СССР - 1986. Спецгруппа

Глава 7

Москва- Пермь. Июль- Август 1986 года.

В течении нескольких дней шеф всячески выказывал нам свое не расположение. Мне и Юлии было конечно очень обидно за провал в Ессентуках, тем более, что по сути это была наша первая самостоятельная операция. Я уж не знаю действительно ли ей придавали такое большое значение наверху, как говорил нам об этом Захаров (надо прямо сказать, что по этому поводу меня грызли очень большие сомнения, вряд ли кто ни будь действительно доверил, проведение важной операции совсем неопытным сотрудникам), но досада от того, что мы не оправдали доверие шефа все не покидала и не покидала и меня и мою жену. А в довершение всего этот мой дурацкий выстрел, преждевременно отправивший на тот свет одного из похитителей! В общем было от чего приуныть и даже опустить руки.

Однако прошло дня три и я подумав решил найти успокоение в пословицах вроде «первый блин комом». В конце концов ошибки и промахи бывают у всех ( даже и у очень опытных людей) самое главное заключается все же в том, чтобы учиться на этих ошибках и извлекать из них правильные выводы. Кроме того гнев и недовольство Захарова, на мой взгляд свидетельствовало все же о том, что он не собирается ставить крест на нас как на своих сотрудниках, а намерен и далее работать с нами.

Почти неделю были предоставлены сами себе, и хотя являлись аккуратно на службу, тем не менее никаких поручений нам не давали, и я с женой просиживали свои рабочие часы практически впустую. Захаров не вызывал нас к себе, в довершении всего куда то в командировку отбыл Мохов. Было похоже на то , что наша опала несколько затянулась.

Наконец похоже начальство все таки сменило свой гнев на милость. В один прекрасный день (а вернее утро) Захаров вызвал нас к себе в кабинет и взирая на нас суровым взглядом повелел готовится к отбытию в очередную командировку, на этот раз в Пермь. На на мой вопрос, о задачах командировки, он ответил, что по сведениям имеющимся в его распоряжении в Пермском крае происходят некие малопонятные вещи и кому, как не сотрудникам специальной группы, по силам разобраться в них.

По его словам на границе Пермской и Свердловской областей, вблизи села Молебка происходит «сущая чертовщина». Во — первых, целый ряд наблюдателей зафиксировал происходящие в этом месте разного рода малопонятные и аномальные феномены, во- вторых, одновременно с этим, в Пермской области, значительно возросло количество без вести пропавших людей, причем львиная доля этих исчезновений приходится как раз,на район, в котором происходят все эти аномальные явления и нам надлежит выяснить, хотя бы в общих чертах имеют ли место быть все эти феномены, связано ли возросшее число бесследного исчезновения людей именно с ними или же у этого имеется какая то иная причина.

-Слухи всякие нехорошие расползаются, мол в Перми людей инопланетяне похищают. Уже и до нас эти слухи доползли,- озабоченно сказал Захаров,- так что езжайте и разберитесь, что там на самом деле происходит и кто эти слухи распространяет. А то я от местных коллег никакого внятного ответа добиться пока не смог. Разберитесь по основательнее, с выводами не торопитесь. Надо будет, выезжайте на место и все там непосредственно и проверьте. Первичную информацию получите в областном управлении. В общем жду хорошей и качественной работы. Вылет завтра. Ну, что задача ясна? А раз ясна, то приступайте к исполнению.

Честно говоря мне эта командировка показалась до нельзя странной. На мгновение меня даже посетила мысль, что все это задание откровенная липа, и просто на просто шефу стало необходимо зачем то на время убрать нас из Москвы. Почему то вспомнилась загадочная командировка Мохова о которой не было известно буквально ничего, но которая судя по всему была очень серьезной, поскольку Мохов отсутствовал на своем рабочем месте уже который день.

Обо всем этом я естественно не разговаривал с женой, все то время пока, оказавшись наконец дома ( Захаров отпустил нас сегодня со службы пораньше, дабы мы успели получше подготовится к отъезду) мы собирались в дорогу. Я справедливо полагал, что вести рискованные разговоры, которые могут содержать информацию, не предназначенную для чужих ушей, в служебной квартире, мягко говоря, не самое лучшее занятие.

Поговорить мы смогли лишь вечером, когда вышли на улицу, прогуляться перед сном.

-Тебе не кажется странной вся эта командировка?- спросил я жену.

-Кажется,- ответила мне она,- у меня вообще сложилось такое впечатление, что Захарову зачем то понадобилось на время, убрать нас из Москвы. Вот и подвернулась эта командировка под совершенно выдуманным предлогом. Впрочем хорошо, что это оказалась всего навсего Пермь. А могли бы загнать нас куда — ни будь на Чукотку или даже на острова Северного Ледовитого Океана.

-Непонятно только одно. Зачем шефу понадобилось все это? А ты кстати слышала, что ни будь про то место куда мы завтра отправимся? Ну у себя в будущем?

-Слышала конечно. Года через три — четыре о Пермской аномальной зоне будут писать достаточного много. Эта будет одна из с тех сенсаций которые через короткое время буквально захлестнут страну.

-Ну и что, там действительно, что то серьезное?

-По моему все это было высосано из пальца. Кстати, после короткого бума все эти рассказы и разговоры об этой самой аномальной зоне быстро сошли на нет.

-Слушай, Юль, переменил я тему разговора,- я тут одну вещь случайно узнал,обалдеешь! Оказывается Нечаев, уже который месяц сидит в Лефортово! И занимается его делом никто иной, как наш общий знакомый, Мохов.

-Это точно?

-Точнее не бывает.

Юля прикусила губу и покачала головой.

-Ты знаешь,- сказала она,- я что то такое и предполагала. С тех пор, как Герман Валентинович, сказал, что Нечаева этапировали в Москву, якобы для проведения в институте Сербского повторной экспертизы, но в Величанск так и не вернули. А перед этим его делом весьма заинтересовались Гордеев и его люди. Все сходится! Очевидно Нечаев поняв, что расплаты ему не избежать, решил зайти с козырей, вернее с того козыря, который есть у него. Ты конечно понимаешь о чем я говорю.

-Еще бы,- сказал я в ответ. Привычка тщательно следить буквально за каждым своим словом не оставляла нас даже на улице. Что и говорить, такая жизнь начинала понемногу сильно напрягать нас.