполнять разрешение. С ним разобрались довольно быстро, благо фамилии я уже знал. И уже через полчаса, Солетта Васильевна уже выносила мне подписанный бланк с печатью.
Я внимательно проверил каждую строчку, даже прочитал мелкий шрифт и кивнул. Всё было в порядке. Но когда вышел из кабинета секретаря, квест ещё не закрылся. Странно, вроде же условия все выполнены. На всякий случай проверил. А, отдать же нужно. Ладно, это тоже быстро.
— Бекон, пойдём наносить справедливость в массы!
— Мряв! — бодро ответил кот, и мы вышли из ратуши.
Над Бешалем уже расползались сумерки, но город спать не собирался. Больше того, у ступеней меня ждали. Не только трое знакомых торговцев, но ещё и другие. Некоторых я точно видел на рынке, но лично представлен не был. Едва меня увидели, в момент окружили.
— Винтер! — воскликнул Золт. — Я всё сделал! Ещё три подписи, всего семь! Как думаешь, этого хватит? Я старался аккуратно всё сделать, но боюсь, к утру весь рынок будет кипеть. У тебя-то какие новости?
— Золт, да дай ты ему хоть слово сказать, — одёрнула его Марфа. — И всё же господин Винтер, какие новости?
Я оглядел их и вытащил разрешение. Торговцы недоверчиво уставились на витиевато выведенные рукой секретаря буквы, а когда дошли до своих имён, то и вовсе рты пооткрывали.
— Разрешение! На месяц! — ахнул Ефим, чуть ли не хватаясь за сердце. — Как тебе удалось-то⁈
— Но тут не все пострадавшие! Как же нам торговать⁈ — вступился плохо знакомый мне мужичок.
— А где ты раньше-то был, Кривой⁈ — возмутилась Марфа. — Мы-то господина Винтера в ратуше встретили, а ты, небось, от жены в лесу прятался? Или же вовсе на поклон в «Золотого льва» ходил?
Все сразу уставились на грибника, и тот побледнел. Я его вспомнил, у него тогда ребята Каролины грибы покупали, чтобы я смог приготовить луковые оладьи с грибной икрой.
— Да жене я помогал! — сплюнул торговец. — Сами же знаете, у них аллергия, если муж дома на диване лежит! То это сделай, то полку прибей, то к матери отвези! Чего набросились-то?