Страница 47 из 124
Почему не могут обращаться? Я бы хоть как-то могла защититься. Как ни странно, слез не было. Зато внутри закипала ярость. Я устала быть беспомощной жертвой, с которой мужчины делают что хотят. Разум лихорадочно искал выход.
И вдруг нашел.
Мой дар. Я могу влиять на эмоции.
Оборотень снова прижал меня к земле. Его тяжелое тело нависло сверху, горячее дыхание обжигало шею. Я повернула голову и с ненавистью посмотрела ему в лицо.
Сосредоточилась.
Желтый.
Фиолетовый.
Боль и страх.
Я старалась представить эти цвета как можно ярче, будто заливала ими его ауру, вытесняя красную похоть и грязную агрессию.
Боль. Страх. Паника.
Пусть почувствует хотя бы часть того, что хотел причинить мне.
Оборотень вдруг замер. Его руки задрожали. На лице проступила странная гримаса — сначала удивление, потом ужас. Он отшатнулся от меня, словно я оказалась заражена сухим мором, и завыл, схватившись за голову. Похоже, он вообще не понимал, что происходит.
Не прекращая смотреть на него, удерживая невидимый импульс, я подхватила с земли разорванное платье и кое-как прикрылась.
Царапины от когтей уже затягивались с поразительной скоростью. Если бы так же легко можно было стереть из памяти то, что он успел сделать.
Я не знала, сколько смогу продержать оборотня в таком состоянии. Боялась: стоит ослабить влияние — и ничто не помешает ему снова броситься на меня. И тогда неизвестно, ограничится ли он тем, что хотел сначала, или в ярости разорвет меня на куски.
Не знаю, сколько я так просидела, держа его на невидимом поводке.
Голова раскалывалась. Вены на висках пульсировали так сильно, что боль становилась почти физическим звоном. Еще немного — и я просто рухну без сил. Громкий треск дерева за спиной заставил меня вздрогнуть. Дар сорвался. Я с ужасом повернула голову, не зная, чего ждать. Вдруг это кто-то из сородичей моего несостоявшегося мучителя? Тогда мне конец. Вряд ли я смогу повторить то, что сделала.
В глазах темнело от боли.