Взгляд Василиска

Глава 9 Поляна невест

Пансионат «Соколова пустынь» 14 июня 21.10

Летнее кафе располагалось поодаль от главного корпуса и представляло из себя пять отдельных шале, построенных на паленезийский манер. Ещё издали мы почуяли острые запахи шашлыка. В стороне от домиков, с тем расчётом, чтобы не докучать отдыхающим дымом, царствовал внушительного вида мангал. Мы, не сговариваясь, устремились к нему. Над шашлыком колдовал пожилой кавказец в плоской громадной кепке и белом переднике. Он то и дело поворачивал шампуры и обмахивал угли куском картона.

Увидев нас с Вероникой, кавказец озарился улыбкой:

— Друзья мои, — вскричал он с жутким акцентом, — спасайте старого Арсена! Я десять лет здесь работаю, никогда не видел такой публики. Клянусь царицей Тамарой, я плачу! Шашлыки, кебаб, форель на углях! А эти целыми днями только траву жуют.

Арсен с негодованием указал шампуром в сторону ближнего шале, где обосновалось зелёное братство. Те уже расселись вокруг стола и затянули свою унылую песнь.

— За неделю ни крошки у меня не купили, — сокрушался Арсен, — ни вина не пьют, ни сыра не кушают. Один только охранник ихний заходит. Но такого кормить нет удовольствия. Чистый шайтан.

Мы посочувствовали Арсену: я запросил кебаб с аджикой, Вероника — форель. Заказ мы дополнили бутылкой молодого вина и грузинским сырным рулетом. Арсен просиял и, лопоча себе что-то под нос на непонятном языке, с немыслимой быстротой собрал всё заказанное на огромном подносе и с поклоном протянул мне. Я расплатился с хорошим кушем и Арсен, принимая деньги, едва не прослезился.

Мы заняли с Вероникой один из пустующих шале и принялись за ужин, наблюдая за скупой трапезой зелёного братства. Надо ли говорить, что кебаб, приправленный в меру острой аджикой, был хорош, а сырный рулет с мятной пряной начинкой исключительно нежен. Не подкачало и вино. Лёгкое и немного терпкое, оно как нельзя, подходило для летнего вечера.

Когда мы закончили с ужином и размышляли о десерте, к шале, где смиренно заседало зелёное братство подошли изрядно запоздавшие Джоддок и Чёрт. Джоддок что-то сообщил своей пастве и те радостно загомонили и тут же затянули тарабарскую мантру.

Как нельзя кстати, зазвучала музыка и я с облегчением узнал Стинга. Вероника пружинисто поднялась и протянула мне руку.

— Только без приёмчиков, — предупредил я, выходя из-за стола.

— А вы ведите себя пристойно, — весело парировала она, — может, и не придётся падать.

Мы вышли на освещённую площадку посредине кафе и закружились в танце. Надо сказать, что танцор я посредственный и успел пару раз наступить Веронике на ногу, прежде чем приноровился к её движениям. Следуя нашему примеру, на площадку вышла уже знакомая пожилая пара и легко завальсировала рядом с нами. Я был посрамлён и с неподдельным восторгом следил за их танцем, не забывая, впрочем, поглядывать и в сторону наших подопечных.

Джоддок выпроводил из кафе свою паству и теперь они с Чёртом торопливо уминали принесённый Арсеном шашлык. Как я и предполагал, Джоддок только при своей братии питался силосом и солнечным светом. На деле он не был травоядным. Он был хищником. И что-то мне подсказывало, весьма зубастым.

Музыка закончилась. Я поклонился и поцеловал Веронике руку. Она улыбнулась и негромко сказала:

— Я ненадолго отойду, милый. Подожди меня, ладно?

Она вернулась в шале, взяла со столика клатч и лёгкой походкой прошла мимо меня, намереваясь покинуть кафе. В этот момент из динамиков раздалось что-то судорожно-мажорное и на площадку высыпала шумная стайка молодёжи.

Кто-то легко толкнул Веронику, и та выронила клатч прямо под ноги сидящего за столом Джоддока. Тот нехотя наклонился и подал вещицу Веронике. Чёрт с усмешкой наблюдал эту сцену, беззастенчиво разглядывая мою супругу.

Вероника поблагодарила и тотчас скрылась в сумерках июньского вечера.

Я остался один и, вздохнув, направился в шале допивать вино. Летний вечер вступал в свои права. Воздух вокруг был тих, прохладен и безмятежен. В моём бокале плясали весёлые огоньки от разноцветных фонариков, и я с удовольствием потягивал рубиновое вино, краем глаза следя за двумя фигурами в соседнем шале.

Джоддок и Чёрт изрядно торопясь, прикончили шашлыки, запивая их вином прямо из бутылки и заспешили на выход. Мне не нравилась эта торопливость. Я проводил их фигуры взглядом и набрал номер Вероники. Было занято. Я мысленно отругал напарницу. Тоже мне, нашла время трепаться по телефону.

Тем временем народ прибывал. Отдыхающие заняли все пустующие шале и у Арсена явно прибавилось работы. Минуты текли, а Вероники всё не было. Я сидел перед пустой бутылкой и с беспокойством вглядывался в темноту. За то время, пока отсутствовала моя спутница, можно было не только припудрить носик, но и сделать пластическую операцию.

— Мужчина, не угостите огоньком? — услышал я и обернулся.

Рядом со мной, низко наклонившись и демонстрируя впечатляющий бюст, стояла томная блондинка и теребила узкую дамскую сигаретку.

— Экскюзми, мадам, — вздохнул я, скользнув взглядом по обширному декольте, — предпочитаю ЗОЖ.

— Извращенец что ли? — с нескрываемым интересом спросила она и уселась рядом. — У меня был один такой, — сказала она доверительно. — Нравилось ему этим делом в странных местах заниматься. Где мы только не пробовали: и на крыше, и в автобусе и, даже, в театре...

— ЗОЖ — это здоровый образ жизни, — терпеливо пояснил я.

— В смысле, с презервативом, и всё такое? — по-своему поняла блондинка. — Можно и так.

— Дамочка, я женат, — выложил я последний аргумент.

— Что-то не похож ты на женатика, — покачала головой блондинка, — я их за версту чую. Аура у них тусклая. Ладно, не хочешь, не надо. — она достала из сумочки зажигалку и, прикуривая, бросила: — Передумаешь, в тринадцатый заходи. Марьяной меня зовут.

Сказав это, блондинка поднялась и, потрепав меня по щеке, отправилась в сторону бара, упруго покачивая крутыми бёдрами.

В этот момент к шале подошла Вероника.

— Не плохо проводишь время, — кивнула она вслед блондинке.

— Ты где пропала? — спросил я зловещим шёпотом. — Друид со своим квазимодой куда-то смылись.

— Я пальчики откатала, — сообщила Вероника, присаживаясь.

— Пальчики?!

— А ты думаешь, я просто так клатч уронила? — насмешливо спросила напарница. — На гладкой коже отпечатки остаются на загляденье.

— Значит, теперь мы поближе узнаем господина Джоддока, — искренне порадовался я.