Укрощая Сердце

Я мог бы дать ей мгновение, позволить прийти в себя после того, что только что сотворило её невероятное тело, но я жадный ублюдок, поэтому вместо этого просто подхватываю её, несу в спальню и опускаю на свою огромную кровать. Избавляюсь от одежды, отбрасываю её в сторону, затем направляюсь к Айви и целую так, словно никак не могу насытиться.

Потому что не могу.

— Ты когда-нибудь на самом деле трахал женщину в своей ковбойской шляпе? — спрашивает она с лёгкой улыбкой, забираясь на меня сверху и снова оказываясь на шаг впереди, что мгновенно пробуждает во мне дикого зверя.

Я впиваюсь в её губы обжигающим, голодным поцелуем, а затем зажимаю нижнюю губу между зубами.

— Никогда, — отвечаю я. — Но раз уж ты сейчас собираешься оседлать мой член, думаю, это вот-вот изменится.

Айви стонет, когда мои пальцы находят её соски, и я играю с ними, пока она трётся о мой член, покрывая его своей скользкой влагой. Я позволяю пальцу скользнуть к её центру и обвожу клитор достаточно долго, чтобы она запрокинула голову. Когда происходит, она придерживает мою шляпу на голове, её сочные губы приоткрываются в стоне, и выглядит она как воплощение каждой грёбаной фантазии, которая у меня когда-либо была.

— Господи, Айви, ты такая чертовски мокрая, — бормочу я, садясь и покрывая поцелуями путь от ключицы до мочки уха.

Останавливаюсь, втягиваю мочку в рот и прикусываю.

Я стону.

Пальцы Айви вплетаются в мои волосы и тянут, а она шипит от ощущения моих зубов, впивающихся в её плоть.

— Тебе нравится боль, Уэйд? — шепчет она, зная, что да.

Низкое рычание вибрирует в моей груди, когда я зажимаю зубами вторую мочку и кусаю. Она вскрикивает, а я облизываю место укуса, после чего в ответ она ещё сильнее тянет меня за волосы.

— В эту игру могут играть двое… Я знаю один секрет, — шепчет она. — Тебе нравится ещё больше… когда я делаю тебе больно, ты становишься ещё твёрже.

Она резко запрокидывает мою голову, проводит зубами по челюсти и сильно кусает.

Блядь, эта женщина была создана специально для меня.

Она снова прижимается к моим губам. Я стону ей в рот, пока она целует меня, ещё крепче сжимает мои волосы, а её язык движется с моим в идеальной гармонии. Она кусает меня за губу, пока я разминаю ладонями её бёдра и задницу. Под таким углом пышность её бёдер кажется ещё более выраженной, и мне хочется искусать каждую грёбаную восхитительную частичку её тела.

— Было слишком больно, малыш?.. Пощадить? — стонет она.

— Никогда, — рычу я, проводя ладонью вверх по её челюсти и устраивая большой палец рядом с губами.

Айви издаёт тихий, почти злобный смешок, поворачивает лицо, втягивает мой палец между губами и кусает. Я резко втягиваю воздух, отчаянно желая трахаться.

Я тяну её тело вниз, чтобы взять то, чего хочу, то, что принадлежит мне, и вогнать в неё член, но она останавливает меня. Затем опускается губами к моей шее, оставляя на ней мягкие, сладкие поцелуи, прежде чем снова впиться зубами в плоть. Она удерживает мою кожу между зубами, двигая бёдрами на мне. Я рычу в ответ и слегка шлёпаю её по киске.

— Бля-я-ядь… — стонет она от жжения.

Моя девочка любит немного боли так же сильно, как и я.

— Я сейчас уничтожу твою тесную маленькую киску, Айви. Нежно не будет. Будет быстро и жёстко, — предупреждаю я, пока она двигается на мне. — Потому что ты сводишь меня с ума настолько, что я, блядь, просто не могу остановиться.

Я опускаю лицо, втягиваю в рот розовый затвердевший сосок и провожу по нему зубами, прикусывая ровно настолько, чтобы она захныкала, пока я отчаянно пытаюсь сохранить контроль.

— Можешь, но пока ещё рано… — шепчет Айви с той лёгкой дерзостью в сладком хрипловатом голосе, которая доводит меня до грани безумия.

— Сначала я должна узнать, насколько сильно ты этого хочешь, — шепчет она. — Насколько сильно ты хочешь меня, Уэйд…

Её бёдра перемещаются, скользкая влага движется вверх и вниз по моему члену, но она ни разу не располагается так, чтобы позволить мне проскользнуть внутрь, как я хочу… как я, чёрт возьми, отчаянно желаю.

— Скажи мне, насколько сильно хочешь меня трахнуть… умоляй, — хнычет она.

Я уже почти готов кончить от одного лишь ощущения её киски, скользящей по мне, и её слов.

«Блядь…»

— Я ни о чём не умоляю… — сопротивляюсь я, цепляясь за контроль так долго, как только могу.

Ногти впиваются в мою грудь, пока она продолжает двигаться, приближается, а затем останавливается, повторяя движения, пока я не оказываюсь так близко к тому, чтобы проникнуть внутрь неё, что, блядь, сводит с ума. Айви глубоко целует меня, и из её горла вырываются самые сладкие звуки, говорящие о том, что она тоже отчаянно меня хочет. Она снова втягивает мою губу в рот и кусает, на этот раз достаточно сильно, чтобы я почувствовал на языке вкус крови.

Я шиплю в ответ.

— Тебе нужно лишь произнести это, Уэйд… и тогда я вся твоя. Скажи… — стонет она.

Звук вибрацией проходит сквозь меня. Айви приподнимается ровно настолько, чтобы головка моего члена вошла в неё, а затем замирает. Я хватаю её за бёдра, чтобы потянуть вниз, но, блядь, маленькая нахалка отклоняется назад ровно настолько, чтобы снова меня остановить.

— Айви, бля-я-ядь…

Она опускает лицо к моему, целует и ухмыляется мне в губы, пока проводит ладонями по волосам и царапает ногтями заднюю часть шеи, продолжая восхитительно двигать бёдрами. Я заворожённо наблюдаю, как она выпрямляется и откидывается назад, выставляя грудь вперёд. Её ногти опускаются на мои бёдра и расцарапывают по ним полосы, пока она трётся об меня. Её горячая мокрая киска — мой грёбаный криптонит, и от одного лишь того, как она скользит по мне взад-вперёд, я едва не кончаю себе на живот.

Я втягиваю воздух сквозь стиснутые зубы.

— Всего лишь слово, малыш… ничего особенного. Скажи его… умоляй.

Она перемещает бёдра, оседлав меня, но не впуская член внутрь.

Я стону. Её ногти болезненно проводят вверх по моим рукам, и она наклоняется вперёд, пока её рот не оказывается прямо над моим. Я пытаюсь прикусить её губы, но промахиваюсь, потому что она отводит голову ровно настолько, чтобы я не достал.

Я рычу на неё, а она шепчет:

— Скажи, и я позволю тебе трахать меня так жёстко, как ты захочешь, — шепчет она, пока я рычу на неё.

И в тот же миг мне приходит грёбаный конец, а слово, которое она хочет услышать, срывается с моего языка.

— Блядь… пощади… — шепчу я.