Страница 2 из 124
— Я любила твоего отца, — тихо сказала она. — А он выбрал мою сестру. Тогда мне казалось, что больше я никого не смогу полюбить. Казалось, обитель — единственное место, где можно пережить такую боль и не унизиться. Я была уверена, что поступаю правильно.
Она чуть улыбнулась, но улыбка вышла грустной.
— А через несколько лет поняла, каким поспешным было мое решение. Только дороги назад уже не было. Поэтому я не позволю тебе совершить ту же ошибку.
Я смотрела на нее, не зная, что сказать.
Тетя Северина любила моего отца? И все эти годы молчала? Ни словом, ни взглядом, ни жестом не выдала себя?
— Я все еще люблю его, — мягко сказала она, словно прочитала мои мысли. — И вряд ли это когда-нибудь пройдет. Но я научилась жить с этим чувством и никому не позволила сделать из него оружие против меня. Знаешь, что в этом самое важное?
Я покачала головой.
— Я сохранила достоинство.
Тогда я решила, что буду брать с нее пример.
Никто не узнает о моих чувствах к Адриану.
Никогда.
— И все же почему ты решила, что хочешь стать послушницей? — спросила тетя.
Я опустила глаза.
— Потому что я уродина.
Тетя Северина вдруг рассмеялась. Громко, тепло, совсем не по-обительски. Потом обняла меня и легонько щелкнула по носу.
— Глупый ребенок.
— Я уже не ребенок! — возмутилась я. — Некоторые девушки в моем возрасте уже замужем.
— Но не те, в ком течет драконья кровь, — тетя посмотрела на меня с лукавой нежностью. — А в тебе она есть.
Это я знала.
При рождении у меня, как у отца и матери, была тонкая чешуя цвета инея. Она сошла в первые месяцы жизни, и до совершеннолетия я ничем не отличалась от обычных людей. Зато после пробуждения крови все менялось. Регенерация, устойчивость к болезням, сила, выносливость. У мужчин — еще и способность принимать облик дракона. Женщинам, увы, доставалась лишь часть дара.
Но даже это было больше, чем у простых людей.
Единственное, что меня тогда радовало: до пробуждения крови меня точно не выдадут замуж.
Если только…
Если только женихом не станет Адриан.
— Ты знаешь, что твою мать до совершеннолетия считали дурнушкой? — неожиданно спросила тетя.
Я недоверчиво уставилась на нее.
Моя мать? Та самая красавица, чьи портреты я могла рассматривать часами?
— У нашего рода есть странная особенность, — объяснила тетя. — Те, в ком сильна драконья кровь, до поры выглядят невзрачно. Природа словно прячет их от лишнего внимания, пока они не станут достаточно крепкими. Мне кровь почти не передалась. А вот у твоей матери и ее сестры было именно так. Их детские портреты и портреты после совершеннолетия — будто изображения разных людей.
— Вы хотите сказать… — голос у меня дрогнул. — Я могу измениться?
В груди осторожно, почти болезненно шевельнулась надежда.
Если это правда, значит, еще не все потеряно. Значит, однажды Адриан увидит меня другой. Не серой девочкой у стены. Не неловкой княжной в неподходящем платье. А той, на кого он сможет смотреть.
Тетя Северина в тот день буквально вернула меня к жизни.
Я не стала сразу надевать яркие платья, но снова научилась улыбаться. Отказалась от мысли уйти в обитель. Начала ждать совершеннолетия и тайком строить несбыточные планы.
Я стану красивой. Адриан заметит меня. Полюбит. И тогда все наконец будет так, как я мечтала. Но мечтам не суждено было сбыться. Через год между нашими землями началась война. Адриан стал моим врагом. И теперь у нашей любви не осталось ни единого шанса.