Кодекс недотроги

Алиса щелкнула выключателем, и единственным слабым источником света теперь был монитор моего ноутбука. Сдвигая стулья, смеясь, она пробиралась от меня, не особо стараясь убежать. Поэтому, не пройдя и круга вокруг стола, я цапнул ее поверх рук, перехватил ремень, просунул хлястик в замочек и затянул, прижимая руки Алисы к телу чуть выше локтя.

Стоя ко мне спиной, мышка обернулась с хищной улыбкой, прогнулась и потерлась попкой о мою ширинку. И эта женщина краснела и чуть было не упала в обморок, когда Света задала ей на собеседовании неуместный вопрос. Эта женщина кричала и возмущалась. Озабоченным меня называла. Та, которая сейчас упирается ладошками в стекло и трется задницей о мой член.

Потянув за хлястик ремня, затянул его чуть туже. Алиса усмехнулась, скорее от предвкушения. Перебрала руками выше по оконному стеклу, сквозь которое открывалась потрясающая панорама на темный вечерний город. Да и хрен с ней, с этой панорамой.

Провел ладонью по аппетитной попке, плотно обтянутой юбкой. Сжал пальцы. Мышка тихо выдохнула, прогнулась сильнее, ближе прижалась щекой к стеклу. Ослабил хватку, снова погладил и вцепился жёстче.

– Ах, – тихо простонала Алиса, а от её теплого дыхания на стекле появилось маленькое запотевшее облачко.

Потянул за свободный конец ремня к себе так, чтобы она прижалась ко мне спиной. Опустил руку ниже и дернул юбку вверх. Скользнул по животу к черным кружевным трусикам. Гладил её, сжимая и надавливая, заставляя изгибаться, стонать в нетерпении. Полоска трусиков чуть съехала в сторону, я касался рукой её половых губ, чувствуя, как она все сильнее возбуждается. Провёл языком от мочки уха до воротничка блузки, и мышка задышала глубже.

Люблю эту её реакцию, бурную, на каждое мимолетное прикосновение. Раззадоривает в считанные секунды этими своими полуневинными стонами. Так и сейчас…

Пах гудел, а в штанах становилось нестерпимо тесно. Член уперся в пояс на брюках и угрожал сломать молнию. Запустив пальцы под резинку мышкиных трусов, снял их, опустив до колен. Ботинком раздвинул шире её ноги. Каблуки шкрябнули по полу, а Алиса что-то замычала, поджимая пальцы на стекле. Снова потянул за ремень. Ласкал рукой теплые, влажные складочки и чувствовал, как она дрожит от удовольствия.

Ощущения, когда это гибкое, податливое тело подчиняется мне – непередаваемы. Когда в моих руках, со мной она превращается из скромной ассистентки в развратную кошечку.

Мышка всхлипнула, стоило мне вытащить «парня» из боксеров и провести им между её ягодиц к вагине. Взяв её одной рукой за бедра, плавно вошёл. Она снова вонзилась пальцами в гладкую поверхность окна и застонала. Опустил руку на поясницу, чуть надавил, подобрав нужный угол, и постепенно наращивая темп, вгонял в неё член до упора.

Стены кабинета наполнились её стонами, редким скрежетом каблуков, разъезжающихся на ламинате. Стекло от её горячего дыхания становилось матовым. Мозг отключался, оставляя только напряжение и предвкушение разрядки. Опомнился, когда крики Алисы стали громче, а сама она начала сокращаться. От этих ощущений я и сам перестал себя сдерживать, несколько раз резко вошёл в неё и, замер, сломленный оргазмом.

– Поздравляю, Алиса Романовна. Вы успешно прошли испытательный срок, – сказал, задыхаясь и ещё не особо придя в себя.

– Чего? – опешив, вполоборота посмотрела на меня мышка.

Я понял, какую херню и как не вовремя сморозил, и смех начал накрывать меня. Следом за мной рассмеялась и Лисова. Настроение резко изменилось. Теперь мы, как два придурка, хохотали над моей тупой фразой.

– Это надо же догодаться такое ляпнуть, – смеялась она уже до слёз.

– У тебя и правда сегодня последний день испытательного срока, – оправдывался я зачем-то, а Алиса рассмеялась громче.

– И ты именно так решил мне об этом сообщить?

– Оно как-то само, – я сам уже захлебывался от смеха.

С трудом придя в себя и успокоившись, мы побросали дела до понедельника и поехали домой. Впервые за неделю Алиса отказалась от поездки на автобусе. Пусть и прикрываясь подругой.

По пути к дому Алисы решили-таки согласиться на предложение друзей и поехать в выходные за город. Отзвонился Ромке. Рокфор даже не скрывал радости. Радостно хрипел в трубку и обещал, что я охренею. Да нет, дружище. Это ты, пожалуй, охренеешь.

В субботу утром, так же, как и в прошлый раз ждали девчонок на том же месте. Только теперь это сюрпризом не было. Сел вперёд, с Ромкой, а девочки вдвоем о чем-то шептались на заднем сиденье. Подъехав к отелю и вытащив немногочисленный багаж, мы вновь пришли на ресепшн выкупать номера.

– Так, ну что, – Ромка потер ладони. – Берем те же три номера? В прошлый раз всем все понравилось?

Я посмотрел на Алису. Она еле заметно улыбнулась мне и кивнула.

– Да. Но двух номеров будет достаточно, – я повернулся к Рокфору, который непонимающе нахмурился. – Если только вы с Надей не собираетесь заселяться раздельно.

Протянул руку к Алисе, обнял её за талию и прижал к себе. Мышка теснее прильнула ко мне, обвила руки вокруг моего корпуса и улыбнулась, глядя на то, как высоко взлетели брови наших друзей. Одинаково синхронно. Наконец, они оба поняли, на что мы так прозрачно намекали, и стены вестибюля задрожали.

– Дааа! – заверещала Надя, радостно подняв вверх сжатые кулаки.

– Охренеть, да?! Скажи! Уууу! – вопил не менее радостно Роман.

Оба переглядывались друг с другом и радовались так, что если бы кто-то решил запустить в нашу честь фейерверк, то крики друзей легко заглушили бы залпы салютов.

– И давнооо? Ну вы даете! – Надя снова перешла на крик.

– А я вот чуял, что что-то не так. Но чтоб тааак… – и Ромка снова присоединился к радости своей пантеры, уже пленившей его в счастливых объятиях.

– Кажется, у нас с тобой есть еще кое-что общее, – сказала тихонько Алиса, глядя на этих двоих. – У нас обоих чокнутые друзья.

Мы рассмеялись, добавляя позитивных эмоций в и без того уже радостный день. Мышка жалась ко мне, я обнимал её, Ромка с Надей – друг друга. И вот теперь выходные точно обещали быть удачными.