Страница 14 из 116
После прохладного холла на нас с новой силой обрушилась полуденная июньская жара. Мы огляделись и, приметив краснеющие среди сосен, точно шляпки грибов, крыши, устремились туда. К коттеджам вела узкая брусчатая дорожка, петлявшая среди могучих деревьев. Предназначенный нам домик под номером семь нашелся быстро. Он стоял на отшибе, на краю леса, и эта его уединенность была для нас с Вероникой как нельзя, кстати.
Обшитый простой мареной вагонкой, он не походил на модные нынче шале и бунгало, но подкупал своей простотой и патриархальностью. Я бегло огляделся и, не увидев вокруг ни одной души, отпер дверь и пропустил Веронику в дом. Внутри было сумрачно и я зажег свет.
— Миленько, — вздохнула Вероника, разглядывая узкую как пенал прихожую с зеркалом и вешалками для одежды. — Надеюсь, хоть спальни то здесь отдельные?
— Увы, — разочаровал я её. — комната здесь одна. Она и спальня и гостиная в одном лице.
Вероника прошла в комнату, озаренную светом из маленького оконца.
— Хорошо, хоть кроватей две, — услышал я её голос.
— Эта пропасть не разлучит нас, любимая, — заверил я и вошел следом.
Комната была просторна и обставлена аскетичным набором мебели: две кровати, стол, стулья, и платяной шкаф. Из предметов цивилизации имелись телевизор и холодильник.
— А ты знаешь, мне нравится, — сказала вдруг Вероника, трогая ладонью лакированный, покрытый от времени трещинками, бок платяного шкафа. — В детстве папа часто брал меня в санаторий ведомственный. Мне так туда не хотелось, прямо тоска зелёная. А теперь отчего то, скучаю по тем поездкам. А здесь, прямо привет из детства, даже мебель такая же.
Я с удовольствием отметил про себя, что Вероника все-таки перешла на «ты».
— Пойду ка, принесу вещи. — решил я и отправился к машине, оставив Веронику осваиваться на новом месте.
Не успел я пройти и дюжины метров, как из соседнего коттеджа показалась та самая пара, о которой поведала администраторша. Впереди, облаченный в серый балахон с неизменным капюшоном на голове, шествовал верховный друид. В двух шагах сзади хищной пружинистой походкой поспешала его тень — телохранитель по кличке Чёрт, облаченный, несмотря на жару, в костюм спортивного кроя.
Я остановился посреди дорожки и, блаженно улыбаясь, поприветствовал эту парочку:
— Добрый день, соседи, — сказал я бодро, — а мы с женой сегодня заехали. Заходите в гости, чайку попьём.
Верховный друид остановился и приветственно поднял руку.
— И тебе доброго дня, путник, — произнес он торжественно.
Под капюшоном мне не удалось разглядеть его лица. Лишь хорошо выбритый подбородок и кончик длинного носа. Зато, под широким рукавом балахона, я успел приметить часы и татуировку в виде трилистника. Часы, между прочим, дорогие, даже если и подделка.
Произнеся приветствие, друид двинулся дальше. Я отступил на шаг, давая дорогу этой нелепой паре. Чёрт молча осмотрел меня с ног до головы и, видимо, не найдя во мне ничего опасного, презрительно отвернулся. Левый борт его пиджака предательски топорщился, выдавая кобуру с пистолетом. Я подождал, пока друид и его телохранитель скроются за деревьями и зашагал к машине.
Я обманул Веронику. Кроме презервативов, носков и пистолета я прихватил с собой целую кучу необходимых на отдыхе вещей начиная от камеры с ночным объективом, кевларового бронежилета и заканчивая комплектом спутниковой связи. Все это помещалось в огромной дорожной сумке и, когда я, обливаясь потом, приволок все наши пожитки в коттедж, Вероника ахнула и бросилась мне на помощь.
Мы заперли дверь, занавесили окна и принялись раскладывать свои пожитки на одну из кроватей. Я сразу понял, отчего рюкзак моей новой жены был таким неподъемным. Помимо купальника, крема для загара и прочей дамской чепухи, Вероника прихватила целый шпионский арсенал: микрофоны и приемник для прослушки, цифровой сканер, ноутбук, очки с тепловизором и, даже маленький складной арбалет.
— А это зачем? — спросил я, беря арбалет в руки и с интересом его разглядывая. — Мы что, на охоту собираемся?
— А разве нет? — усмехнулась Вероника. — Если придётся брать кого-то по-тихому, то без этой игрушки не обойтись. Стреляет ампулами с транквилизатором. Бесшумно, со ста шагов.
— Подумаешь, — пожал я плечами, — я могу усыпить и без арбалета. Есть такая точка между плечом и шеей. Давай покажу.
Я положил арбалет на кровать и протянул руку. Но точку на плече Вероники я показать не успел. Она неуловимым движением перехватила мое запястье, резко рванула вверх и я нелепо шлепнулся на пол.
— Не всегда удается дотянуться до нужной точки, — сказала она со смехом и помогла мне встать.
— Этому тебя в школе научили? — спросил я, отряхивая брючину.
— Нет, не в школе. Папа был КМС по самбо.
— Папа плохому не научит, — согласился я.
В этот момент где-то снаружи заиграла мажорная музыка и раздался знакомый голос администраторши:
— Уважаемые гости пансионата! Приглашаем вас в обеденный зал и желаем приятного аппетита.
Снова заиграла бодрая музыка. Мы быстро попрятали свой арсенал в шкаф и переоделись для выхода: я нацепил пеструю гавайку на выпуск, шорты и пляжные сандалии. Вероника попросила меня отвернуться и через минуту предстала перед моим взором облаченная в легкую бежевую тунику с вышивкой, сквозь ткань которой искушенный глаз мог угадать контуры лифчика. Половину лица моей возлюбленной скрывали огромные солнечные очки. Ансамбль дополняла ажурная шляпка, которую Вероника, поигрывая, держала в руке. Если мы оба стремились выдать себя за пару на отдыхе, то это нам с блеском удалось.
— Ты восхитительна, дорогая! — воскликнул я. — Не верю своему счастью.
Вероника засмеялась и, обмахиваясь шляпкой, прошла мимо меня в коридор.
— Не забудь всё как следует запереть, милый, — бросила она мне, выходя на улицу.
Я сунул пистолет под гавайку и вышел следом. Можно было бы и не брать с собой оружия. Никакой опасности на горизонте, вроде бы, не маячило. Но и оставлять табельный ствол в этом хлипком домишке, я посчитал верхом безрассудства. Затворив дверь на ключ, я даже подергал её для убедительности.
Глупость, конечно. Для профессионала справиться с таким замочком или со шпингалетами на окнах дело пустяшное. Оставалось надеяться, что не случится здесь никаких профессионалов.
Я нагнал Веронику на пол пути к административному корпусу.