Страница 18 из 23
— Еще есть те, кто предпочитает действия. Принести цветы, нарвав их в чужом саду. Починить руку кукле. Подшить ей платье, если порвалось. Перенесут через лужу, чтобы туфельки не намокли. Четвертый язык — прикосновения. Погладить по голове, обнять, поцеловать.
— Мама так делала, — вздохнула Кайли и закопалась мне в подмышку. Ей там почему-то лежалось уютнее всего. — Но она и платья куклам шила. И играла со мной..
— Бывает, человек говорит сразу на нескольких языках.
— Как я на бреторском и кервальском? — снова оживилась мелочь.
— Именно! — подтвердила я, понятия не имея о чем речь.
Зарубежные державы, наверное. Я еще даже карт местных не видела, деревня деревней.
А надо ли мне это, ведь охота на детей по идее закончена?
Или нет?
Завершено ли расследование?
Может, я уже свободна и меня завтра домой отправят⁈
От навязчиво зудящего вопроса я чуть не сорвалась с места и не побежала искать дознавателя прямо сейчас. Останавливали меня только остатки логики, что подсказывали — идея дурная. Найти его не найду, а проблем огрести могу. Мне же сказали сидеть дома и не высовываться!
— А пятый какой? — сонно пробормотала девочка.
Я так долго молчала, что бедняжка почти отрубилась.
— Пятый — язык слов. Когда вслух произносишь: «Ты хорошая, самая лучшая в мире, я тебя люблю».
— Я тебя тоже люблю, мамочка.. — прошептала Кайли и умиротворенно засопела.
Я же застыла, как замороженная.
Только этого не хватало!
Возможно, она просто оговорилась. Выдала подсознательное за действительное. Привыкла желать спокойной ночи родителям, вот и вырвалось.
Но глубоко внутри холодный голос разума твердил, что я влипла.
Малышка успела ко мне привязаться и заместить мной родительскую фигуру. Как мне теперь выпутываться, ума не приложу.
Хорошенько укрыв девочку, я убедилась, что магический ночник горит на минималках, и крадучись вышла в темный коридор, тщательно прикрыв за собой дверь. Насколько мне известно, по ночам Кайли сомнамбулой не бродит, но на всякий случай стоило бы попросить комнату поближе к детским, а не на другой стороне дома. Вдруг кому из них кошмар приснится, а я не услышу?
Занятая размышлениями, я отступила назад и споткнулась о чью-то ногу, да еще и врезалась в широкую грудь. Ее обладатель охнул, но не пошатнулся.
— Я тоже рад вас видеть, мисс Герасимова, — дернул уголком рта дознаватель в ответ на мои витиеватые выражения на грани приличий. — Думаю, вам будет интересно узнать о результатах сегодняшнего происшествия?
— Разумеется!
Я невольно переняла куртуазный стиль речи, принятый в здешнем обществе. Дома бы я так не завернула. А здесь, если не хочешь выглядеть быдлом, приходится соответствовать.
— Тогда пройдемте в кабинет, — предложил локоть мистер Эрскин. — И кстати, мне действительно интересно, что получится вследствие противоестественной связи лопаты и козла?
— Лучше вам этого не знать, — пробормотала я, кончиками пальцев цепляясь за форменный сюртук.
Ткань была слегка влажная, похоже, на улице дождь.
Это что он, сразу понесся меня искать, чтобы отчитаться?
Стало как-то неловко.
Напряженность лишь усилилась, стоило мне вспомнить, что мужчина вообще-то менталист. А значит, теоретически в курсе, что творится в данный момент в моей голове.
Еще бы я сама в этой чехарде разобралась!
— Как вы нас нашли? — спросила я, чтобы разбавить душную тишину. — Кевин действительно сумел докричаться?
— Это вы метко обозвали. Он именно заорал у меня в голове посреди оперативного сбора. Мы как раз решали, куда выдвинуться в первую очередь. Дело в том, что на всех детях и на вас стоят следилки. Но блокировка на лесном домике была настолько сильна, что глушила сигнал, и засечь с точностью ваше расположение не удавалось.
— То есть вы знали лишь общее направление поиска?
Мистер Эрскин распахнул дверь кабинета и пропустил меня вперед. Правда, будто специально, встал так, что мне пришлось протискиваться под его рукой. Еще и грудью задела.
Ну четвертый размер, его не втянуть.
Дознаватель внимательно проследил, как я устраиваюсь в кресле для посетителей, подумал и сел рядом. Не через стол. Еще и взмахом руки, будто рисуясь, камин зажег.
Стало поприятнее.
Честно сказать, то ли от воспоминаний, то ли от нервов я все это время подмерзала.