Страница 3 из 82
Действуя как в тумане, я переодела детей, покормила, уложила спать. Даже прочитала им какую-то сказку сквозь пелену невыплаканных слез. Гладила Верочку по спине, пока ее дыхание не стало ровным. Сидела с ними при свете ночника, пока они обе не уснули.
Потом пошла на кухню, поставила чайник. Пока он гудел, смотрела в окна дома напротив. Кто-то смотрел телевизор, кто-то играл с детьми, кто-то ужинал. У всех шла обычная жизнь. Только моя разбилась.
На автомате я включила чайник, вытащила кружку. Старая, с трещиной. Подарок на Новый год — от него.
Сволочь. Подонок. Как он мог поступить с нами так?! Ладно со мной, но как же дети?
Руки задрожали, я выронила кружку и медленно опустилась на пол.
Прислонилась лбом к прохладной дверце холодильника и зарыдала.
Тихо. Беззвучно. Чтобы дети не услышали.
Слёзы текли по щекам, по шее, падали на колени. Я прижалась лицом к кафелю на стене. Плитка холодная, но в этом есть даже что-то хорошее — физическое ощущение, которое отвлекает от тяжести внутри.
И я даже не могу сказать, что разбита.
Нет. Я просто очень устала. Словно все силы ушли на то, чтобы долго время терпеть, цепляться, закрывать глаза на очевидное. А теперь — пустота.
Когда слёзы закончились, я поклялась:
"Я справлюсь. И подниму сама девочек. "
В квартире царила непривычная, абсолютная тишина, в которой больше не было Дениса. И в этой тишине я поняла только одно: больше ждать нельзя. Завтра утром мне нужно будет сделать первый шаг. Ради себя. Ради Сони и Веры.
Я думала, что снова заплачу. Но нет.
Я не заплакала.
Потому что с этого момента мне запрещено быть слабой.