Страница 67 из 117
Но оперативники на этом не успокоились. Светозар был не менее упрям и дотошен, как и его стажер. Потому в воскресенье, вместо заслуженного отдыха в свой единственный выходной. Они поехали по городу и так же поиздевались еще над двумя невовремя попавшимися им привидениями. К вечеру, усталая, с гудящей головой, Влада засела смотреть новости по проклятому имению, изучала план и все нерешенные вопросы-загадки. Спать она легла в районе полуночи, совсем без сил, но как это часто бывает еще долго не могла уснуть, в голове крутилась все та же таблица умножения. Чтобы избавиться от этого наваждения, девушка ничего умнее не придумала, как начать вспоминать все стихотворения, какие знала наизусть. К четырем ночи ей все же удалось провалиться в беспокойный тяжелый сон. А сегодня все это!
Но главное, навык отработан. И вот сейчас Влада только на него и рассчитывала. Светозар вернулся с мотком веревки, обвязал им талию девушки.
— Реально, так тебя водить и буду, — ворчал он. — Но ты тоже мозги не отключай, близко к дыре не подходи.
— Мне еще жить не надоело, — напомнила она. — Лучше давай высчитаем, сколько мне там торчать.
— Ничего считать не надо, — возразил начальник. — Ребята будут держать нас в курсе.
Он продемонстрировал рацию, о существовании которой девушка давно и думать забыла.
— Витя! — позвал в переговорное устройство Светозар. — Как слышно?
В ответ рация разразилась диким треском. Потом оттуда раздался голос, но не Вити, кого-то другого, кого девушка не узнала.
— Ни фига они там не слышат, — сообщил связист. — Но я стою у лестницы, тут сигнал нормальный.
— А нам до этого что? — недовольно осведомился начальник.
— Да то, что до остальных я докричаться могу и без рации, — известили его. — Витя выставил Дениса на пороге. Будем передавать все так.
— Добро, — вынужденно согласился Светозар, и посмотрел на Владу. — Идем?
Она даже не стала отвечать, развернулась и быстро зашагала к углу здания. Пустырь, вычищенный с год назад от обломков когда-то обвалившейся домовой церкви, был таким же, как в прошлый раз. Унылым, ровно пустым, только чуть больше снегом припорошен. И на белом фоне та самая дыра казалась еще более зловещей.
— Еще и ноги замерзнут, — пробурчала Влада, вступая в снег.
— Начали, — передал по рации за ее спиной начальник.
Ответят ему или нет, девушку уже не интересовало. Она просто шла вперед, упрямо стремилась к пролому. Надо все это начать быстрее, чтобы так же быстрее закончить. На самом деле Влада понимала, что это наивно, но как-то же себя уговаривать надо!
Она остановилась в двух шагах от дыры. Замерла и стала ждать. А еще прислушивалась к своим ощущениям. Где-то рядом было нечто большое, неприятное, давящее, наверное, даже злобное. Его присутствие напрягало, как саспиенс в кино, когда все больше нервничаешь, что вот сейчас выскочит нечто жуткое и крикнет «бу». Но ничего не выскакивало.
Влада нахмурилась. Ногам было неуютно, правда, холодновато. Чего этот Евграф ждет-то? Почему не выскакивает? Девушка вспоминала свое прошлое с ним общение. Вроде все так же. Тогда она тоже подошла сюда, как дура, собиралась заглядывать в дыру…А! Не совсем так. Не сама она туда лезла, ее притягивал призрак, потому что ее чувствовал. Ведь тогда Влада забыла поставить невидимку!
Не задумываясь, девушка стянула с руки заветный амулет. Сзади что-то сердитое прокричал Светозар, но она не слушала. Просто уже не до начальника стало. То сааме злое и нехорошее в дыре резко ожило. Влада чувствовала, как он там дернулся весь, напрягся, а потом устремился верх. Да ладно это, сейчас девушка ощущала все и сразу. И некое неприятное ощущение, сродни голоду, и чужую волю, даже властность, что-то очень сильное и подчиняющее.
Сначала наверх выплеснулся туман. Буквально черной волной, как струи фонтанчика. И сразу начал расползаться в стороны. Владе очень-очень хотелось убраться от него дальше. Инстинкт самосохранения вопил в ней, как резаный, но девушка не тронулась с места. Потому что еще миг, и перед ней вырос тот самый силуэт. Совсем темный и плотный. Если уж сильно вглядываться, можно даже увидеть что-то вроде его лица. Но Влада себя одернула, это точно фантазии, причем не здоровые.
Вообще, ей было не хорошо. Прежде всего, как-то очень лениво. Не двигаться не хочется, не куда-то там всматриваться. Тяжелая усталость, будто девушка провалялась с температурой, и теперь слабая. И думать тоже не хочется. Да и о чем? Все так достало! Глупо и пусто. Надо вообще все это закончить. Жить закончить…
Ее будто дернуло. Как если бы какая-то неведомая сила вдруг потянула назад от этой дыры, от тумана, почти окутавшего девушку со всех сторон, от зависшего напротив нее силуэта. Влада даже покачнулась, испугалась, что упадет.
Страх впрыснул в кровь адреналин. И мозг резко заработал. Какая еще сила? Это же просто Светозар дернул веревку. Потому что она стоит тут и дурью мается. Эта тварь ненормальная ее убьет сейчас просто! А Влада раскисла и совсем мозг отключила! Да вообще бежать надо, убираться к черту отсюда, чтобы не видеть этого черного и жуткого неизвестно кого! Не видеть! Точно же! Она же и должна сделать так, чтобы не видеть его. Тогда и призрак не сможет увидеть ее!
Влада прочистила горло, вся выпрямилась, собралась, уставилась вперед, будто собиралась взглядом дырку в этом чудовище пробить. И начала говорить.
— Дважды два, четыре. Дважды три, шесть. Дважды четыре, восемь.
Сначала резко полегчало. И дышать стало проще, и все будто отодвинулось куда-то, как если бы эмоции чуть затерлись, потеряли яркость. Так все и было до конца таблицы на два, три и четыре. На пяти девушка почему-то начала сбиваться. Цифры путались и забывались. И говорить трудно, язык заплетается. Устала? Да как же! Просто этот жуткий призрак ее третирует. Влада начала злиться. Повысила голос, буквально уже выкрикивала каждый новый пример. Дошла до умножения шесть на восемь. И поняла с ужасом, что никак не вспомнит, сколько будет в результате!
Девушка в принципе не могла соединить цифры и понять их смысл. Да что так трудно-то? Вед надо же это сделать. А зачем, она не помнила. Но точно надо. Может, попытаться просто посчитать? Как-то же это делается? Вот если бы на бумажке записать… Ей же надо! Иначе получится как-то не хорошо. Неприятно будет очень. Надо писать что-то…
Каким-то диким образом эти два понятия: «писать» и «будет неприятно» соединились в ее мозгу и вызвали странное смутное воспоминание. Сама уже не понимая, что делает, зачем и как, Влада стала выдавать вслух: