Страница 30 из 68
Глава 11
Москва. Октябрь 1986 года.
В субботу в первой половине дня мы вдвоем, вошли в студию в «Останкино» в которой происходили съемки интервью Гольдберг. Я увидел Юлию Васильевну Белянчикову и поздоровался ней . Поздоровалась с ней и моя жена.
Эллина представила нас Белянчиковой.
-Юлия Васильевна — это мои друзья. Александр и Юлия. Я пригласила их для того, чтобы они оказали мне, так сказать моральную поддержку. Можно они поприсутствуют при съемке?
Белянчикова очень мило улыбнулась нам и разрешила присутствовать, правда при том условии, что мы не будем мешать процесс съемок.
Я заметил то, какое бледное лицо у Эллины. Видимо она очень сильно волновалась перед началом съемки.
Гольдберг уселась в кресло, на нее навели камеру и началась съемка.
Эллина начала говорить о психиатрии. До этого психиатрия была для меня чем то загадочными и не понятным. Даже, пожалуй страшным. Кто в дурдом попадет тот обратно не вернется, так слышал я в детстве. От самого слово психиатрия веяло чем то безнадежным. Сумасшествие представлялось бесконечным и неизлечимым. Обращение за помощью к психиатру было для меня сродни обращению за помощью к онкологу.
Белянчикова начала расспрашивать Эллину. Та с улыбкой на лице стала рассеивать, как она выразилась «обывательские страхи касающиеся психиатрии».
Она говорила о нашем бурном времени, о тех больших нагрузках которые выпадают на психику практически каждого человека, вновь сослалась на книгу Крафт - Эбинга « Наш нервный век», рассказала о стрессе который стал сейчас непременным участником жизни почти каждого человека,особенно из числа живущих в большом городе,о неврозах,депрессии и о том как они способны осложнить нашу жизнь, понизить ее качество и даже довести до инвалидности если их во время не лечить. Слушая ее я поражался тому, какая у нее правильная и красивая речь,как она мастерски владеет своим голосом, его тембром и интонациями. Я поймал себе на мысли, что ее хочется слушать и слушать,так красиво и интересно она говорила, причем говорила о вещах, которые,как я еще совсем недавно думал, было бесконечно далеки от меня.
-Депрессия это очень серьезное заболевание,- продолжала Эллина,- и к большому сожалению подавляющее большинство людей или не до оценивает ее тяжесть, либо вообще не может правильно определить ее симптомы. К тому же депрессия способна маскироваться и под соматические заболевания. В моей практике, мне не однократно приходилось сталкиваться с пациентами, который прежде чем попасть ко мне на прием,прошли целую череду специалистов другого профиля. Некоторые из них пережили полостные операции и даже не одну, естественно эти операции не принесли им никакого положительного эффекта. Он был достигнут лишь после того, как они прошли специальное лечение препаратами имеющими антидепрессивный эффект и сеансов психотерапии. К сожалению, нередко, из за запущенности процесса и того, что долгое время применялось не адекватное лечение, достичь улучшение состояния удавалось далеко не сразу.
Тут Эллина немного покритиковала, своих коллег, врачей другой специализации, которые зачастую совершенно не компетентны в психиатрии, напрочь забыли ее курс, который им читали в институте, и поэтому зачастую именно по их вине пациенты попадают на прием к психиатру в очень запущенном состоянии.
-К сожалению, я знаю массу своих коллег, которые и ничего не помнят из курса психиатрии и вдобавок так же совершенно по обывательски рассуждают о ней. Из за этого и мне и моим коллегам- психиатрам приходится очень часто иметь дело с очень запущенными и тяжелыми случаями, тратить на таких больных массу времени и нервов. А между прочим если бы их направили к нам на прием раньше, то излечить этих людей, вернуть их к полноценной жизни было бы значительно проще. Поэтому я обращаюсь ко всем своим коллегам, врачам других специализаций с призывом, ликвидировать по возможности, свои пробелы в сфере психиатрии. Убеждена, из за того, что многие психические заболевания,особенно в начальной стадии, могут надеть маску заболевания соматического, каждый врач должен хорошо ориентироваться в основах психиатрии!
Далее Эллина начала рассказывать о так называемой малой психиатрии или психиатрии пограничных состояний, о том, существуют специальные отделения который,как раз относятся к компетенции данного раздела психиатрии и режим содержания больных, в которых, в корне отличается от режима содержания больных в обще психиатрических отделениях.
-В таких отделениях, у нас принята система открытых дверей, больные практически в любой момент могут выйти за его пределы, на выходные мы отпускаем их домой,в общем и целом режим содержания пациентов, практически такой же, как и скажем в обычных терапевтических отделениях.
-И именно в таком отделении, вы и работаете? - спросила ее Белянчикова.
-Совершенно верно. Именно в таком отделении в больнице имени Ганнушкина я и работаю. Кроме того я веду амбулаторный прием больных.
Наконец интервью закончилось. Белянчикова поблагодарила Эллину, она поднялась с кресла и подошла к нам.
-Ну как? - спросила она, - уф! Мне кажется, что я несла какую то ерунду!
-Ну, что вы, - ответила ей Юля,- это было совершенно чудесно. Никогда бы не подумала, что с таким интересом буду слушать рассказ о столь печальных и в общем то совершенно мне не интересных материях.
Я в свою очередь лишь молча поаплодировал.
-Правда? Нет скажите это правда? - взволнованно переспросила Эллина, показавшаяся мне в этот момент почти ребенком, во всяком случае именно такие, практически детские интонации, проскользнули у нее в голосе,- я так ужасно волновалась и когда включили камеру, думала, что и трех слов в эфире связать не смогу. Вы не врете мне?
Юля лишь улыбнулась в ответ.
-Ну, что вы Эллина, конечно мы не врем. Даже не сомневайтесь. Вы отлично выступили. Я лично прямо заслушалась. А ты как Саша?
Я показал оттопыренный большой палец. Что и говорить Эллина, действительно выступила очень хорошо.
Весело переговариваясь мы вышли из студии и вскоре оказались на улице.
Здесь счастливая Эллина предложила поехать к ней в гости, и отметить ее первую и как она надеется удачную съемку. Она заметила, что у нее имеется хорошее импортное вино, которое она достала по случаю. И вообще у нее заранее все было подготовлено, чтобы отметить как успех, так и провал ее интервью Белянчиковой.