Страница 32 из 137
Они вспоминали каких-то общих знакомых, давние сделки. Гловус говорил всё оживлённее, но его поведение по-прежнему казалось странным. Он то оживлялся, то снова погружался в лёгкую прострацию, а его реакции были немного замедленными.
Я ловила себя на мысли, что это похоже не на опьянение, а на что-то другое… может, лёгкое пси-воздействие? Но от кого? И законно ли это?
И вот Дрейк, словно невзначай, подвёл разговор к военным поставкам.
— …вот были времена, — вздохнул он, делая вид, что ностальгирует. — Конфликт с орсами кипел, контракты лились рекой. Компании росли как на дрожжах.
Гловус наклонился через стол, и на его лице появилось выражение заговорщика. Его голос стал тише, но от этого только проникновеннее.
— Всё ещё может вернуться, дорогой Дрейк. И, по некоторым слухам, в самом скором времени, — он немного запинался, говоря это.
Дрейк хлопнул его по плечу, изображая радость.
— Это было бы здорово, старина! Но, честно говоря, как я вижу ситуацию, дела у тех же «Вердикт Индакто» или «Омега-Стинг» только хуже. Мир есть мир.
Гловус замялся, его взгляд снова стал мутным, будто он боролся с каким-то внутренним конфликтом.
И в этот момент Дрейк вдруг резко сменил тему. Он повернулся к нам с его бабушкой и произнёс с лёгкой, светской улыбкой:
— Девушки, простите, что мы тут ушли в свои скучные дебри. Вы же, наверное, уже затосковали. Почему бы вам не сходить припудрить носики, пока мы с Гловусом закончим обсуждать этот скучнейший отчёт о прибылях?
Его бабушка чуть заметно качнула головой и грациозно поднялась.
— Прекрасная идея, — улыбнулась она, и её темные прищуренные глаза на мгновение встретились с моими.
В них был приказ. Чёткий и не терпящий возражений.
Мне ничего не оставалось.
Я поднялась и, стараясь не спотыкаться на высоких каблуках, последовала за этой невероятной женщиной в сторону дамской комнаты.