Страница 4 из 37
Глава 2.
Глава 2.
Глава 2.
Мартин сидел в сумраке кареты и вспоминал, как пять лет назад он, молодой парень, который только вернулся из столичного военного корпуса, где обучался по воле своего отца, был вынужден уехать из родного Банкертоуна, где родился и вырос.
Он родился в семье графа Дерека Лайрона, одного из самых богатых жителей города, деспотичного, своевольного, не признающего чужого мнения. Сколько себя помнил Мартин, Дерек никогда не был с ним отцом, граф никогда не играл с ним, не ездил гулять, не разрешал мелкие шалости. Мартин никогда не видел, чтобы отец был мил со своей женой Анной, матерью Мартина. Уже став старше, он узнал, что брак между отцом и матерью был договорным, никогда между ними не было теплых чувств, хотя мать постоянно пыталась найти подход к своему мужу, делала все, чтобы они стали ближе, любила его до последних своих дней. Но после того, как она родила Мартина, Дерек отдалился от жены. Ему было достаточно, что жена подарила ему наследника. С того дня Дерек словно забыл, что у него есть жена.
Матушку Мартин очень любил. Он помнил ее нежную улыбку, теплый взгляд, тихий смех, когда она играла с ним или читала книги. Она была очень красивой женщиной, но вот отец не принял ее. Когда Мартину исполнилось пятнадцать, матушка умерла. Он сильно переживал ее смерть, не смог сдержать рыдания, когда гроб с телом матушки уносили в семейный склеп. Отец тогда посмотрел на сына таким злым взглядом и ранил словами: «Мне не нужны слюнтяи, которые не могут держать свои слезы при себе. Какой же ты мужчина, если позволяешь другим видеть твои слезы?» Сам Дерек стоял у склепа с непроницаемым лицом, словно просто наблюдал за какой-то очередной картинкой из жизни. А еще через два месяца он привел в дом молодую девушку.
- Сын, познакомься, - отец смотрел с каким-то вожделением на невысокую яркую блондинку с кукольным личиком, голубыми глазами, - это моя невеста – Эйра. Она дочь моего партнера. Через месяц ей исполнится восемнадцать и у нас будет свадьба.
- Папа, но разве так можно? – в груди Мартина заклубилась жгучая обида за мать. Они только похоронили Анну, а отец привел в дом какую-то девушку, которой на вид даже нет восемнадцати лет.
- Можно, - резко ответил отец. – Я сказал - через месяц ей исполнится восемнадцать, и мы поженимся, нравится тебе это или нет.
Мартин тогда закрылся в своей комнате, старался не выходить из нее, появлялся только на общих обедах и ужинах, куда отец обязал его являться. Он молча ел и старался скорее покинуть столовую. Он не мог видеть, как отец улыбается этой девчонке, которая с какой-то жадностью рассматривает обстановку в доме, радуется платьям и украшениям, которые дарил ей Дерек. Мартин не помнил, чтобы отец так баловал свою первую жену. Анне приходилось долго уговаривать мужа, чтобы пошить себе новое платье на выход. А эта девчонка получала любую тряпку по первому же капризу. Отец возил ее на все приемы, балы, премьеры театра. Он словно голову потерял от Эйры. Отец даже забыл о сыне, когда тому исполнилось шестнадцать. С днем рожденья его поздравили только слуги и верный Даниель – управляющий в их доме, с которым у Мартина были дружеские отношения. Именно Даниель заменил Мартину отца, занимался с ним, нанимал учителей, обсуждал все подростковые проблемы. Именно он стал опорой после смерти матери. Даниелю было сорок два, но несмотря на возраст они стали близкими людьми, давно перешли на «ты». Именно к нему пришел Мартин, чтобы рассказать о том, как Эйра делала ему намеки, что после свадьбы с его отцом не прочь бы разделить постель с ним.
- Мартин, ты понимаешь, что если ты расскажешь об этом отцу, он не поверит тебе? – ответил Даниель, когда Мартин рассказал об очередном нескромном предложении девицы.
- Понимаю. Но я никак не могу понять, почему отец не видит ее суть? Она же жадная до денег пустышка? Она ведь не будет ему верна, если даже сейчас предлагает мне свое тело.
- Я не в праве судить ее и твоего отца. Но, как твой друг, могу сказать, что придет время, и твой отец очень пожалеет, что ввел в свой дом эту гадину. А пока постарайся не встречаться с ней без свидетелей. Я тоже постараюсь проследить за ней.
О свадьбе графа Дерека Лайрона и девицы Эйры говорил весь город. Отец постарался сделать ее роскошной, не жалея денег. В Храме всех святых он стоял возле своей молодой жены и с надменностью смотрел на своих «товарищей». Мартин хотел избежать своего присутствия на свадьбе, но отец заставил его быть рядом. «Если ты не придешь на мою свадьбу можешь считать себя безродным сиротой. Я вычеркну тебя из списка своих наследников, откажусь от тебя. Если бы наш титул не принадлежал семье твоей никчемной матери, то и титула я бы лишил тебя», - лицо отца было перекошено от гнева.
Сжимая от злости кулаки, Мартин следовал за «молодыми». Отец следил за ним и ухмылялся, когда видел, как сын бледнеет от ярости. «Я научу тебя покорности, щенок», - тихо прошептал отец Мартину, когда они выходили из Храма.
Называть Эйру «матушкой» Мартин отказался категорически даже после того, как отец со всей силы влепил ему пощечину.
- У меня есть своя мать, а твоя жена всего на два года старше меня, - Мартин смотрел на отца, не вытирая кровь на разбитых губах. – Ты можешь убить меня, но я никогда не назову ее «матушкой».
- Убирайся, щенок, и чтобы я не видел тебя, - отец рычал на него, сжимая кулаки.
- Любимый, ну не надо быть таким строгим, - тихо мурлыкала рядом Эйра, прижимаясь грудью к руке Дерека. – Мы с Мартином обязательно найдем общий язык. Вот увидишь, он все поймет. Не надо быть таким строгим и бить его по лицу. Смотри, ты разбил ему губу, может даже останется шрам.
- Убирайся, - глухо прорычал Дерек. – Скажи спасибо Эйре.
Мартин поспешил уйти из кабинета отца, где происходил разговор. В коридоре его встретил Даниель, протянул платок.
- Не стоит сейчас ругаться с отцом. Ты пока зависишь от него. Дождись совершеннолетия.
- Спасибо, - ответил Мартин, прижимая платок к разбитой губе. – Но знаешь, мне все труднее сдерживаться. Я не узнаю отца, его словно подменили. Он не видит, какую тварь пригрел на своей груди.
- Мы все это видим, Мартин. Думаю, что рано или поздно Дерек это тоже поймет.
- Он поймет, но будет слишком поздно, - со вздохом проговорил Даниель.
- Посмотрим.
А через два дня Мартин проснулся от тихого скрипа двери своей спальни. Он поднялся на постели и увидел в сумерках комнаты женскую фигуру в прозрачной ночной рубашке. Эйра на цыпочках шла к его постели.