Мой опасный магнат

Мирей что-то увлечённо рассказывала, жестикулируя хвостом, Диана смеялась, мама кивала. Алекс шла с ними, внимательно слушая, и на её лице играла лёгкая, задумчивая улыбка.

Я прибавил шаг, догоняя Гая, который шёл чуть сбоку.

— Нужно поговорить, — понизив голос, сказал я, кивнув в сторону, где за домом начиналась тенистая аллея. — О деле.

Гай понял сразу. Он коротко кивнул и, не привлекая внимания, свернул с основной дорожки. Я последовал за ним.

Мы отошли достаточно далеко, чтобы нас не слышали, и остановились под сенью огромного дерева с раскидистой кроной.

— Что по данным? — спросил я без предисловий.

Гай прислонился к стволу, скрестив руки.

— Варика обработала то, что нашла твоя Алекс. Картина становится яснее, но есть пробелы. Нужно больше информации о финансовых потоках. У нас пока только косвенные улики. Ты сам понимаешь, что Кайсу, чтобы прижать всех, потребуется более весомый след.

— Знаю, — я провёл рукой по волосам, откидывая их со лба.

— Твоя Алекс... она действительно талантлива. Варика говорит, что её методы нестандартны, но эффективны. Если дать ей доступ к нашим архивам...

— Возможно, — оборвал я. — Но сейчас. Чуть позже, я ее сам подготовлю.

Гай посмотрел на меня долгим, изучающим взглядом.

— Ты её бережёшь. Сотрудницу? — прищурился он.

Знакомое раздражение забурлило внутри, но я удержал хвост неподвижным. Как и лицо.

— Да. Моя сотрудница. И моё дело, Гай, — с нажимом сказал я.

— Ладно, — Гай отлепился от дерева. — Вечером обсудим детали. А сейчас, думаю, нам пора присоединиться к остальным.

Мы пошли к дому. Я слышал, как внутри смеются женщины, и в этом смехе угадывался голос Алекс, звонкий, искренний, заразительный.

Остановился у входа, прислушиваясь.

— ...а потом он, представляете, залез на эту вышку! — это был голос Мирей. — И кричит оттуда: «Я первый! Я первый!»

— А вышка была не закреплена, — добавила мама, смеясь. — И она рухнула.

— И Дрейк полетел вместе с ней, — закончила Мирей. — В грязь. Лицом.

Женщины захохотали.

— И что, сильно ушибся? — немного взволнованно спросила Алекс.

Мой хвост странно дернулся от того, как она это сказала. Как-то слишком странно, даже не понял этого движения.

— Нет. Перепачкался только с головы до хвоста, — смеясь, ответила Мирей. — Мама потом отмывала его часа два. А Дрейк всё равно был счастливый. Гордился, что залез выше всех.

Я стоял за дверью, слушал этот рассказ о моём детстве, и внутри разливалось непривычное тепло.

Они смеялись надо мной. И Алекс смеялась. И я... был рад слышать ее смех. До вздыбленного гребня рад.

Шагнул в гостиную, где они собрались.

— Рассказываете про мои подвиги? — спросил я, притворно хмурясь.

— Только самые геройские, — улыбнулась Алекс, сияя глазами.

Под ложечкой кольнуло от не вовремя пришедшей мысли, что я настоящий придурок.

Будет ли она так улыбаться потом, когда в итоге мы расстанемся? Не сломаю ли я эту хрупкую, искреннюю девочку?