Немчик

— Тогда зачем ты рассказал наш секрет дяде Петру? Секрет, который всем нам спас жизнь?

— Прости меня, тетя, я не подумал. Мне так хотелось этот ножик.

— Сейчас мы пойдём к дяде Петру и скажем ему, что ты обманул его ради ножика.

— Он заберёт его?

— Выбирай: ножик или детский дом?

Ваня опустил голову.

Марина распахнула дверь и, увидев Матрёну с Ваней, встала, подбоченясь, в дверном проеме.

— Уж кого не ожидала увидеть, так это тебя, Матрёна! — хозяйка явно не собиралась впускать гостей в дом.

— Позови Петра, — Матрёна не обратила внимания на реплику Марины.

— Петро! — громко позвала хозяйка. — Тут к тебе пришли!

На крыльце появился хмурый Пётр.

— Зачем пожаловали?

— Как ты мог! — набросилась на него Матрёна. — Ты заставил ребёнка солгать тебе ради перочинного ножика.

Пётр с удивлением смотрел на жену.

— Вот, забирай! — Матрёна протянула ножик мужу.

Пётр отвёл её руку.

— Ну-ка иди сюда, сорванец! Смотри на меня!

Ваня приблизился к Петру и опасливо поднял глаза.

— Почему ты мне соврал?

— Я… я… Дядя, ты не верил маме, всех расспрашивал про Андрейку. Я подумал, если скажу тебе то, что ты хочешь услышать, могу получить перочинный ножик.

— Как бы я хотел надрать тебе уши, гадёныш!

Пётр наклонился к Ване и пристально посмотрел ему в глаза, мальчик съёжился от страха.

— Беги, пока я тебя не выпорол!

Ваня опрометью кинулся прочь.

Матрёна тоже хотела уйти, но Пётр её задержал.

— Не верь этому гадёнышу. Я ни о чём его не спрашивал и ничего ему не предлагал. Он сам подошёл ко мне и сказал, что знает правду о рождении Андрейки. Просил за это перочинный ножик и мой солдатский ремень.

Матрёна почему-то сразу поверила, что муж говорит ей правду. Он никогда не лгал ей, скорее недоговаривал, но не лгал. Она снова протянула ему ножик:

— Возьми!

— Отдай мальчишке, — замотал головой Пётр. — И помни: ты пригрела на груди змеёныша.

Всю дорогу Матрёна думала о Ване и о том, что сказал про него Пётр. Мальчик, похоже, действительно пошёл в отца: лживого, непутёвого и бездушного человека, из-за которого её сестра загубила жизнь. Может быть, правы были её мать и Пётр, которые уговаривали сдать детей умершей сестры в детдом? Может быть, так и надо было сделать? И большинство её знакомых так бы и поступили. Но не она. Эти мальчики, Ваня и Сеня, были кровиночками её единственной сестры. И она не позволит им пропасть, как бы трудно ей с ними ни было.