Страница 5 из 117
— Вот и беги, спроси, — тут же предложил ему хмурый близнец. Звучало это, однозначно, как "заткнись".
Лапушка уже собирался возмутиться, но тут заговорил Лучезар.
— Вы правы, — он перешёл на деловой тон, видимо, тоже устав от всего этого цирка. — Не важно. Захотите, я отдам вам документы, прочитаете и всю историю, и все тёмные тайны. Потом. Сейчас важно лишь то, что мы занимаемся расследованиями случаев контактов людей с различными паранормальными явлениями или существами.
— А я тут причём? — осведомилась Влада. — Или меня тоже причислили к этой категории? И кто я? Мифологическое чудовище? Ходячая аномальная зона?
— Может, ехидный сумрак? — предложил Светозар свой вариант.
— А мне про мифологическое существо понравилось, — поделился с ним Лапушка и игриво подмигнул девушке. — Даже если чудовище, то очень симпатичное.
— Хватит! — устало скомандовал Лучезар. — Конечно, Влада, вы человек, обычный. Почти, если не учитывать пары моментов. Но главное, вы здесь, потому что мы пытаемся вас спасти. Как раз вот от некоторого сверхъестественного создания.
— Стоп, — твердо заявила Влада. — Как вы сами сказали, реально, хватит. Да, я не могу отрицать, что сегодня вечером видела нечто очень странное, и вроде бы даже, это нечто могло быть для меня опасным. Однако, все это выходит за рамки обычной логики. Похоже на некое представление. Те самые глупые розыгрыши с криками в конце: улыбнитесь, вас снимают скрытой камерой. Потому что все эти байки про привидений и прочую нечисть, это уже давно истертая тема, в которую очень трудно поверить. Так что давайте закончим все это. Я хочу домой.
— Но это не розыгрыш! — с каким-то почти детским отчаянием попытался спорить Лучезар.
— И никакая я не нечисть! — добавил точно таким же тоном Лапушка.
— Вам самим-то не надоело? — откровенно раздраженно осведомилась девушка.
— Им не знаю, а мне так точно, — спокойно и деловито отозвался Светозар, он отделился от края стола, на который опирался, прошел вдоль окна к какому-то шкафу. Повернувшись, посмотрел на брата. — Ты попробовал, теперь давай по-моему.
Лучезар только нервно дернул плечами, явно обиженный.
— Влада, давай просто, — предложил Светозар. — Сколько тут человек в комнате. Кроме тебя самой?
— Опять начинается, — девушка помнила подобные намеки врача и того сурового Вити еще в машине. — Вас трое.
— А живых? — почти издевательски уточнил хмурый близнец, доставая с полки какую-то красную пластиковую папку.
— Это нечестно! — возмутился Лапушка.
Светозар протянул руку так, чтобы парню на диване была видна папка.
— Исчезни, — прозвучало это как-то на удивление дружелюбно, даже с сожалением.
Влада хотела вмешаться, все с тем же усталым раздражением напомнить, что цирк этот уже откровенно бесит. Но тут Лапушка сорвался с места, махнул девушке на прощание рукой и рванул…прямо в стену. Прошел сквозь нее.
Даже пережитое там на улице странное и пугающее приключение показалось Владе сейчас менее значительным, чем вот этот фокус. Она уставилась в стену, где исчез молодой человек. Было очень неприятно, даже не страшно, как-то изумляющее дико.
— Извини, — Светозар изучал ее выражение лица. — Он выкинул какую-то глупость?
— Не знаю, — держать прежний дерзкий тон у девушки не очень получалось. — Может, у вас тут нормально ходить сквозь стену. Но пожалуйста, хватит делать вид, что вы оба этого не видели.
— Давай об этом чуть позже, — деловито предложил хмурый близнец. — Сейчас вот что. Тот парень, который так эффектно смотался. Он высокий, худой. Лет двадцати. Лохматый, с темными вьющимися волосами, в черной куртке с каким-то рисунком. Все так?
— Ты же сам знаешь!
— Он?
Светозар, ловко, как заправский фокусник, раскрыл папку. Там на первом листе была фотография Лапушки.
— Опять, да, — Владе это все уже как-то инстинктивно не нравилось. — Зачем уточнять очевидное?
Мужчина, молча, перевернул страницу. Еще один снимок. Яркий, в хорошем качестве, вот только изображение совсем не радостное. Девушка смотрела на могилу. Обычную такую, каких тысячи на любом кладбище. Простая «песочница», над ней якобы мраморная плита. Полное имя, даты рождения и смерти. И оттуда ей улыбался знакомо задорно Лапушка.
— Только не придумывай себе лишнего, — предупредил суховато Светозар. — Никаких двойников и прочего бреда. Это он. И да, он умер. Потому ходит сквозь стены, потому его видят далеко не все. Тут, в отделе есть еще двое, кто способен на это. Я и Витька его чувствуем. Но зато слышат его все! Как радио!
— Лапушка призрак, — подтвердил все тем же доброжелательным и теперь немного грустным тоном Лучезар. — Уже много лет. Ты знаешь, кто такой Джек Фрост?
— Актер? — Влада не очень понимала, причем тут этот иностранец.
— Мультфильм, — стал уточнять солнечный братец. — «Хранители снов». Там был такой персонаж. Вообще, это из старых легенд. Но на студии ему придумали историю.
— Помню, — это был один из любимых мультфильмов девушки. — Подросток, который погиб, спасая сестренку из-подо льда.
— У нашего похожая история, — пояснил Светозар. — Папку оставлю тебе на изучение. Там достаточно официальных бумаг, а ты точно умеешь читать.
— Но… Подождите, — волей неволей Влада начинала им верить. — Погибают многие. Почему он стал призраком?
— Его тело так и не нашли, — с сожалением известил Лучезар. — Только ту самую куртку. Могила, по сути, пуста. Но были свидетели его смерти. В общем, без останков, даже если верно выполнить похоронный обряд, призрак все равно останется в нашем мире. Вот Лапушка тут и ошивается. Сотрудники отдела подобрали его лет пятнадцать назад. Теперь присматриваем за ним.
— Он у нас, как Лизун, у «Охотников за привидениями», — выдал свою версию хмурый близнец. — Пока все нормально. Только ни в коем случае нельзя называть его настоящим именем. Иначе он начинает нервничать, психовать. Короче, становится агрессивным. Как тот, кто преследовал тебя сегодня вечером.
— Ты… — с почти очаровательной интеллигентной неуверенностью начал его брат, понял, что обращение такое не вызывает у девушки неприятия, и уже увереннее продолжил. — Ты видела то существо?
Влада всегда считала, что честность, это тебе не печень, её не пропьёшь. В каком бы она не пребывала настроении, врать не собиралась. В данном случае, ладно, этим двоим, но и себе тут не соврешь.